Траун

Зан Тимоти

— Слуга? — переспросил Палпатин, бросив быстрый взгляд на Парка.

— Я говорю не о капитане Парке, — пояснил чисс, — а о другом. Возможно, я ошибся, когда подумал, что он ваш слуга. Однако он очень высоко отзывался о канцлере Палпатине.

Император чуть склонился вперед, снова сверкнув желтоватыми глазами.

— Его имя?

— Скайуокер, — сказал Траун. — Энакин Скайуокер.

ГЛАВА 3

Война —

это в первую очередь столкновение компетенций. Это игра умов, тактических приемов и контрприемов.

Но в ней также присутствует элемент случайности, более присущий игре в карты или кости. Мудрый тактик уделяет внимание и этим играм, извлекая из них знания.

Первый урок карточной игры гласит, что карты нельзя разыгрывать как попало. Победа обеспечена, если раскрывать их в правильном порядке.

У меня были на руках три карты. Первую я разыграл в поселении и в итоге попал на борт «Быстрого удара». Вторую — уже на корабле. Благодаря этому мне было обещано путешествие на Корусант, а курсант Вэнто был назначен моим переводчиком. Третьей было имя: Энакин Скайуокер.

— Любопытно, — протянул Император. «Цепкие, немигающие глаза. Складки кожи на лице не двигаются». — А как твое имя?

— Вы его уже знаете.

— Я хочу, чтобы ты сам его назвал.

— Митт'рау'нуруодо.

— Значит, это был ты, — сказал Палпатин. «Откинулся на спинку трона. Уголки губ приподняты вверх. Глаза неподвижны». — Когда до нас дошло послание капитана Парка, я надеялся, что это ты.

— Выходит, джедай Скайуокер выжил в той войне?

— Увы, нет, — ответил Император.

— Я скорблю о его кончине, — проговорил Траун. — Он был самым искусным, и… могу я обратиться к своему переводчику?

— Можешь, — разрешил Палпатин. «Глаза слегка прищурились. Желтизна в них стала отчетливее».

— «Экува».

— Мужественным, — перевел Вэнто. «Щеки горят сильнее, чем обычно. Мускулы под тканью мундира напряжены. Губы исторгли слово и снова плотно сомкнулись».

— Он был самым искусным и мужественным воином, — продолжил чисс. — Я надеялся снова с ним повстречаться.

— Да, самым мужественным, — проговорил Палпатин. «Голова слегка повернута влево. Взгляд скользит по Вэнто. Пальцы незаметно стискивают подлокотники трона». — Но перед смертью он в деталях рассказал мне об обстоятельствах вашей встречи и очень высоко отзывался о тебе. Значит, ты хочешь стать моим советником по вопросам, связанным с Неизведанными регионами?

— Я так и сказал.

— А если я предложу тебе большее? — поинтересовался Император.

— Что же вы намерены предложить?

— Ты можешь увидеть созданное мною величие, — сказал повелитель Галактики. «Пристальный взгляд ничего не упускает из виду, губы слегка изогнуты». — Или можешь стать его частью.

— Родина для меня потеряна, — признал

Траун. — Джедай Скайуокер потерян для вас. Я почту за честь, если вы пожелаете взять меня на службу вместо него.

— Любопытно, — повторил Император. «Взгляд на секунду задержался, потом метнулся к капитану Парку». — Капитан, вы правильно сделали, что привезли пленника сюда. Возвращайтесь вместе с подчиненными на корабль и продолжайте нести службу. Верховное командование выпишет вам поощрение, соответствующее вашим достижениям и инициативе.

— Слушаюсь, ваше величество, — кланяясь, ответил Парк. — Благодарю.

— Ваше величество, у меня просьба, — вклинился Траун.

— Говори, Митт'рау'нуруодо, — разрешил Император. «Глаза снова прищурены».

— Я все еще не до конца хорошо владею вашим языком. Прошу, чтобы моего переводчика оставили при мне.

«Император сидит неподвижно и безмолвно. Потом опирается на подлокотники и поднимается с трона».

— Давай пройдемся, Митт'рау'нуруодо.

Двое стражников у подножия расступились, сделав по метровому шагу в сторону. Спустившись со ступеней, Палпатин направился влево, где у стены виднелась оранжерея.

«Садик маленький, но растений множество. Большинство высажено в широкие горшки или длинные клумбы, которые тянутся вдоль изогнутых, вымощенных плиткой дорожек. Несколько ярких цветков растут прямо из декоративного камня. Небольшие деревья с мерцающей корой стоят, словно на страже личных разговоров. Расстояние от садика до трона позволяет сохранить приватность, даже когда у подножия кто-то толпится.

В обустройстве сада присутствует художественная идея. Сочетание прямых и изогнутых линий, слияние и контраст форм и цветов, неуловимая игра цвета и тени образуют определенный узор. В нем чувствуется мощь, уклончивость и глубокомыслие».

— Интересное место, — произнес Траун. — Вы сами его обустроили?

— Я его спроектировал, — ответил Император, остановившись на первом изгибе дорожки среди кустарника. — Что ты о нем думаешь?

«Уклончивость и глубокомыслие».

— Вы позвали меня сюда не для того, чтобы говорить о переводчике, — выдал чисс. — Но вы хотите, чтобы капитан Парк и остальные так думали.

— Хорошо, — одобрил Император. «Голос стал глуше. Уголки губ приподняты. Рот слегка приоткрыт, видны зубы». — Хорошо. Энакин рассказывал о твоей проницательности. Я рад, что он не ошибся. Меня очень интересуют Неизведанные регионы, Митт'рау'нуруодо. Я вижу в них немалый потенциал.

— Там также немало опасностей.

— Здесь их тоже хватает, — заметил Палпатин. «Уголки губ опустились вниз, глаза сужены».

— Здесь сосредоточена мощь, — сказал Траун. — И опасность грозит лишь вашим врагам.

— Ты считаешь, что твои соплеменники к ним не относятся?

— Вы упомянули о своем интересе к Неизведанным регионам. Я готов удовлетворить ваше любопытство.

— Я вижу, ты уклоняешься от ответа, — проронил Император. «Губы плотно сжаты». — Так скажи — твой народ считает Империю врагом?