Треон
Шрифт:
Взвод остановился, чтобы отдышаться.
– Что! это! была! за хрень? – Тяжело дыша, спросил Каримов.
Все молчали. Во тьме, разрезаемой лучами фонарей, было слышно только частое дыхание и чей-то сухой кашель. Немую сцену вдруг нарушил голос.
– Это что-то вроде хищной плесени, - Михей вставлял слова между вдохами. – В этих щупальцах яд. Если они коснутся голого тела - тебя парализует; а эта дрянь будет медленно выпивать из тебя все соки. Наверное, поэтому ту часть запечатали. Чтобы зараза не распространялась.
Лейтенант
– Откуда ты это знаешь? – Каримов недоверчиво прищурился.
– Ну, когда я работал на базе, много разговаривал с одним треонцем – Хоросом. – Объяснил Михей. – Он всякое рассказывал. Говорил что-то и об этих паразитах. Я только сейчас вспомнил.
Он солгал. Ни о чем подобном Хорос не рассказывал. Михей понял, с чем столкнулся с первой минуты, стоило ему увидеть отростки. Будто вспомнил давно забытый урок. Несколько секунд потребовалось, чтобы переварить информацию, и понять, как бороться с новым врагом. Хищная плесень боялась огня, громкого шума и специальных химикатов. Боевой лазер Страйкера пришелся как нельзя кстати. Гранаты тоже сработали неплохо.
– Понятно, - закивал лейтенант. – Значит, теперь эта зараза расползется по всем пещерам. Ну ладно. Так им и надо.
Каримов расправил плечи и обвел взглядом своих бойцов.
– Ну что, есть желание вернуться? – Он усмехнулся. – Тогда идем дальше.
Он сверился с таймером и добавил:
– Витя и Гейб уже должны возвращаться на ОП. Может, скоро сюда пришлют кого-нибудь. А мы пока разведаем что и как.
Здесь полегла почти половина девятой роты. Трупов арахноидов было значительно меньше. Девятая рота считалась штурмовой группой; ее оснащали специальным оружием и всевозможными примочками. Она всегда шла на острие атаки. Случайных людей там не было. Что за мясорубка здесь была, если они понесли такие потери?
Михею стало не по себе. Он глотнул воды из гидропака. Да, арахноиды не плетут паутины. Их сети – это эти пещеры. Нам ни за что не победить здесь. Невозможно заполнить все аэрозольной взрывчаткой. Мы даже не знаем размеров этого подземного города. Ему может быть сотни, или даже тысячи лет. Он может превосходить поверхностную часть в десятки раз. Тот путь, что мы прошли… сколько это? Один процент? Значит, осталось пройти сто раз по столько же. Значит, будет в сто раз больше смертей. Михей поежился и крепче сжал винтовку.
Взвод осторожно крался вдоль стен. Их осталось одиннадцать. Плюс Краснов и Гейб, которые ушли на ОП. Плюс Арафат, оставшийся на поверхности – от снайпера там больше пользы. Итого, четырнадцать человек, не считая раненных. Утром в бой пошло двадцать четыре. К концу дня от взвода может никого не остаться.
Внезапно, эхо донесло странный гул. Все остановились, прислушиваясь. Михей вдруг понял, что это топот десятков, сотен лап. Звук приближался откуда-то сзади.
Каримов выругался.
– Не стоим! Вперед-вперед, - скомандовал
Они едва успели повернуть за угол, когда треонцы выскочили в коридор. Послышались выстрелы и крики.
– Твою мать! Заметили нас! – Сокрушался Баранов.
Михей бежал, отчаянно надеясь не переломать ноги на неровном, скользком от влаги полу. Треонцы были все ближе и ближе. Наконец, Каримов бросил:
– Страйк, Джа, задержите!
Парни отстали, а у Михея екнуло сердце: они же погибнут!
Позади послышался взрыв и трескотня винтовок. Затем грохот треонских автоматов. Михей оглянулся набегу, но увидел только пятна света, блуждающие по темным стенам. Наверное, это значило, что ребята еще живы.
Впереди показалась развилка. Каримов, не мешкая, выбрал левый проход, и приказал Михею дождаться своих, чтобы те не потерялись.
Михей укрылся за небольшим валуном. Он выключил фонарь и стал вглядываться во тьму. Вдалеке снова забрезжил свет. Снова выстрелы треонских автоматов. Затем показались два белых огонька, болтающиеся из стороны в сторону. Бегут!
Михей помигал фонарем, давая сигнал: сюда.
Страйкер и Джамаль бежали со спринтерской скоростью. Вражеские пули высекали искры вокруг них, на мгновение, выхватывая из тьмы стремительные силуэты.
Они пробежали мимо Михея, не останавливаясь. Треонцы были метрах в пятидесяти. Михей видел их только по огненным вспышкам выстрелов. Фонарями арахноиды не пользовались.
Две гранаты полетели в сторону райлов. Михей еще пальнул пару раз для острастки и пустился бежать.
Свет заблестел впереди уже через минуту. Взвод не двигался. Слышен был шум воды. Парни поспешили.
– Все. Походу, мы отбегались, - заявил Змей, когда они приблизились.
– Вон, - Дуки мотнул головой куда-то в сторону.
Коридор обрывался над кирпичным коллектором, на дне которого бурлила вода. Сверху, из полуметровой трубы с шумом падала вода.
– Все, это конец, - пробурчал Семен.
– Надо прыгать, - неожиданно заявил Каримов, глядя вниз с четырехметрового обрыва.
– Чего? Это самоубийство!
– Самоубийство – оставаться здесь, - лейтенант указал назад, - слышишь?
Топот и крики становились все громче.
– Короче, прыгаем! Это - приказ!
Бойцы переглянулись, будто ища друг у друга решимости. Первым прыгнул Баранов.
– Эх, двум смертям не бывать! За мной, парни, - весело позвал он и лихо сиганул вниз. Ти-Кей и Дуки последовали за ним.
– Ну! Резче давайте! – Зарычал Каримов.
Друг за другом солдаты попрыгали в воду. Треонцы выбежали к обрыву, когда парни уже скрылись за поворотом бурной подземной реки.
Михей перед спуском закрыл воздушные фильтры и слуховые мембраны, сделав костюм герметичным; так, что воздуха должно было хватить на пару минут. Вскоре потолок сомкнулся над головой, вода заполнила все пространство.