Транс
Шрифт:
– Там, наверху, – зашептал он, – рядом с богами... магический взгляд... он хилер [4] ...
Драммонд взглянул на Кигана, заметил, как напряглись его мышцы, задрожал каждый мускул. И хотя теперешнее состояние его не шло ни в какое сравнение с тем, что было во время сеанса гипноза, тем не менее оно было ужасно.
– Том, вы не спите?
– Конечно, не сплю. Он умеет врачевать своим магическим взглядом... по телевизору. Он вылечил его.
– Кто кого вылечил?
4
Хилер –
– Вы не верите? Это большое стадо людей. Вы думаете, они дураки? Нет, они не дураки. Пойдите, сядьте рядом с ними, поговорите, и вы кое-что узнаете.
– Где они, Том? Кто эти люди?
– Мои друзья. Они хотят приютить меня, помочь мне, как и вы.
– Расскажите мне о своих друзьях, опишите их. Мне очень интересно.
– Вы это только говорите. Вы покровительствуете мне.
– Нет, я действительно...
Киган визгливо расхохотался.
– Золотой отец. Два отца... дряблый отец и золотой отец. Вы как золотой отец. Почему вы не носите золото? Золото лечит все. Я хочу вставить себе золотой зуб. Я вырву все зубы и вставлю золотые. У меня нет одежды. Эти ублюдки украли всю мою одежду.
– Какие ублюдки, Том? – спросил Драммонд, поняв, что Киган из сонного состояния перешел в состояние психоза, соскользнул в нереальность, которая, возможно, уходит корнями в действительность.
У Драммонда снова мелькнула мысль о шизофрении. А вдруг Киган действительно болен? Тогда незачем везти его в долину, пустая это трата времени, лучше побыстрее поместить его в госпиталь.
И вдруг:
– Пол, а можно послушать музыку по радио?
Драммонд взглянул на него. Лицо Кигана было спокойным, мышцы расслаблены, никакой напряженности.
– Ну конечно. – Пол поймал тихую инструментальную музыку, в которой отчетливо звучали аккорды гитары. – А какую музыку ты любишь?
– Всякую. Она помогает мне расслабиться.
Музыка действительно подействовала на Кигана успокаивающе. Он опять откинул голову, закрыл глаза, руки его спокойно лежали на коленях.
– Том, вы не хотите рассказать мне о своих друзьях? Я очень хотел бы узнать о них, – решился спросить Драммонд.
– У меня нет друзей. Вообще никого нет.
– Расскажите о тех, кого вы упомянули несколько минут назад, когда проснулись.
Киган покачал головой, глаза его были по-прежнему закрыты.
– Наверное, мне что-то приснилось.
И вдруг Драммонда осенило. Может быть, все эти нелогичные излияния Кигана не имеют никакого отношения к его психическому состоянию? Может, он просто вспоминает реальные события? В состоянии бодрствования эти воспоминания подавлены, но в сонном они оживают.
Драммонд придерживался гипотезы Юнга [5] , согласно которой психика человека, чтобы сбалансировать свое состояние, продуцирует сновидения. Допустим, Китая запрограммирован на то, чтобы забыть некоторые моменты своего прошлого, тогда не исключено, что его психика через сновидения пытается противостоять пагубному воздействию такой программы. Вполне возможно, что сновидения Кигана послужат ключом к разгадке его прошлого.
5
Юнг
– Ты часто видишь сны, Том?
– Постоянно. И все время кошмары.
– Какие?
– Никогда не могу вспомнить. Иногда проснусь весь в поту и говорю себе: этот сон надо запомнить, потому что снилось очень явственно. А утром проснусь – и ничего не помню.
– Знаешь, Том, я хотел бы попросить тебя кое о чем. Я дам тебе бумагу и ручку. Когда ты увидишь сон и проснешься, сразу же запиши, что приснилось. Не важно, в котором часу, Включи свет и запиши. Ты выполнишь мою просьбу? Это может оказаться очень полезным для восстановления памяти.
– Хорошо, доктор... то есть Пол.
Драммонд улыбнулся.
– Вот и прекрасно. Ты постепенно осваиваешься. Расслабься, слушай музыку. Мы примерно на полпути к долине. Если хочешь, можешь соснуть. Вдруг, пока мы добираемся до Палм-Дезерт, тебе приснится хороший сон?
Мощный автомобиль легко и плавно пролетал милю за милей. Музыка звучала почти непрерывно до одиннадцати часов. Потом начались "Новости".
Передавали свежие сообщения о предвыборной кампании.
"Выступая сегодня вечером перед двухтысячной аудиторией рабочих автомобильной компании в Детройте, кандидат от республиканцев Джек Крейн продолжил свои нападки на оппонента Милтона Бёрна, обвинив его в мягкотелости по отношению к преступникам и в жесткой политике в отношении налогоплательщиков".
Послышался грохочущий голос Джека Крейна.
"Вы, уважаемые сограждане, знаете истинную цену деньгам. Если бы меня спросили: "Кто есть настоящий налогоплательщик?" – я бы без колебаний ответил: – "Рабочие автомобильной промышленности Детройта". Американский рабочий как проклятый трудится за свою зарплату, отдает последний цент на уплату налогов, и он вправе спросить: а что я имею за свои деньги? Ну что ж, друзья мои, позвольте сказать мне, что вы получите от сенатора Милтона Бёрна, которому наплевать на ваши деньги..."
Краем глаза Драммонд заметил, что Кигана внезапно охватило беспокойство. Не открывая глаз, Том запрокинул голову, лицо исказилось, словно его мучили кошмары. Он застонал, потом что-то зашептал, явно негодуя, и крепко сжал кулаки. Затем Киган вдруг широко открыл глаза, бросил на Драммонда бешеный взгляд, протянул вперед руки и выключил приемник.
– Господи! – Драммонд буквально подскочил в кресле и от неожиданности резко крутанул руль. Машину бросило в сторону.
Выровняв автомобиль, Драммонд взглянул на Кигана. Тот съежился и в ярости зажал уши руками.
– Том... что случилось? Давай говори! Скажи мне, что тебя так напугало? Сон? Кошмары?
Киган, не отнимая рук от ушей, нерешительно покачал головой.
– Я не знаю. – В глухом рыдании, вырвавшемся из его груди, слышались отчаяние и безысходность. – Что-то происходит с моей головой, доктор. Я не знаю, что со мной!
– Хорошо, Том, успокойся, все будет в порядке. Я обещаю тебе. Приляг и расслабься. Давай приляг.
Киган вздохнул, откинулся в кресле, закрыл глаза. По щекам его текли слезы.