Третья раса
Шрифт:
Сейчас, поравнявшись с Олегом, продолжавшим пялиться на дисплей интеркома, Сергей понял, что тот находится в явном затруднении. Глаза Золотцева, чуть покрасневшие и припухшие, имели характерный нездоровый блеск.
«И когда только успел?!» — подумал Сергей, покачав головой. Ругаться уже было бессмысленно, и он молча подтолкнул Олега в правый коридор по направлению к планетарному модулю.
— Пошли, горюшко, — беззлобно произнес он. — Давай шевели ногами, пока Хоук ничего не заметил.
Капитану
Сейчас он энергичным шагом вошел в рубку управления, по привычке окинул беглым взглядом экраны обзора, машинально кивнул Яне и, уже опускаясь в кресло своего ложемента, отрывисто спросил:
— Ну, что мы тут имеем?
— Похоже на планету, — произнесла Монтгомери, формально передавая вахту, что выразилось в прикосновении пальца к нужному сенсору. Теперь все наиболее важные команды могли быть отданы только с терминала, расположенного перед капитаном Хоуком.
— Думаешь, нам повезло? — В голосе Алана сомнение делилось пополам с надеждой. Его взгляд, прикованный к экрану масс-детекторов, выражал примерно то же самое.
«Лишь бы это не оказалось простой глыбой камня или куском космического льда…»
Данные масс-детекторов обнадеживали, но капитан знал — говорить о чем-то всерьез можно будет только после первых геологических проб с поверхности обнаруженного в пространстве космического тела.
Пока он разглядывал смазанное пятно неправильной формы, которое окружали более мелкие пятнышки астероидных обломков, в рубке управления появилась неразлучная парочка: Эшгар Гуранов и Влада Раевская. К некоторому раздражению окружающих, они не считали нужным скрывать своих близких отношений, а потому были отгорожены от остального экипажа как бы тонкой пленкой из прозрачного сталепластика — в тесном кругу собранной силой обстоятельств космической семьи такое постоянство относилось скорее к разряду эгоистических пороков, нежели к добродетели.
Хоук покосился на вошедших, кивнул и отжал клавишу общей связи:
— Планетарный модуль, вы готовы?
— Да, капитан, — раздался в интеркоме лаконичный ответ Сергея.
— Хорошо… Дистанционная?
— Я на месте, — ответил Дитрих, в данный момент занявший место в блистерной башне «Спесстоуна», откуда должен был по мере возникновения такой необходимости дистанционно управлять георазведывательными машинами.
— Хорошо, тогда начинаем.
Огромная, разнесенная по трем пространственным осям, неповоротливая глыба космической фабрики осветилась неравномерными вспышками корректирующих дюз.
Благодаря произведенному накануне экстренному торможению им уже не нужно было повторять данный маневр, но скорость в триста километров в секунду, с которой сейчас двигался «Спейсстоун», все же не подходила для благополучного рандеву с обнаруженной массой космических обломков. При столкновении на такой скорости даже обычный метеорит размером не больше кулака мог произвести
— Начинаем петлю. — Голос Хоука, как обычно, был сух и спокоен.
— Принято. — Пальцы Гуранова забегали по клавишам пульта. При этом второй пилот умудрился украдкой покоситься на Владу. Их роман, похоже, достиг своего апогея, и Эшгар попеременно то досадовал, то радовался внезапно подвалившей работе. С одной стороны, это хорошо — еще пару недель как минимум они не успеют наскучить друг другу, а с другой…
— Расчетные данные, — прервал его мысли голос Яны Монтгомери. — Проснись.
Эшгар вздрогнул, мрачно вперившись в монитор. «Эта сучка просто завидует нам…»
— Внимание, коррекция правого борта… Включаю генераторы защитного поля.
— Дистанция по данным масс-детекторов — три миллиона километров.
— Коррекция оси курса… Минус два градуса… Три… Пять… Стоп! Двигатели ориентации в автоматический режим поправок!
— Планетарный модуль, что у вас? Где данные по обстановке? — На этот раз в голосе капитана прорвалось раздраженное нетерпение.
— Плотность высокая, сэр! — раздался ответ по интеркому. — Более центнера массы на кубический метр. Визуального контакта пока что нет, но, похоже, там такая каша на близких орбитах…
— Мне нужны данные безопасного курса, — оборвал Иволгина капитан. — Свои соображения доложишь позже.
— Да, сэр… — Сергей разочарованно вздохнул. Никогда ему не дают высказаться до конца.
…Через некоторое время громада «Спейсстоуна» сошла со своего прежнего курса и, подталкиваемая частыми вспышками корректирующих дюз, начала доворачивать к обнаруженному в пространстве полю астероидных обломков, в центре скопления которых, судя по показаниям масс-детекторов, находилось нечто бесформенное и огромное, похожее на планету…
В планетарном модуле, который располагался под сферическим вздутием обшивки основной неотделяемой части «Спейсстоуна», обстановка складывалась менее напряженно, чем в ходовом отсеке управления.
Сергей сидел за подковообразным пультом, изредка бросая хмурые, недоброжелательные взгляды на своего напарника, который, утонув в кресле, пил контрабандное пиво из жестяной банки.
— Ну что ты смотришь на меня? — с мучительным стоном спросил Олег, перехватив очередной взгляд Сергея.
Иволгин изогнулся в кресле, достав до переключателя на соседнем пульте, и укоризненно сказал:
— Олег, кончай придуриваться, работать надо.
Золотцев, в свою очередь, укоризненно посмотрел на него, а потом с видом мученика уцепился за край пульта и подтянул себя вместе с креслом на рабочее место.
— Меньше пей, — в ответ на его взгляд заметил Сергей.
— Ну ладно… — Олег положил дрожащие пальцы на клавиатуру терминала. — Очередная помойка? — осведомился он.
Иволгин пожал плечами.