Топ-модель

Валяев Сергей

Делать нечего - надо спасаться бегством. По коридору - к лестнице. К черному выходу. Успеваю заметить несколько бойцов. Черт, сколько их? И почему такая охота на меня? Это я себя спрашиваю? Или кого?

Дурочка, я для них: враг - номер один. Видимо, г. Шопин заключил, что все его текущие беды от топ-модельной стервы.

Бежать-бежать-бежать! И верить, что ОН в очередной раз... Какая же я самонадеянная, самоуверенная, самоуправная... Больше никогда в жизни... Всех буду слушать... Клянусь!..

"Черная" выход буквально выплевывает меня на автомобильную стоянку! Отлично!

Куда бежать? Вглядываюсь в сумрачное пространство, заставленное машинами. Упасть под них или сдаться на милость победителям. От огорчения швыряю бесполезный пистолет в бетонную стену.

И тут происходит невероятное - я вижу старенький автомобильчик, из которого вылезает некий человек. И скорее воспаленным подсознанием понимаю - этот человек мне знаком. Знаком общим абрисом - суховатым и жилистым. Бог мой! Я не верю собственным глазам! И радостно, и восторженно ору, набегая на спасителя:

– Роберт Робертович! Это я! Я - Маша! Спасите меня!

Да, этого не может быть - но это он, Фишер Роберт Робертович, добрый мамин друг, рыбный бизнесмен, в офисе которого я трудилась целую вечность три месяца.

– Маша, - наконец узнал меня.
– Ты? Что случилось?

– Потом-потом, - страдаю я.
– Уезжаем-уезжаем, меня хотят убить.

– Убить?
– суетится, открывая дверцы.
– Садись-садись.

– Поехали-поехали, - кричу.
– Я не шучу...

– Сейчас-сейчас, Машенька, машина старенькая...

О, Боже! Дай мне силы - и наконец треск мотора, затем мелькание бетонных стен, яркий всплеск солнца в глаза и... шумный жаркий родной, такой любимый и такой загазованный проспект.

Утвердившись, что наш миленький драндулетик не преследует, во все глаза смотрю на своего избавителя. Кричу ему, что это чудо - чудо, что он оказался в нужное время и в нужном месте. Как и почему он здесь, в Москве? На этой автостарушке? Неужели его рыбный бизнес накрылся медным тазом, хохочу от чрезмерных чувств. И прошу прощения.

– Все нормально, Машенька, - улыбается доброй улыбкой.
– Ты необыкновенно похорошела.

– Да?

– Да.

– Топ-модель я, Роберт Робертович, - прыгаю на сидение.

– И что случилось? Кто тебя хотел убить?

– Ой, это долгая история, миленький Роберт Робертович, - смеюсь. Лучше скажите, как вы сами здесь оказались?

– Я тебя искал, Маша?

– Меня?

– Мама просила передать тебе посылку.

– Посылку? Мама? С ума сойти, - торжествую я.
– Спасибо маме! Спасибо вам, Роберт Робертович!..

Переведя дух, узнаю, что господин Фишер остановился у племянника в Подмосковье. Приехал он по делам фирмы - дела идут неважно, и надо решать некоторые проблемы. Моя мама, узнав, что его добрый друг отправляется в столицу, решила порадовать дочь разносолами. Если я не против, то можно сразу и рвануть к племяннику на его же машине.

– Вперед, к племяннику!
– кричу я.
– А телефон там есть?

– Конечно, - улыбается Роберт Робертович.
– Там все есть, Машенька. И протягивает мне платок.
– Чистый.

Я вытираю этим платком потное лицо, потом глубоко вздыхаю,

чувствуя, как напряжение всего тела спадает, затем ощущаю невозможное желание спать. Веки тяжелеют - я мямлю:

– Не могу, как хочу спать. Что со мной?

– Устала, девочка. Все в порядке.

Голос Роберта Робертовича сладковат и что-то мне напоминает, но что? Пытаюсь припомнить и нет сил для этого. Закрываю глаза и чувствую, как медленно уплываю в некий мрак...

Прибой моря и запах водорослей. Морской прибой то усиливается, то утихает. А водоросли имеют йодистый запах. Я - на море? Пытаюсь открыть глаза. Где я и что со мной? Пытаюсь помочь себе руками и чувствую, что они не свободны. В чем дело? Надо открыть глаза. Почему так больно открывать их? Боль разрывает виски... Спокойно-спокойно, надо вспомнить последние события: так, я топ-модель! Да-да, топ-модель. Я - Маша Платова. Я успешная, красивая девочка. Я попала в некий переплет, но спаслась из него. Чудом спаслась - меня выручил добрый мамин друг Роберт Робертович Фишер, который случайно оказался на автостоянке Центра моды. Почему он там оказался? Ах, да! Мама просила передать мне посылку с разносолами... Мы поехали на старенькой машине к племяннику... Ехали-ехали и я уснула, и вот теперь пытаюсь...

Через силу мне удается разлепить раковинки век - и вижу бетонную стену гаража, и вижу стеллажи, заставленные инструментами. Боже, это стена и стеллажи с инструментами мне знакомы - знакомы по моим кошмарным снам. Что за чудовищное проклятие?

Всматриваюсь в плохо освещенную глубину гаража: старенькое "жигули" и "мерседес" с дивноморскими номерами, на которой я иногда ездила в качестве секретаря господина Фишера. Откуда это машина? Я - в Дивноморске? Нет, напряженный искусственный гул утверждает, что рядом аэропорт. Да, это гул самолетов. И этот гул мне тоже хорошо знакомом. Я его слышала, когда с Евгенией и Максимом, прибыли во Внуково... тогда мы искали сексуального дурака...

Что это все значит? И, уже догадываясь, что все это значит, не хочу верить - не хочу верить! Не хочу... Мамочка...

Подношу правую руку к лицу - она окольцована металлическим держателем. Левая - тоже. Самодельные наручники на прочных цепях, прикрепленных к скобам, сами они зацементированы в бетонную стену.

Я чувствую: теряю сознание и падаю... падаю... падаю... на мерзкий грязный матрац. И вид этого зачуханного матраца с клочьями желтой мертвой ваты приводит меня в чувство.

Маша-Маша, прекрати истерику. Это не сон - это явь, это правда, это то, что больше всего страшилась. И страх этот породил нынешнее твое чудовищное положение. Но нет безвыходных положений. Ищи выход - и ты его найдешь.

Расшатать скобы? Вырвать руки из капканов держателей? Однако, прежде всего, надо чтобы прошла слабость отравленного тела. Да-да, все началось с платка, переданного Роберт Робертовичем... Зачем он все это делает? И кто он на самом деле? Маньяк? Не может быть? Маньяк по фамилии Бирюков погиб, выбросившись из окна. Я его видела собственными глазами на крыше гаража. Тогда получается - два маньяка? Нет, это слишком, это даже не смешно.