Трапеция
Шрифт:
– Вряд ли. Нет.
Инна положила ладонь ему на руку.
– Слушай, из нас бы вышла отличная команда. Ты и я.
Томми приготовился отшутиться, а потом с изумлением понял, что это всерьез.
Инна не сводила с него глаз. Щеки ее горели румянцем, ноздри раздувались, губы стали влажными. Ощутив некоторое отвращение, Томми мягко стряхнул ее
ладонь.
– Тебе не кажется, что ты забыла про Поля?
Она одарила его тяжелым взглядом, потом опустила ресницы, и его отвращение
усилилось.
реагировать. Он умел управляться с обожательницами, которые время от
времени вешались ему на шею. Симпатичные мальчики в трико частенько
становились объектом вожделения старших женщин. И деловое предложение, пусть и неприемлемое, он тоже встретил бы с тактом. Но когда все вот так
переплеталось, он даже не знал, сердиться или смеяться.
– С хорошим партнером у меня был бы шанс пробиться наверх. Поль только для
балаганов и годится, из-за него я здесь прозябаю. Но наш брак давно изжил
себя… ты понимаешь, о чем я?
Еще и недотрах…
Томми вспомнил догадки Марио касательно Поля Реддика и беспомощно
проговорил, тщательно подбирая слова, которые и ее не обидели бы, и его не
скомпрометировали.
– Ну, это будет зависеть от Мэтта…
Вот черт, зря я его сейчас упомянул…
Инна придвинулась ближе, практически прижавшись к нему.
– Я не нравлюсь твоему брату, да? Зато тебе…
«Боже мой…», – подумал Томми в крайнем смущении.
В голове вспыхнули воспоминания о дне у Ламбета несколько лет назад. Томми
впервые ощутил сочувствие к Марио – чувство, на которое он тогда по причине
юных лет и неопытности был неспособен.
Теперь у девчонок есть обо что почесать языки, а те слухи, может, завянут раз и
навсегда.
Мысль промелькнула, но Томми решительно отверг ее. Вежливо и нейтрально он
сказал:
– Разумеется, Инна. Но нам с Марио есть дело до Поля. Он может все не так
понять.
Инна отшатнулась, в ее расширившихся глазах полыхнуло поддельное
негодование.
– Ах ты маленький сопляк! Я делаю тебе деловое предложение, а ты смеешь
оскорблять честную замужнюю женщину!
– Слушай, я никого не хотел оскорбить…
Вдруг она замолчала. Лицо прояснилось.
– Сантелли. Я же знала, что там что-то было. Это вас вышвырнули Вэйленды. За
нарушение общественной морали.
Томми стало холодно.
– По округе ходило четыре версии этой истории, – бесцветно сказал он. – Если вы
с Полем хотите услышать нашу, приходите после представления. Спасибо за
кофе.
И он поспешил ретироваться. Черт, надо было дать ей то, чего она хочет!
Разумеется, пришлось рассказать
предсказуемой.
– Я же говорил, что она змея.
– Говорил. И был абсолютно прав. А теперь что делать? Ждать, пока она
навешает Бландингу лапши на уши? Ты же знаешь эту его любимую присказку
«Здесь приличное шоу». Он, конечно, полный остолоп, плюнь в глаза – скажет, божья роса. Его свои же люди обкрадывают безбожно. Но такие вещи… в общем, ты представляешь.
Марио уложил подбородок на ладони.
– Жаль поступать так с Полем, но, боюсь, придется нам сматываться. И что же на
тебя так женщины вешаются?
– Ты говорил, это профессиональное.
– Я много ерунды говорил! – вдруг рявкнул Марио. – А что Инна на передок слаба, так это через неделю после начала сезона видно было!
– Слушай, если я исчезну…
Марио глубоко вздохнул.
– Все равно сезон заканчивается через десять дней. Ступай прицепи трейлер, я
сложу вещи.
И с внезапной абсурдной веселостью он прибавил:
– Парень, раз уж мы и из этой дыры вылетели… черт возьми, остается только
один путь – наверх!
ГЛАВА 5
– А здесь все по-старому, – заметил Марио.
Когда они свернули на дорожку, ведущую к дому Сантелли, в окнах сверкнуло
солнце. Томми вспомнил, как сидел в машине у ворот, не решаясь выйти и
позвонить в дверь. А теперь они вернулись.
Томми припарковал машину позади большого синего с отливом «Крайслера», гадая, у кого из семьи новый автомобиль, и поставил прицеп на тормоз. Старую
машину Марио они продали в тот же вечер, когда покинули цирк Бландинга, и
поехали на автомобиле Томми. Это обстоятельство сильнее всех заверений в
любви, обещаний и секса убедило Томми, что все мосты сожжены, и назад дороги
нет.
– Что ж, – сказал Марио. – Дадим им возможность поприветствовать блудных
сыновей.
Они вместе поднялись на крыльцо и позвонили. Через минуту внутри
послышались шаги, дверь распахнулась, и на пороге появился Джо Сантелли – в
свитере и босиком. Прищурившись от солнца, он с изумлением воззрился на них.
– Мэтт! И… Боже Всемилостивый! Томми?
Одной рукой Джо крепко обнял Марио, свободную протянул Томми.
– Так я и знал, что вы когда-нибудь вот так вместе явитесь! Проходите, ребята, проходите. Добро пожаловать домой!
Он захлопнул дверь и крикнул:
– Люсия, ступай погляди, кто к нам пришел!
Люсия, возникшая в конце коридора, почти бегом кинулась к ним и повисла на
шее Марио.