Травник 2
Шрифт:
Рано или поздно в обозримом пространстве остается только одна. Кто не верит, может у Кевина спросить…
Магистр почувствовал невольный укол совести.
Ему не первый раз доводилось использовать людей вслепую, но с этими все получилось как-то уж слишком легко.
На площади появилась еще одна группа жандармов, сопровождающих видного господина в штатском. Но облачение не смогло обмануть Магистра, он сразу почувствовал в господине армейскую выправку и привычку отдавать команды.
— Это кто? — поинтересовался
Тот проследил за взглядом Магистра и побледнел.
— Это граф фон Зеедорф, — сообщил он. — Шеф отдельного корпуса жандармов и главный начальник Третьего Отделения Собственной Его Императорского Величества Канцелярии.
— Большая шишка, — оценил Магистр. — Значит, он здесь главный?
— Я думал, мы здесь главные, — сказал Константин.
— Правильно мыслишь, — похвалил Магистр.
Фон Зеедорф отделился от сопровождающих и подошел к группе студентов. О чем-то с ними поговорил, подошел к другой группе, третьей. В конце концов кто-то указал ему правильное направление и он двинул к скамейке, на которой сидели Магистр, Константин и недавно подошедший к ним Григорий.
— Похоже, грядут переговоры, — констатировал Магистр.
То, что фон Зеедорф отправился на них без охраны, Магистра впечатлило.
— Граф Николай Христофорович фон Зеедорф, — отрекомендовался шеф жандармерии, прикоснувшись двумя пальцами к своей шляпе. — С кем имею честь, господа?
— Мы студенты, — сказал Магистр. — Меня вот Андреем кличут.
Остальные промолчали. Магистр хотел бы верить, что из осторожности, а не от страха.
— И что же здесь происходит, милостивый государь студент Андрей? — слегка насмешливо осведомился глава отдельного корпуса жандармов.
— Народные гуляния, — сказал Магистр. — Или мы непохожи на народ?
— Вы похожи на смутьянов, а я смутьянов не люблю, — сказал фон Зеедорф.
— Не вижу никакой смуты, — сказал Магистр. — По-моему, все чинно и благопристойно.
— Судя по тому, что вы держите речь, вы здесь главный, не так ли?
— Не так, — сказал Магистр. — У нас демократия и свобода мнений.
— Еще и вольнодумец, — констатировал граф. — Вы можете приказать вашим людям разойтись?
— Увы, нет, — сказал Магистр. — Во-первых, они не мои люди. А, во-вторых, тут не армия, чтобы приказывать.
— Вы удивитесь, молодой человек, но приказы выполняют не только в армии, — сказал фон Зеедорф.
— Насколько мне известно, гуляния не запрещены.
— Зато запрещены массовые собрания, — сказал фон Зеедорф. — Если вы не заметили, мы стоим на пороге войны.
— Я вообще сижу, — сказал Магистр. — И если на пороге войны вы стоите из-за того, что кто-то напал на британское посольство, это говорит только о том, что вы плохо его охраняли.
— Что вы знаете о нападении? — поинтересовался фон Зеедорф.
—
— Это вряд ли, — сказал фон Зеедорф. — Как бы там ни было, ваши гуляния нужно прекратить. Я даю вам час на то, чтобы разойтись, донесите эту информацию до остальных. Если этого не случится, я буду вынужден принять меры. Плакаты, разумеется, нужно убрать уже сейчас.
Магистр подумал, что для шефа жандармов фон Зеедорф слишком либеральный, можно даже сказать, мягкий. Он ждал гораздо более жесткого ультиматума.
— Здесь ведь молодые люди, — заметил Магистр. — Среди них могли быть и ваши дети.
— Мои дети дома и у них нет привычки совершать подобные эскапады, — сухо сказал фон Зеедорф. — И только потому, что здесь собрались молодые люди, я даю вам целый час. Как вы его используете — дело ваше, но помните о последствиях. А они не заставят себя ждать.
— Я вас услышал, — сказал Магистр, используя универсальную форму посыла собеседника куда подальше.
Фон Зеедорф печально покачал головой и направился к своим.
Глава 20
Фон Зеедорф произвел на Магистра неприятное впечатление человека с принципами и готового эти принципы отстаивать. Он предпочел бы иметь дело с каким-нибудь тупым служакой, предпочитающим начинать общение с удара полицейской дубинкой. А этот… кто вообще знает, чего от него ожидать?
Плакаты убирать, разумеется, никто не стал. Жандармы пока не лютовали и винтить студентов не торопились. Может быть, просто ждали подкрепления.
Магистр посмотрел на часы. Почти семь вечера, а это значит, что вот-вот должна была начаться вторая фаза его плана.
— Я пойду с народом потолкаюсь, — объявил Магистр, поднимаясь со скамейки. — Да и вы тут лучше не отсвечивайте, а потеряйтесь в толпе.
— А этот тип не подумает, что он нас запугал? — спросил Константин.
— А он вас запугал?
— Нет.
— Вот и ладно.
Магистр заметил, что на площади были не только студенты. К гуляниям присоединился мастеровой люд и обычные горожане неопределяемого на первый взгляд рода занятий. Видимо, лозунги и призывы к миру оказались им близки.
Смешавшись с толпой, Магистр двинулся к выходу с площади. Благо, британское посольство находилось недалеко отсюда.
Конечно, штурмовать его, да еще с командой приспешников Глыбы, он не собирался. Убийство герцога Эссекского, обещанное им брату Виталию, могло подождать.
В таких делах торопиться не стоит.
Магистр беспрепятственно выбрался с площади, никто не пытался его остановить. Дежурившие в начале улицы полицейские лишь проводили его долгими профессионально подозрительными взглядами.