Только моя
Шрифт:
Я достал из кармана пачку любимых сигарет, зажал одну из них между пальцами. Покрутил в руках зажигалку и погрузился в воспоминания…
— Дима! Дима, ну стой же ты! Сил моих больше нет! Вот приедет отец, все ему расскажу!
Мне пять. Мама снова ругается за то, что я убежал. А я увидел птицу. Я таких раньше никогда не видел. Мне стало интересно, я побежал, а она улетела. Я за ней. А мама за мной. И почему-то ругается? Я так и не понял, за что. Остановился и повернулся к ней, а внутри такая обида, что я не догнал и не смог разглядеть новое живое существо. Мама догнала меня и больно схватила за руку.
— Я миллион раз говорила
Мы только переехали в новую квартиру в недавно отстроенном районе. Отцу дали за военные заслуги. Мой друг, Саша, с родителями тоже переехал сюда. А вот мама Максима пообещала, что будет привозить его к нам поиграть. Как раз сегодня они приехали, и мы идем на детскую площадку, что расположилась неподалеку от нашего дома. Новая, с горками, качелями и лестницами. С большой песочницей и скамейками для родителей. Я все время просил маму меня туда отвести, но только сегодня она решила, что я это заслужил.
Я скучаю по отцу. Он все время уезжает. Его не бывает месяцами. А мама злится и ругается на меня, как будто это я виноват, в том, что отец так много работает. Он строгий, но я все равно его люблю.
Мы пришли на детскую площадку. А там Сашка и Макс меня уже ждут. Освободил свою ладошку из маминого захвата и побежал к друзьям. А мама стала жаловаться подругам:
— Он совершенно неуправляемый! Чем старше, тем мне все труднее с ним справляться. Как приезжает отец, он от него не отходит. И ведь слушается! Все, что тот говорит, делает безоговорочно. А со мной? Не понимаю, что я делаю не так?!
Дальше я уже не слышал, у нас тут важное дело. У Саши новая машина, отец из командировки привез. Я вырасту и куплю себе такую. Сам!
— Дима! — окрикнула меня мама, когда мы бегали по площадки играя в бандитов и полицейских. — Дима, иди сюда, папа звонит!
Я тут же рванул к ней, но по дороге споткнулся, упал и разодрал колено. Больно, но я же мужчина! Не проронив и слезинки поднялся, отряхнулся и побежал дальше.
— Держи! — мама передала мне большую черную трубку телефона, а сама стала осматривать колено и причитать. — Ну вот что же это такое? Горе ты мое! — потрепала по волосам и стала платком очищать рану от песка.
— Димка, я задержусь на несколько дней. — сообщил мне отец. — Ты только не дуйся, слышишь? Ты же знаешь, у меня такая работа. — я только киваю. Отец не видит, но мне кажется, что он понимает. — А когда я вернусь, отведу тебя в секцию по боксу. Я уже договорился. Ты рад, сынок?
— Да! — дрожащим от детской обиды голосом произнес я.
— Эй, ты чего? Плачешь? Дима, что я тебе говорил?! — в его голосе появились нотки строгости — Пока меня нет, ты — единственный мужчина в семье! Ты должен быть сильным! Кто позаботится о маме, мм?
— Я… — ответил, растирая слезы грязной ладошкой.
— Я горжусь тобой, сынок. Мне пора…
— Папа, папа, смотри — маленькая Софи трясет меня за руку вырывая из воспоминаний.
— Какая красота! Ты моя умничка! — целую дочку в лоб. Она накрыла целый обед для своих кукол, украсив блюда листьями и цветами с маминой любимой клумбы. Вышло красиво. Действительно красиво. Я подумаю о том, чтобы отдать ее в художку. У нас растет очень творческий ребенок.
Выкинул поломанную сигарету, достал новую из пачки и, наконец,
— Что-то случилось? — заглянула прямо в глаза. Я только отрицательно покачал головой и уткнулся носом ей в шею, вдыхая аромат кожи и остатка духов.
— Люблю тебя… — прошептал ей и подарил нежный поцелуй. — Я уеду на пару недель. — прошептал любимой девочке. — Ты справишься без меня?
— Конечно. — она подарила мне ответный поцелуй, игриво прикусив губу. Тело тут же отозвалось на ласку жены приятным возбуждением. Не удержался и сделал поцелуй глубже, проникая в ее рот языком, лаская, вылизывая. Она тихо застонала, но уперлась ладошкой мне в грудь, останавливая. — Тише ты. — смеется. — Тут ребенок…
— Она не смотрит. — довольно улыбнулся и потянулся за дополнительной порцией сладкого, но Китти меня остановила и встала с колен.
— Дождись ночи… пожалуйста.
— Жестокая! — она только рассмеялась в ответ и убежала в дом к сыну.
Как же я задолбался! Иногда хочется все бросить и свалить куда-нибудь с семьей. Но вместо этого я сижу в своем кабинете в Нью Йорке и разгребаю завалы проблем, которые создали американские партнеры. Если кто-то думает, что собственный бизнес и большие деньги — это свобода, ребята вы не правы! Это возможности, но ни хрена не свобода.
В глазах «песок», за окном темно. Устало откинулся на высокую кожаную спинку кресла. Даже курить не хочется, просто посидеть в тишине. Размеренные звуки никогда не спящего города действуют лучше любой музыки для медитации. Шум машин, голоса людей, вой сирены скорой или полиции где-то вдалеке, шум вертолета. Город живет круглые сутки. Он двигается или стоит в пробках, развлекается в клубах, занимается сексом, работает или отдыхает, но никогда не спит. Вот и я почти не сплю вместе с ним уже несколько дней. Потянулся за чашкой, чтобы допить свой кофе, но она оказалась пуста. Секретарша давно ушла домой, а делать новую порцию самому тупо лень. Снова откинулся на прохладное кресло. Ехать домой нет смысла, нужно закончить работу и поспать прямо тут хотя бы чуть — чуть. Утром важная встреча, если поеду домой, точно не успею. А опоздание — дурной тон для моей репутации. Откуда-то снизу, с улицы, послышались звуки драки…
Макс подбегает к нам с Алексом и еще на подлете орет
— Пацаны! Пацаны! Там это… — пытается отдышаться, а мы с любопытством на него смотрим.
— Ну?! — не выдерживает старший из нас, Алекс. Нам по восемь, ему уже десять.
— Там парни из соседнего двора ломают нашу беседку! — мы подскочили и побежали за ним.
Эту беседку мы строили вместе с родителями несколько дней. У отца отпуск, и он весь его посвятил мне. Я был просто счастлив. Он со мной на всех тренировках. Даже на соревнования ездил. И к Алексу на футбол мы ходили все вместе. Мама тогда ворчала, но мне было все равно, ведь отец рядом. Он занимался со мной рукопашным боем, давал дополнительные уроки по боксу, учил жизни, а потом мы все вместе строили эту беседку. Они с Александром Владимировичем, отцом Алекса, жарили мясо на мангале и пили пиво, а мы крутились вокруг, слушая военные байки.