Три кольца
Шрифт:
Переругивался я с «Бергом» ещё минуты полторы, не меньше, пока наушник голосом Гедевана не сказал: «Засекли. Он в районе Савватьево и двигается на восток. Километров десять до него, не меньше».
— А ну ша, балаболка! — прервал я словоизлияния «интуриста». — Волк, что надумал?
— Оружие оставите? — спросил тот.
— Сейчас заберём, когда отпустим — отдадим. Кроме трофеев, естественно… — несмотря на кажущуюся странность подобных условий, были они вполне обычными. Уже лет десять как жестокость первых схваток пошла на убыль и подобные «договора» были среди профессиональных
— Договорились, — буркнул Волк. — Мы выходим!
Я быстро связался с Саламандром и предупредил его и всех наших о достигнутых успехах. После чего пошёл принимать капитуляцию противника.
Глава 7
Пока ребята грузили пленных и собирали трофеи, я решил осмотреть машину, доставшуюся нам от Дуба. Этот «тигр», в отличие от того, где я ехал до этого, был предназначен для большего количества людей. Небольшие, обтянутые брезентом, сиденья располагались вдоль бортов, и двери были только две. Отсюда я бы так легко не выбрался. Распахнув дверь, я увидел свой «калашников», лежащий на полу. Автомат нашёл, а вот чехол с «рогатым другом» — нет. А вот «Фагот», так и стоявший в пассажирском отсеке, очень порадовал.
— Илья, давай сюда. Виталий Андреевич в канале! — крикнул мне Гедеван, высунувшись из своего «уазика».
Выбравшись из салона «тигра», я быстро подошел к нему и нацепил протянутую гарнитуру:
— Андреич, это я.
— Здорово, вояка. Про приключения свои можешь не рассказывать, есть кому. Сейчас дело в другом: ты лук свой нашёл?
— А причём здесь это, Виталий Андреевич? — опешил я.
— Так нашёл или нет?
— Нет.
— И замечательно! — голос «дяди Виталика» был по-настоящему радостным. — Значит так, «племяшка», бери у Валеры пятёрку парней посмышлёнее и двигай вдогонку за этим «эстонцем».
— Так уже гоняют его…
— Не спорь со старшими, Илюха! — оборвал меня начальник. — Мы тебе в лук «маячок» подсунули. Ещё из старых. Так что без разговоров берёшь у Валерки приёмник, бойцов и марш-марш в догонялки играть. Важно это, понял?!
— Андреич, — взмолился я, — почему мне? Если вы, хитровыдуманные такие, мне «жучка» подбросили, то уж по следу пройтись и кто другой сможет.
— Ты, «племяш», не перечил бы! Поострёгся бы со старшими спорить. А, для того, чтобы на твой шибко логический ум подействовать, спрошу одну вещь, только ты не обижайся…
Тон Виталия Андреивича хоть и был игрив, но ничего хорошего лично мне не предвещал. «Как пить дать, опять макнёт меня в грязь, старую выучку демонстрируя!» — решил я про себя.
— Спрашивайте, дядя Виталий.
— Скажи мне, голубь ты наш сизокрылый, кто ещё этого «Дуба» из наших в лицо видел, а? Молчишь?
«Н-да, верно. Уел он меня».
— А молчание, как известно, признак согласия… Вот и давай, служи родине, там где прикажут, и там, когда прикажут. Как Тверь проедете, выйди на связь, я наколку на ещё одну группу дам. Они в районе Эммауса должны прохлаждаться, «стекольщиков»
— Разрешите выполнять, товарищ Главный Координатор? — официально должность Виталия Андреевича звучала как «Главный координатор совместных проектов», но в нашей среде последние слова опускали.
— Выполняйте, товарищ начальник «отдельного офиса»! — а вот это уже была наша «семейная» шутка, понятная хорошо, если дюжине людей на всей планете. Просто, когда я начинал свою «трудовую» деятельность, то первые десять или пятнадцать отчётов об экспедициях написал на листах из блокнота, найденного в какой-то заброшенной конторе. А там шапка была: «Начальник дополнительного офиса продаж», которую я, хулиганства ради, заполнил, вписав свою фамилию. Отец и Снегов тогда чуть со смеха не лопнули, мою писанину читая…
Когда я отключился и вернул Гедевану гарнитуру, он сплюнул на остатки асфальта бывшей трассы союзного значения и спросил:
— Пистон вставил или так?
— Так. По-семейному мягко пожурил… Кого из людей мне дашь?
— Саламандра и его ребят забирай.
— Кто с ним сейчас ходит?
— Сам Саламандр, его Сергеем кличут, Федя Дейнов — его ты знаешь, Говорун у него прозвище, — начал перечислять Валера. — Остальных ты тоже знаешь: Чпок, Мистер Шляпа и Тушканчик.
— Тушканчик Забугорный или Зануда? — у нас было сразу два Следопыта с таким прозвищем, поэтому требовалось уточнить.
— Забугорный… — пояснил наш начальник аналитического отдела.
— Тогда неплохо, он парень надёжный, — сказал я, поскольку Ивана Мура знал хорошо и не раз хаживал с ним в Город. Сын москвички и американского журналиста, чудом переживший хаос Тьмы и первое время после вступления в наше братство страшно переживавший за своё происхождение. Когда же он понял, что у нас «сын за отца не отвечает», то воспрял духом и стал как все, а его знание английского оказалось весьма востребованным.
— Ага и с ПТУРСом, если что, управится… — добавил Валера, демонстрируя свою осведомлённость о ценном трофее. — Какие-нибудь пожелания есть?
— Да. Гранаты давай. Я свои все истратил. Одну у «тахи» найти можете, мальчикам своим скажи — они в траве пошарят. Ну и еду для ребят…
— На чем поедете?
Я окинул взглядом имеющийся автопарк и после секундного раздумья ответил:
— На трофейном звере. Видишь, у них и топлива запас загружен. И рация есть. Только мопед у кого-нибудь из ваших возьму.
— Ладно, — согласился Валера и зычно крикнул: — Сокол! Мотоцикл парням отдай! Саламандр! Ты и твои — в подмогу Занозе! Большой Ви приказал!
Я пошел знакомиться со своей командой. При моём приближении мужики поднялись с расстеленного коврика-пенки и построились в короткую шеренгу.
— Сергей Артамонов, он же Саламандр! — представился их старший.
Я протянул руку:
— Заноза, он же Илья Заславский.
— Я знаю, — и он пожал мне руку.
Я поручкался с остальными. Тушканчик и Мистер Шляпа, в миру Александр Завьялов, на правах старых знакомых поинтересовались куда будем путь держать.
— Пока — к Эммаусу, а там видно будет.