Том 1
Шрифт:
Шли равниной. Поля золотистой пшеницы чередовались с садами и виноградниками.
К полудню войско остановилось — впереди заметили лагерь рабов. Он был такой же квадратный, как у римских легионеров, и так же был окружен валом с высоким частоколом. По углам стояли легкие деревянные башенки, на них виднелись неподвижные часовые. В лагере было тихо.
Начальник римлян, сидя на выхоленном белом коне, отдавал последние приказания:
— Никакой пощады врагу! Пленных не брать — всех рубить, как бешеных собак!
Сипло зазвучали боевые рожки. Когорты [266]
Воины ворвались в лагерь. Ни одного живого человека в нем не оказалось — лагерь был пуст. Палатки и шалаши из ветвей стояли ровными рядами, в них лежали вещи, подстилки.
Часовые, стоявшие на угловых башенках, оказались трупами умерших гладиаторов.
266
Когорта — войсковое соединение римлян, часть легиона.
Триста всадников поскакали в разных направлениях и вскоре привели нескольких пастухов. Начальник Вариний выслушал их несвязные рассказы:
— Сегодня ночью рабы ушли из лагеря, как кошки, без шума. Они направились к югу, к Луканским горам.
— Рабы бежали в Луканию, страну пастухов и разбойников! — воскликнул Вариний. — Их трудно будет ловить в горах. Но мы все-таки поймаем! Рим, готовь для них цирковую арену!
Отряд спешно двинулся дальше. Дорога шла между холмами. Ехавшие впереди разведчики вернулись вскачь:
— Отряд Спартака перед нами!
В долине, где шахматными квадратами растянулись вспаханные поля, стояли готовые к бою гладиаторы. Их было меньше, чем думали римляне.
Легионеры, надвинув шлемы на лица, стали быстро спускаться с холма и перестраиваться к бою, выравнивая фронт. Вперед выслали легко вооруженных — с метательными дротиками, сзади шли тяжело вооруженные воины, закованные в броню.
Спурий, занимая место среди последних рядов, ворчал:
— Почему это рабы стоят? Что за хитрость они задумали?
Гета взобрался на кочку сзади Спурия. Сердце его усиленно билось. Он вглядывался вдаль, где были пестрые ряды рабов, и отыскивал среди них всадника на вороном коне с желтой шкурой леопарда.
Ряды рабов заволновались. Их фронт, слегка извиваясь, стал сперва медленно, затем быстрее приближаться к римлянам.
Прогремел грозный крик фракийцев, и передние ряды легко вооруженных римлян были смяты после первого натиска рабов; тогда на подмогу бросились тяжело вооруженные воины. Гладиаторы нападали яростно, деревянные колья в руках фракийцев превратились в палицы.
Третья когорта, в которой был Спурий, беглым шагом двинулась в наступление. Спурий остановился, сел на землю позади большого камня и стал снимать сапоги:
— Не могу я идти в бой в таких неудобных калигах!.. Знаешь что, Гета, я передумал. Мы с тобой пойдем ко мне домой работать на огороде.
Повернем-ка назад! Босиком бежать
Но Гета воспользовался суматохой и бросился в сторону. Он оглянулся и увидел, как Спурий большими прыжками бежал назад по полю, удаляясь прочь от места битвы.
Римское войско стало ломать свой строй. Некоторые части подались под неудержимым натиском рабов. Боевые кличи фракийцев гремели все яростнее и громче.
Наконец сперва середина, за нею левый фланг римлян повернули и побежали врассыпную, роняя оружие и щиты. Легионеры не успели укрыться в своем лагере и побежали дальше. Рабы ворвались в их лагерь и захватили все оставленные там запасы, склады оружия и денежные ящики.
Спартак на вороном коне, покрытом желтой пятнистой шкурой леопарда, прискакал к большому шатру посреди лагеря, где накануне ночевал начальник римлян Вариний, и отдернул полог шатра.
— Где Крикс? — кричал он. — Крикс, ты хотел отдыхать? Смотри, Вариний оставил тебе и мягкое ложе, и пушистые египетские ковры, и кувшины с душистым маслом для втирания! А вот это мы сейчас рассмотрим!.. — Спартак соскочил с коня и бросился внутрь шатра.
Там стояли одна на другой несколько круглых кожаных коробок. Спартак торопливо доставал из них папирусные свитки, разворачивал и передавал сопровождавшему его писцу: тот их бегло прочитывал.
— Смотрите, друзья, здесь написаны грозные приказы сената поймать взбунтовавшихся рабов! — смеялся Спартак. — Нас должны привести в Рим. Где же начальник Вариний, которому поручено это дело? Вот я здесь, около его палатки, пусть он берет меня!
Звонкий голос мальчика ответил:
— Вариний ускакал первым, как только увидел, что легионеры стали отступать!
Гета подошел к Спартаку, слушавшему писца, и опустился около него на землю. На шее у Геты был закручен ремень.
— Разрежь мне этот ремень, Спартак. Я был в плену.
— Мы одной крови с тобой! — воскликнул Спартак, разрезая мечом ремень. — Мы не покорные овцы, а любящие свободу люди. Поэтому ты и сумел убежать из плена. Эй, товарищи, режьте этот шатер себе на подстилки!
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
ГРОЗНОЕ ИМЯ
Спартак стал известен всей Италии. Толпами стекались к нему южноиталийские рабы, в особенности храбрые полудикие луканские пастухи, увидевшие неожиданную возможность свободы. Число восставших в несколько месяцев достигло семидесяти тысяч человек.
Плодородная область Кампания, только что оставленная Спартаком, снова была им быстро занята. Целый римский корпус [267] , посланный туда для защиты поместий богачей, был рассеян и уничтожен. Теперь уже вся Южная Италия оказалась в руках освободившихся рабов.
267
Под корпусом здесь подразумевается крупное войсковое соединение (отряд) римских легионеров.