Три возвращения
Шрифт:
рядом с
Ютой, и снова разговор был никчемный. Сергей ушел с непонятным чувством.
В купе они вчетвером сидели, пили пиво, взятое еще в Вильнюсе, пересказывали по десятому разу случаи в стройотрядах.
Пересечение границы с Германией ожидалось на следующий день. Сергей проснулся ни свет ни заря, его спутники спали. В дверь осторожно стукнули. Сергею показалось, что ему послышалось,
на всякий случай он отодвинул дверь и увидел двух людей в серой мешковатой форме. Немецкие пограничники. Один из них протянул руку, и Сергей сообразил подать ему свой паспорт. Второй
немец неторопливо
паспорта, а немцы без всякого выражения нетерпения стояли возле дверей.
Как только пограничники ушли, Сергей быстро оделся и вышел в коридор. У комиссара Карпова, уже торчавшего там, спросил : "Уже Германия ?" "Нет!"отвечал тот :"Просто немцы садятся еще в Польше." Сергей отправился умываться. Не успел он, умывшись, подойти к своему купе, как на него набросился Карпов :"Тебя уже немка искала !" Сергей недоверчиво взялся за ручку двери, но Карпов толкал его :"...Она тебя ждет там!"
Юта стояла в тамбуре его вагона. Она была очень высокой, выше Сергея, стройной. Сергей улыбался и не знал, о чем говорить - "Ей только
шестнадцать лет!.." - и время от времени бросал
взгляды в окно.
Поезд подходил к реке - Одеру. Серые глаза не отпускали взгляд Сергея. "Und als ich an die Grenze kam!.." - продекламировал он и слегка кивнул на реку. Юта обрадовалась: "Frankfurt am Oder." Сергей внимательно посмотрел на нее. "Ich muss da absteigen. Dann fahren nach Fuerstenwalde. Da ist mein Haus." Она говорила с паузами между фраз, будто ожидая, что Сергей перебьет ее. Поезд пересек Одер и терял скорость посреди рядов пряничных домиков. Сергей сомневался - спросить адрес, телефон и что ?
Юта сделала шаг к нему и дала ему свою ладонь. Сергей осторожно взял ее в свою, но Юта неожиданно очень крепко пожала руку Сергею. И ушла в свой вагон...
Сев в купе возле окна, Сергей захотел увидеть Юту на платформе, но не увидел ее нигде. Легкая грусть пронеслась и испарилась, когда поезд прибыл на Ostbahnhof в Берлин.
Сергею пришлось начать исполнять обязанности переводчика. Они с командиром, тоже Сергеем, аспирантом кафедры, другой, их общего факультета,
прошли к справочному, где Сергей - первый, старательно строя вопрос Wenn faehrt der Zug nach Dresden ab?- получил в ответ быстрое нечленораздельное предложение. В общем, расписание
в центральном зале оказалось точнее и гласило, что ближайший поезд nach Dresden уйдет через 2 часа, а предыдущий ушел вот-вот (пока выясняли).
Сергей-командир разрешил отряду разбиться по интересам, а именно, четырем - отправиться в центр Берлина, а остальным - пить темное пиво не выходя с вокзала. Сверили часы и разошлись.
Сергей по карте узнал, что Бранденбургские ворота находятся неподалеку и совратил Николая, преподавателя истории КПСС, но очень непростого парня, и еще пару студентов - Лешку и Виталика, ленинского стипендиата.
Шли неторопливо по Маркс-Энгельс-Аллее. Если бы не немецкие вывески, то здания ничем не отличались от советского провинциального центрального проспекта. Гигантская равнина 'Алекса' - Александрплатца - доказала, что это все-таки Берлин. Красная
методично обшаривать все четыре рукава перехода, и откуда-то на него выскочили пропавшие - Лешка, с побелевшими глазами. Виталик же вцепился в локоть Сергея и не отпускал его до самого Ostbahnhof'а. Метро разочаровало настолько, что не
захотелось никому об этом рассказывать.
Оставшиеся пробовать пиво не выглядели разочарованными. В указанный в расписании момент времени весь отряд сидел в поезде, отходившем на Юг к Дрездену. Сергей еще не верил, что он в стране, о которой грезил последние два года. Берлин не произвел впечатления, наверное, как слишком знакомый по фоографиям и оттого, что Сергей ходил по излишне популярным местам. Но по мере того, как поезд миновал один городок за другим - городки, безостановочно перетекавшие друг в друга, городки со все большим числом пряничных домиков с маленькими окнами, Сергей все глубже въезжал в эту туманную страну. В Дрезден поезд не прибыл, а сам Дрезден, широко раскинувшийся, внезапно поглотил в себя поезд. Центральный вокзал как будто был вытеснен из этого города вверх на эстакаду.
Было уже очень жарко. Сергей присел на скамейке на перроне. От избытка немецкой речи потянуло в сон, и Сергей продремал до очередного поезда. Этот поезд, больше похожий на
русскую электричку, описывал дугу, в точности, как Эльба, по самому краю берега и влетел в 'Саксонскую Швейцарию' - страну невысоких темно-изумрудного оттенка песчаниковых гор, покрытых лесом и голых. Над той стороной крохотной речушки - гордой Эльбы - царил огромный массив Papststein и его можно было видеть еще не раз, потому что Эльба делала здесь очень крутую петлю. Проскочили туннель перед Ратеном. Городки замелькали с фантастической быстротой - две, три минуты между платформами: Rathen, Radebeul, Koenigstein, Bad Schandau... В Бад-Шандау
остановка три минуты, последняя... Тут оказался еще один, но самый последний, поезд. Городок с красноватыми домами, с собором, с ратушей остался на другой стороне реки...
Лагерь стройотряда начинался через пять метров от крохотной станции, за шлагбаумом. На правильной прямоугольной полянке стояли в два ряда шатровые брезентовые палатки. Перед ними - три вагончика, несколько пустых флагштоков. Неприметный парень, встретивший прибывших, представился как начальник лагеря, очень своеобразно - Lagerfuehrer. Сергей едва не расхихикался, когда переводил. Michael говорил на
страшнейшем саксонском диалекте, в котором шипят
везде - isch, misch, sisch... Michael шипел даже в своем имени Mischael, но fuehrer' ом он был очень распорядительным - русских уже расписали по палаткам, обед ожидался через час, потом - свободное время. А пока Сергей с Сергеем-командиром включились в оформление бумаг, чтение приказов. Сергей с ходу переводил любой написанный текст, но с трудом, он надеялся пока, разбирал говор 'Мишаэля'. Тем временем подтянулся Herr Komissaer Гюнтер, обликом напоминавший Маркса, но огромнее. Следом подплыла