Трапеция
Шрифт:
Марио покачал головой.
– Лу уже пыталась на меня насесть по этому поводу. Даже не начинай.
– Лу сказала, она снова работает у Старра. Выглядит намного младше меня…
держит себя в форме. Я имею в виду Сюзан. А Сюзи такая уж куколка, очень
похожа на Клео Марию. Я отдала ей много вещей Клео. В конце концов, мы
семья.
– Лисс, если ты не возражаешь, давай закроем эту тему.
На ее губах мелькнул намек на улыбку.
– В этом мы похожи. Но Мэтт,
Сюзан.
– Ты представляешь меня отцом-одиночкой? А Люсии своих детей ты бы на
воспитание доверила?
Лисс на секунду замолчала, накручивая на палец короткий локон, и снова Томми
увидел ее прежнюю.
– Не думаю, что они оказались в намного худшем положении. Если бы я
предвидела всё шесть лет назад… – она решительно тряхнула головой. –
Неважно. Сюзи могла бы жить у нас. Дэйв любит детей. Он был бы рад, если бы у
меня было пятеро. И Сюзи так похожа на Клео, она бы замечательно вписалась.
Или… – Лисс чуть помедлила. – Стелла за нее полжизни отдала бы. Ты же
знаешь, она не может иметь своих детей, а из-за их образа жизни им никто не
разрешит усыновление. Стелла даже пыталась уговорить Джонни где-нибудь
осесть, чтобы усыновить ребенка.
Губы ее дрогнули.
– Если уж на то пошло, у меня есть на примете парочка детей. Если бы я конечно
нашла способ ей их дать. Господи, я совсем как Лу, верно? Там хорошо, где нас
нет.
Воцарилось долгое неловкое молчание.
– Где Джонни и Стелла сейчас, милая?
При резкой смене темы Лисс вздохнула с явным облегчением.
– Ты не видел то большое цирковое представление по телевизору? «Дни и ночи
цирка». Джонни постановщик, а Стелла – одна из звезд. Прошлым летом
показывали. Не смотрел?
– Я видел телевизор один раз – в баре. Но давай ты расскажешь нам об этом чуть
позже, милая, – предложил Марио, глядя на часы. – Нам с Томом пора
устанавливать аппарат.
Лисс гостила в доме четыре дня. На четвертый день она спустилась в зал и
стояла позади Томми, наблюдая, как Марио работает с четырьмя мальчиками –
Клэем и его одноклассниками.
Теперь, будучи взрослым, Томми видел, что Марио – прирожденный учитель. Он
владел редкой способностью общаться со своими учениками неформально и
дружески, не теряя при этом авторитета. Он мог смеяться с мальчиками, поддразнивать их, шутить, выслушивать. Но стоило ему щелкнуть пальцами и
сказать: «Ну все, ребята, время поработать» – и дети тут же настраивались на
серьезный лад. Томми ни разу не слышал, чтобы кто-то из них огрызнулся или
возразил.
Лисс
сетку.
– Знаешь, вряд ли из них выйдет толк. Даже из Клэя.
– Да ладно, зато им нравится. И для Марио это полезно.
В такие минуты Томми видел, как вместо взвинченного напряженного незнакомца
перед ним появляется прежний Марио. Он все еще был слишком нервный и
молчаливый, но в компании детей куда больше походил на самого себя.
– Вижу, – согласилась Лисс, глядя, как Марио закрепляет лонжу на поясе Бобби
Мередита. – Мэтту на роду написано обзавестись полудесятком мальчишек.
Томми виновато вздрогнул, но Лисс с искренней улыбкой смотрела на брата.
Полдесятка сыновей – вот что она имела в виду.
– Тут есть что-то трагическое, Томми. Он был лучшим из Сантелли и будет
последним. У него нет детей, кроме той малышки. Ребята Джо не хотят летать.
Барби уже бросила, а для Клэя это только игра. И у Джонни тоже не будет
детей. Четыре поколения Сантелли достигли совершенства в лице Мэтта, и на
нем же всё закончится.
– Ну, – сказал Томми, – по крайней мере, после него уже никто не скатится в
посредственность. Как то семейство… три звезды в одном поколении, а дети –
никто.
Лисс тронула его за руку.
– Наверное, тебе придется быть ему сыном. Похоже, единственным.
«Согласен, – подумал Томми, глядя на Марио на мостике. – Сыном и всем
остальным, кого у него нет. Он – вся моя семья. Единственная семья».
Как-то днем Томми нашел в тренировочном зале Анжело.
– Мэтт дома?
– Наверху, ставит крысоловку в комнате Люсии.
– Том, хочешь поработать каскадером? Могу пристроить тебя. Сотня долларов за
вызов.
– Спасибо, деньги нам пригодятся. Бог знает, во сколько обойдется
оборудование.
– Отлично. Тогда тебе надо зарегистрироваться в профсоюзе.
Анжело сел на пол, прислонившись спиной к стене.
– Может, расскажешь, что тогда все-таки случилось? Почему ты сбежал?
Томми уставился на отполированный паркет. Возвышаться над Анжело было
неудобно, и он тоже опустился на пол.
– Я разозлился, что его взяли к Фортунати, а меня нет. Стало завидно.
Анжело пожал плечами.
– Не старайся. Ты все время его выгораживал. Наверное, я должен
поблагодарить тебя за то, что ты привел его обратно, как бы это ни получилось.
Люсия уже начинала сходить с ума. И все-таки мне интересно, Том. Вы двое так