Тревожная ночь
Шрифт:
Костя и Валя подняли головы. На суку осины сидел мальчишка. Он засунул руки в карман, вытащил оттуда третий камешек и швырнул его в осатанелого пса. Пес вывернулся из-под удара, камешек подпрыгнул и упал на траву.
Мальчик был бос. Парусиновые брюки его были прорваны и колени торчали наружу. Голое тело белело сквозь огромную дыру на рубашке. Злобные глазки поблескивали на черном от грязи лице. Но страшнее всего было его левое ухо — распухшее, оттопыренное, разорванное пополам, так что мочка отвисла и болталась словно серьга.
Сторож
— Барсик! Барсик! — кричал сторож, но собака не отходила от осины.
Тогда сторож повернулся и направился сквозь кусты к своему псу. Он прошел мимо самой ямы, но не заметил Кости и Вали, потому что смотрел вверх, на осину.
— А! Ты опять здесь! — закричал он мальчишке. — Я ваше гнездо знаю! Убью!!
— Сейчас он будет стрелять! — прошептал Валя.
Но вместо того, чтобы снять с плеча ружье, сторож нагнулся и поднял с земли длинный прут. Подойдя к осине вплотную, он стал легонько колоть мальчишку концом прута, под радостный лай озверевшей собаки.
Мальчишка не сказал ни слова, но попытался поймать прут рукой. Тогда сторож ударил его прутом по руке.
Мальчишка спрыгнул с осины перед самым носом собаки. Быстро-быстро побежал он через заросли под горку. Его рваное ухо болталось на бегу. Пес сначала опешил, но через мгновение пустился за ним вдогонку. Пес бежал быстрее мальчишки, но когда расстояние между ними становилось слишком маленьким, мальчишка подымал с земли камень и запускал его в пса.
Сторож свистнул. Мальчишка убегал все дальше и дальше и уже едва был виден за стволами деревьев. Пес преследовал его по пятам. Сторож свистнул еще раз. Пес неохотно остановился и побежал назад. Подбежав к сторожу, он подпрыгнул и лизнул его в лицо. Мальчишка исчез.
Сторож и пес спокойно пошли по дорожке к домику.
— Хорошо, что он нас не заметил, — сказал Валя, когда они скрылись из виду.
— Теперь нам нечего бояться! — воскликнул Костя, выскакивая из ямы и радостно потягиваясь. — Бежим!
И мальчики побежали.
Перед ними был узкий длинный пруд. Висячие ветви ив и ракит, покрытые бледно-зелеными почками, склонялись над самой водой. В воде отражались весенние рваные облака и изменчивые лоскутки синего неба. Возле берега стоял маленький четырехугольный плот, привязанный к раките веревкой.
Костя спустился к нему и попытался развязать веревку. Но крепкие узлы выскальзывали из-под пальцев.
— На нож, — сказал Валя и кинул Косте с откоса перочинный ножик. — Где багор?
— Я сейчас его принесу, — ответил Костя, разрезав веревку. — Он под мостом.
И вскочив, побежал к мостику, переброшенному через пруд.
Валя спустился на плот. Доски закачались у него под ногами. Плот слегка накренился и Валин башмак оказался до половины в воде. Валя прыгнул
До мостика оставалось всего несколько шагов, как вдруг Костя увидел перед собой того самого мальчишку с рваным ухом, который недавно убегал от собаки сторожа. Мальчишка сидел на траве, поджав под себя грязные босые ноги. Когда Костя поровнялся с ним, он встал, хмуро глядя Косте в лицо, и сказал:
— Морда! Что ты делаешь в нашем саду?
Поединок
Костя остановился, пораженный.
Он никогда не слышал, чтобы кто-нибудь называл этот сад своим. Сад был общий. Он принадлежал всем людям. Но сейчас сад был закрыт, и ни мальчишка с рваным ухом, ни Костя не имели права гулять в нем.
— Как ты смеешь шляться в нашем саду? — спросил оборвыш и сделал шаг навстречу Косте.
Глаза его блестели злобно и дико. Он был, пожалуй, страшнее собаки. Косте не хотелось с ним связываться. Уйти? Но не может же он уйти без багра из-за какого-то мальчишки. Вон там, за ракитами, Валя… Крикнуть его, что ли? Нет, не стоит! Валя подумает, что он трус.
И Костя попрежнему стоял и молчал, глядя в лицо мальчишке.
— Убирайся! — крикнул оборвыш, делая еще один шаг вперед.
— Сам убирайся! — ответил Костя, не двигаясь с места.
Мальчишка подошел к Косте вплотную. Они не отрываясь глядели друг другу в глаза. Костя чувствовал, что стоит ему мигнуть или вздрогнуть — и мальчишка ударит его. Но молчание стало для Кости невыносимым.
— Отстань, — сказал он. — Я к тебе не лезу!
И в ту же секунду мальчишка размахнулся и, прежде чем Костя успел опомниться, ударил его кулаком по зубам.
Костя едва удержался на ногах и почувствовал во рту сладковатую кровь, которая текла из разбитой губы. Кепка его упала на землю.
— Гы! — ухмыльнулся мальчишка.
Костино сердце забилось, голова замутилась от слепой ярости. Он кинулся вперед, быстро и часто размахивая кулаками. Мальчишка снова несколько раз ударил его, но Костя был нечувствителен к боли. Он махал кулаками, как мельница. Мальчишка выставил вперед руки, защищаясь, и все Костины удары приходились по рукам. Но Костя бил так часто и так сильно, что мальчишкины руки, покрытые синяками, мало-по малу повисали и отказывались служить. Изредка мальчишке удавалось нанести удар Косте то в грудь, то в лицо. Но Костя не замечал этого. Он бил, бил, бил, упорно наседая на своего врага. Мальчишка медленно пятился задом. Так они кружились по траве, пыхтя и сопя.
Валя долго стоял на плоту, ожидая Костю. Черная ленточка матросской шапочки шевелилась от ветра и щекотала Валю за ухом. Вот сейчас они поплывут по извилистому пруду туда, где пруд становится широким, и посетят необитаемый островок. Валя чувствовал себя настоящим моряком. Но где же Костя? Отчего он не идет? Валя нетерпеливо старался разглядеть что-нибудь за густыми прутьями ракиты. Наконец, он не выдержал, прыгнул на землю и побежал вверх по откосу.
Тут только он увидел дерущихся мальчиков.