Транс
Шрифт:
Киган кивнул.
– Мне снова снился дом...
– Снова? Он снился тебе раньше?
– Да.
– И часто?
– Много раз.
– Расскажи мне этот сон. Все, что ты записал, я потом прочитаю.
– Будто я нахожусь в этом самом доме. Дом старый. Точнее, часть дома старая, а часть новая. Это какое-то очень таинственное место. Новое снаружи, старое, обваливающееся изнутри. Я нахожусь в здании, иду вниз по лестнице. На чердаке начинается пожар. Весь верхний этаж превращается в кромешный ад. Я знаю, что мне надо бежать, но не могу этого сделать. Я в ловушке. И чувствую, что пламя
– А дальше?
Киган пожал плечами.
– Дальше я просыпаюсь. Во сне пламя не доходит до меня. Оно там, наверху, но огонь охватывает и лестницу. Это ужасно. В этом есть какой-нибудь смысл, Пол, или это просто сон сумасшедшего?
– Думаю, в нем очень большой смысл, но об этом поговорим позже. Прежде всего, Том, мне хотелось узнать нынешние пределы твоей памяти. Я полагаю, она у тебя постепенно нормализуется. В полицейском участке Лос-Анджелеса и у себя в квартире ты говорил, что ничего не помнишь. Я думаю, ты имел в виду, что ничего не помнишь до того, как очнулся в госпитале?
– Да. С того момента я все помню.
– И в то же время ты сейчас сказал мне, что сон о пожаре снился тебе много раз. Значит, и до того, как ты очнулся в госпитале. Верно?
Киган уставился на него.
– О да. Мне... мне он не снился с тех пор... значит, он снился мне и раньше.
– Очень хорошо. Просто здорово! Ты уже кое-что вспомнил. Я же говорил, память начнет к тебе возвращаться, едва ты окажешься в привычном месте. И теперь я хочу, чтобы ты привык к этому месту, чувствовал себя здесь как дома и в безопасности. Просто расслабься, Том, наслаждайся солнцем, видом на горы, а мы сделаем так, чтобы ты сумел все вспомнить. Обещаю тебе.
Внутренняя растерянность и беспокойство Кигана наконец вырвались наружу.
– Это так, будто стараешься вспомнить чье-то имя... чье-то, кого ты очень хорошо знаешь... и даже смешно, что оно вылетело у тебя из головы. Знаешь, как зовут человека, а вспомнить, черт возьми, не можешь. Вот так и у меня в отношении всей моей жизни – до того как я очнулся в госпитале. Ничего не могу вспомнить, Пол... вся моя прошлая жизнь как огромная черная дыра. Я не помню, кто я... что я делал... была ли у меня семья...
– Том, послушай меня. Иногда действительно не удается вспомнить имя хорошо знакомого человека. Или номер телефона. Или сон. Что мы обычно делаем в таких случаях? Усиленно стараемся припомнить. Да? Но чем больше мы об этом думаем, тем труднее нам вспомнить. Если же перестать напрягать память, расслабиться, тут же появляется подсказка из подсознания. Всегда доверяй своему подсознанию. Его цель и назначение – служить тебе. Не пытайся усиленно думать, Том. Таким способом ты загоняешь свою память. Расслабься, и через какое-то время, без особых усилий, внезапно вспомнишь, что происходило с тобой до госпиталя. Раз это случилось один раз, то непременно произойдет и в следующий. Итак, дай этому свершиться. Просто жди.
На лице Кигана засияла улыбка.
– Хорошо. Спасибо, Пол.
Драммонд взглянул на часы.
– Мне пора. Можешь вымыть посуду. Дом в твоем распоряжении, делай все, что хочешь. Я вернусь к часу.
По дороге в офис Драммонд думал
Сновидение о доме – это сновидение о самом себе. Любой рисунок дома, сделанный, например, рукой ребенка, принимает характер антропоморфной символики [6] , где окна – это глаза, дверь – рот, дорожка к дому – язык. Дом, приснившийся Кигану, был новым снаружи и обветшалым изнутри. Вот так воспринимал себя и Киган: внешне молодой, физически сильный, а внутри дряхлый, изношенный человек.
В его сне пламенем был объят чердак, верхний этаж. Под чердаком следует подразумевать голову, мозг. Разум. Разум Кигана был объят пламенем и не поддавался контролю, угрожая всей его жизни. Киган знал это и пытался убежать, но не смог... никак не мог найти ключ, потому что не знал, что с ним происходит.
6
Перенесение человеческих свойств на предметы.
Но для Драммонда гораздо большее значение имел не классический вариант интерпретации сна, а то обстоятельство, что это случилось с Киганом до момента его госпитализации, до получения травмы головы от удара грабителей в Map-Виста. Иными словами, умственная нестабильность Кигана и, возможно, потеря памяти были вызваны какими-то предшествующими событиями. А в момент похищения, видимо, произошло обострение.
Вот это уже доказательство, это важнейший ключ к разгадке. Теперь Драммонд мог попытаться установить временные рамки, в пределах которых следовало искать источник заболевания Кигана. Сейчас, по крайней мере, он мог пренебречь случаем в Map-Виста и сконцентрировать все свое внимание на прошлом Кигана.
Конечно, военная кампания во Вьетнаме – чересчур обширное поле для исследования, которое Драммонд собирался предпринять. Но стена, обклеенная вырезками и фотографиями о Вьетнаме! Просто какая-то одержимость, которая, как и сны, является симптомом, указывающим на источник беспокойства.
Итак, это мог быть Вьетнам.
Вьетнам... и герой войны во Вьетнаме.
Джек Крейн.
Губернатор Джек Крейн.
Кандидат в президенты Джек Крейн.
Посмотрим, что произойдет седьмого ноября. Вероятнее всего, Джек Крейн станет президентом.
В январе Джек Крейн – президент Соединенных Штатов.
Вырулив "даймлер" на стоянку за офисом, Драммонд выключил двигатель и несколько минут сидел неподвижно, размышляя, казалось бы, о самом невероятном – о связи между Томом Киганом и будущим президентом Америки.
Невероятно, но вполне возможно.
В жизни не бывает ничего невозможного. Даже когда речь идет о президентах.
В принципе, невозможным казался и "Уотергейт". Жизнь доказала, что это возможно. Ведь это было!