Тьма

Подвойская Леонида Ивановна

–  Ну, теперь твой черёд. Дерзай, - потрепал его за плечо спонсор Владимир Иванович, выходя в фойе ресторана.

И действительно, ведущая, пообещав поле "перерывчика" танцевальную программу, привела музыкантов к их столику. А Максим пошёл на эстраду. Юбиляр ещё не вышел, почтительно склонившись, выслушивал какую-то весёлую историю от коротышки в исключительно дорогом прикиде. Макс поймал взгляд этого медведя. Ах, как же хотелось юбиляру чем-нибудь удивить гостей, сделать юбилей чем-то незабываемым не только для него! Если бы не эти расстояния, он, наверняка, зазвал бы какую столичную штучку, а так… "Ладно, начнём".

Играя

в спортзале, Максим стоял вполоборота к слушателям, точнее, почти спиной к ним. Здесь же он мог наблюдать, что делает с людьми музыка. Его музыка. Его? Ладно, потом подумаю. А сейчас. Замолкли разговоры. Тихонько, чуть ли не на цыпочках вернулись вышедшие на перекур гости. И светлели лица, и появлялись за столом один за другим чистые одухотворённые юноши и девушки, ещё не измятые, не изжёванные низкими страстями. Вот таким был юбиляр в свои шестнадцать - медвежонок с добрым отзывчивым сердцем, защитник всех младших со своего двора. Это потом на штанге, он порвёт мышцы и расшатает позвонки, станет ненужным и озлобится. Вон рядом - почётный гость, мэр города. Сейчас мальчишка, мечтающий о море. Это потом он не пройдёт по состоянию здоровья и тоже озлобится. А рядом с ним - его жена. Сейчас - девушка, зачитывающаяся любовными романами и мечтающая о рыцаре. Это потом она обкурится на дискотеке и разуверится в рыцарстве, как явлении. Это потом она, работая парикмахершей, окрутит уже стареющего мэра. А пока… Пока Максим окунул их в светлую романтику прошедшей юности. Но здесь следовало знать меру - банкет всё-таки.

–  А теперь, танцы?
– неуверенным голосом прервала наступившую тишину ведущая.

–  Вы подождите, - спохватился юбиляр. Он встал за столом и высоко поднял свою рюмку.

–  За маэстро! Браво!

И банкетный зал наполнился аплодисментами.

–  Я думаю, мы сегодня ещё услышим что-нибудь похожее? Да? Тогда потанцуем?

Приглашённый ансамбль вновь занял свои рабочие места, а Макс, провожаемый теперь многочисленными взглядами, сел за их столик. Рядом пристроилась и ведущая.

–  Ну, давай знакомиться. Меня Галиной зовут. А ты кто и откуда такой талантливый.

–  Макс. Максим. Откуда - долгая история.

–  Инкогнито хочешь остаться? Да чего стесняться-то. И великие на вечеринках зарабатывают. Но это твоё дело. Слушай, позанимался бы с нашими ребятами, а? Чтобы хотя бы в общем приближении. Никогда ничего подобного не слышала. В смысле исполнения. Ладно, пока танцуют, давай за знакомство? Не пьёшь? Ну ладно. Пойду веселить, а то после твоего соло они вон какие задумчивые.

А за столик подсел юбиляр.

–  Ну ты талантище, парень. Это так в душу заглянуть! Если ты ещё поёшь, нет? Но ведь поёшь же! Ну-ка глаза в глаза!

–  Пел… один раз. Но это было так… экспромтом.

–  Понимаю. Двойной гонорар? Или тройной? Тебя Вовка за сколько подрядил?

–  Не говорили мы конкретно. И не в деньгах дело. Ну, не только в них, - спохватился Максим.

–  Тогда вот что. Ты спой. Из тех, прошлых. Попадёшь в точку - проси, что хочешь.

" А почему бы и нет?" - решил окрылённый успехом Максим. Спел же тогда. И неплохо спел. Правда, какие тогда были глаза напротив. Эх, Лариска, Лариска. Не судьба… Ну что же, для тебя.

Он снова встал за синтезатор и зал наполнила музыка романса. Юноша вновь угадал и уже после первых строк о хрустальном звоне

бокала, исполненных голосом Малинина, юбиляр, радостно взревев, захлопал в свои огромные ладони. Потом спохватился сел и только урчал и взрёвывал, - "тихонько подпевал".

Аплодисменты были искренние, восторженные, но немного озадаченные.

–  Откуда ты взялся такой, а? Даже если из столицы, то о таком не слыхала, - озвучила эту озадаченность ведущая, когда Максим вновь оказался за столиком.
– Послушай. А давай скооперируемся? Ты вон, даже губернаторшу достал. Но ничего. Это у неё ненадолго. Знаешь, она как из грязи в князи выбралась, так вот такую маску и надела - во-во. Смотри. Будто всему миру одолжение делает своим присутствием. Говорят, она даже в постели с таким же видом… А наш дурачок…гм… ну, не будем о грустном. Он вообще-то душа человек, и профессионал, говорят, выдающийся. Но… второй брак и первая любовь.

–  Это как?
– удивился Максим, вглядываясь в презрительно- величественную гримаску экс - парикмахерши.

–  Ну, первая женитьба, как правило, по глупости, по молодости. Нет, конечно, всяких там «ах» и «ох» хватает с избытком. Но потом - суровый быт всё это изничтожает. И лет через двадцать вот такая… гм… вертихвостка сводит этакого тронутого сединой мужичка с ума и загоняет под свой каблук. Нет, ты мне объясни, - начала горячится собеседница. Что с этими мужиками происходит, что они на эти формы кидаются? Ведь всем известно, - ничего другого то у них нет.

–  Ну, неправда. Не всегда!
– стал защищать Максим своего отца.
– Я знаю случай, когда эээ не из-за форм.

Юбиляр подозвал изогнувшегося в "чего изволите" метрдотеля и кивнув в сторону Максима, коротко распорядился. Тотчас или, ну, почти тотчас к столику музыкантов припорхнула молоденькая официанточка с каким - то дорогим коньяком. Другая обновила блюда - появились бутерброды с какими-то полосами намазанной чёрной и красной икрой, целое блюдо, судя по всему очень диковинной рыбы, какие- то экзотические фрукты - овощи. Но Макса, уже вкушавшего у шейха, эти диковины не тронули. Он с удивлением рассматривал причёски официанток - у каждой девушки красовалась седая прядка на чёлке. Или на локоне - но именно красовалась, явно на показ.

–  Это что за прибабах?
– поинтересовался Максим у ведущей.

–  Что? А, седина… Ты в самом деле откуда?
– удивилась Галина.
– Это из-за воительницы. Ну, девушка разборки устраивала. Слышал же! Да не мог не слышать! Все СМИ гудели. Потом похороны показывали. Вначале прошлась по скверам - пьянь и хулиганье покалечила, потом в ресторане авторитетов покончала. Знаешь, какие похороны были! Нет, где ты был? А-а-а, - о чём- то догадалась она, разглядев ожоги под гримом.
– Ну, извини. А потом она ночку прогулялась по городу.

–  По вашему?

–  Если бы!
– вздохнула девушка.
– Угрохала несколько маньяков и бандюганов - так и остались валяться с выпученными глазами и со своими реквизитами в руках.

–  Но…

–  Не по закону? Плевать. Зато по городу, как в старые допотопные времена, гулять по вечерам стало можно! В сквере книжку почитать - ни одна тварь не прицепиться, не плюнет в душу! Мне подружка оттуда звонила. Нарадоваться не может.

–  Я не о том… Не спорю. Хотя… Приходят следующие… Это как… День не почистишь - и всё загажено… Я…