Тьма
Шрифт:
И было из-за чего. Не считая мелких доказательств, как то: перчатки с когтями, запах плаща, свидетельство соседа, который видел, как Гарн уводил козла, забыв надеть плащ сразу, несколько амулетов, нацеленных на «проклятие» — было и еще кое что. В сарае обнаружились шкуры убитых животных, в которых некоторые жители опознали своих питомцев. И признание самого Гарна, который упорно твердил, что забивал скот не сам, а призывал волка. Кстати, Хулигана он увел, якобы, чтобы принести его в жертву какому-то странному «богу». Тоже мне, фанатик…
Коту так и не удалось добиться от старосты правды. Хотя, у меня возникло подозрение, что он и не лжет. Да, есть куча доказательств (чувствую себя сейчас детективом из какого-нибудь сериала… ф). Да, он сам признается во всем. Да, он был в замке, слышал наш разговор, решил вернуть плащ. Он староста, а потому был в курсе всех событий деревни — это объясняет, почему в городе он почти не светился, лишь иногда похищал людей. Кстати, для чего он это делал, так и осталось загадкой. Были и другие вопросы. Что за «волк» забивал скот? Почему в замок никто не мог пробраться днем? Ведь Гарн не мог каждый день сидеть там, люди тут же заподозрили бы неладное.
Но все эти вопросы пускай остаются в голове некроманта и его ученика. Я свое обещание выполнила, помогла Коту, а теперь пусть он поможет мне, как и обещал. Единственное, что меня заботит — мои родные, которые теперь находятся неизвестно где.
— Кира, — некромант отвел меня в сторону от толпы людей, окружившей их бывшего старосту. — Тиара обещала выполнить мою просьбу. Деревня спасена.
— Да. И при чем тут я?
— Тиара — ведунья, она может ответить на многие вопросы, но для этого ей придется приложить много усилий. Она ни за что бы не согласилась просто так помочь… Теперь она погадает тебе.
— Мне? — удивилась я. — Но зачем? Я не…
— Она сможет сказать, где искать твоего сына и мужа.
Я замолчала, просто глядя на некроманта. Мне не послышалось? Я узнаю, где моя семья?…
Ничего не ответив, я припустила к дому Тиары. Она не осталась на улице и давно ушла, решив не участвовать в разоблачении старосты, которому раньше так доверяла.
— Тиара? — я тихо вошла в дом. Женщина сидела за столом и при виде меня приветливо улыбнулась.
— Заходи, садись, — сказала она. — Можешь не говорить, я знаю зачем ты пришла.
Я притихла и села напротив ведуньи. Она попросила какую-нибудь мою вещь. Я немного подумала, и сняла с пальца обручальное кольцо.
— Твой сын… — женщина глубоко вздохнула, прикрыв глаза и сжав в руке кольцо. — Он жив.
Мое сердце забилось сильнее. Значит, я не зря надеялась!
— Где он?
— Не могу сказать точно… Он там, где таким как он не может быть хорошо. Но ему все же не плохо, — ответила женщина.
— Что это означает? — разволновалась я.
— Извини, большего сказать не могу, — печально отозвалась ведунья. — Но ты можешь
— А муж? — сердце пропустило удар.
— Он мертв, — тихий ответ прозвучал, как удар хлыста.
Глава 5
Не стоит слёзы лить напрасно… Пошло всё нафиг — ЖИЗНЬ ПРЕКРАСНА!!!
Деревню мы покинули еще до рассвета. Так что ко времени, когда Солнце показалось из-за горизонта, можно было не опасаться, что мое превращение кто-то заметит.
Лошадка Кота неспешно брела через густой травостой, прикрыв бархатные ресницы. Рядом шагал ее задумчивый хозяин, чуть поодаль шли Степан с Хулиганом, а я немного отстала и плелась в конце процессии, опустив хвост и уши. Покоя не давали мысли о человеке, которого так неожиданно потеряла. И без которого, кажется, не смогу жить. Но слез не было, и я ругала себя последними словами, чтобы не расклеится окончательно. Ведь жив мой сын, а значит я должна приложить все усилия, чтобы найти его.
А сейчас лучше отвлечься от этого. В конце концов, изменить ничего нельзя, а жизнь продолжается.
Постепенно все мысли из головы куда-то улетучились, и сменились свистом ветра в ушах и шорохом травы. Мне всегда казалось, что животным на ветру не холодно — как бы ни так! Ветер дул «против шерсти», со спины, и продувал до самых костей.
Я прибавила шаг, потому что заметила, что отстала слишком сильно. Грустные мысли свернулись в клубок где-то в глубине души, ожидая того момента, когда можно будет завладеть разумом, момента, когда будет больнее всего. Надеюсь, этот момент придет не скоро.
Хвост путался под ногами, и я, наконец, сообразила поднять его чуть выше. Теперь мысли вернулись в обычное русло и я вспомнила, что хотела спросить у некроманта.
— Кот! — крикнула я, догоняя мужчину. Он обернулся на мой голос и замедлил шаг. — А почему Тиара не могла сразу увидеть, кто этот Хозяин, раз она ведунья? Мне же она погадала…
— Потому что любой ясновидящей нужна вещь того, кому она гадает. Кольцо, которое ты дала, связывало тебя с твоей семьей. А никакой вещи, связывающей кого-то с Хозяином, не было.
— А… — я задумалась, переваривая полученную информацию. — А что означает та фраза, с этими «торами» и «тарами»? Когда я сказала ее Гарну, его перекосило так, будто он лимон проглотил.
— Тор эр рон тор… — с загадочной улыбкой произнес некромант. — Древний язык, который, тем не менее, знают почти все. Точнее, не сам язык, а некоторые фразы. Такие, как эта — признание в любви. В отличие от «Тар эр рон тор» — нечто вроде проклятия.
Я ошарашено застыла, вспомнив, что сказала Гансу. Кажется, я призналась ему в любви… О, теперь понятно, отчего он упал в обморок при виде столь романтичного умертвия.