Три
Шрифт:
– Тюрьма, – сказал Чейз с мрачным выражением на лице.
Пули взметнули фонтанчики возле меня, и притянула ноги ближе к телу, дрожа от адреналина, страха и злости из-за того, что мы так близко подобрались к свободе, только чтобы оказаться на месте учебных мишеней.
– Я люблю тебя, – сказала я Чейзу.
Он посмотрел на меня тяжелым взглядом.
– Не сдавайся.
После этого он поднялся и исчез за углом фургона. Я закричала, когда еще одна пуля попала в боковую дверь у меня над головой. Солдаты окружали
Со стороны тюрьмы раздался громкий рев, на этот раз близко, отдаваясь у меня в костях. Я набралась смелости и выглянула из-за фургона, приготовившись к атаке солдат, но вместо этого увидела, как в темноте наступает серая волна.
Впереди шел Девитт, высоко подняв какую-то палку. Когда он подошел ближе, я узнала длинный шест с веревочной петлей.
Казалось вполне возможным, что Девитт планировал оказаться здесь, чтобы возглавить эту волну атакующих. Каким-то образом заключенным удалось одолеть охрану. В окружавшем беспорядке я забыла, что Билли освободил их.
– Отличная работа, Билли, – прошептала я в небо.
Пока я смотрела, половина первого ряда заключенных упала. Девитт, согнувшись, затормозил, но потом снова побежал, призывая остальных следовать за собой. Через несколько секунд грохот от столкновения человеческих тел и металла эхом разнесся по останкам каменной базы. Я вскочила на ноги, лихорадочно ища Чейза. Наконец я увидела его, он бежал ко мне от открытых теперь ворот, и его тюремная одежда ясно выделялась в ночи.
Меня затопила надежда. Мы выберемся. Мы выживем.
Я даже не услышала подошедшего сзади человека, пока не стало слишком поздно.
Чья-то хватка на руке застала меня врасплох, и с коротким вскриком я упала назад.
– Вставай! – заорал новенький. – На ноги!
Он зажал предплечьем мое горло, используя мое тело как щит. В висок мне упиралось что-то твердое и холодное. Я не сомневалась, что это пистолет.
Чейз не остановился, он врезался в нас как товарный поезд, и мы рухнули на землю. Гравий царапал мои ладони, пока я старалась отползти в сторону. Рядом раздался глухой выстрел, а вслед за ним крик боли справа от меня. Наконец мне удалось выбраться из тисков мужских тел.
Новенький, со все еще разбитым носом и добавившейся к нему царапиной на бледной челюсти, вскочил на ноги, оставив Чейза лежать лицом вниз. В течение одной ошеломленной секунды никто из нас не двигался.
– Вставай. – Нога Чейза находилась ближе всего ко мне, и я дернула его за икру. – Чейз, вставай!
Он согнул руки и попытался оттолкнуться от земли, но снова упал на живот.
«Он в порядке, – говорила я себе. – Просто сильно ударился, и от удара перехватило дыхание». Я подползла к нему и помогла перевернуться на спину. Я увидела, как его глаза сфокусировались у меня за спиной, на луне. Увидела, как темная жидкость сочится из левого плеча, прямо
Время остановилось.
Мальчик и девочка исследовали дом с привидениями.
Целовались в лесу.
Катались на мотоцикле.
Шли в школу. Шептались через промежуток между домами. Вытаскивали сено друг у друга из волос.
Мы были деталями одного пазла.
Но Чейз оказался мальчиком из моего сна, с окровавленной дырой в груди.
Я не могла двинуться.
Слышно было только наше дыхание: мое – слишком тяжелое, и его – слишком натужное. Чейз съежился от боли, и я зажала его рану ладонями и залила слезами.
Звуки боя вокруг вернулись потоком, разрывая барабанные перепонки. Солдат, который выстрелил в Чейза, который сдал нас в Гринвилле, приближался. Я чувствовала его присутствие, волоски у меня на шее встали дыбом.
Не задумываясь, я распростерлась на Чейзе, закрывая его своим телом и жалея, что не сделана из стали и не могу остановить пулю. Два выстрела раздались один за другим. Я зажмурилась в ожидании момента, когда они войдут в мое тело, обжигая кожу.
Но когда я открыла глаза, рядом со мной стоял Такер, а новенький без движения лежал на земле.
Присев на корточки, Такер убрал пистолет в кобуру и сжал рукой плечо Чейза.
– Встряхнись, Дженнингс. Это просто царапина.
Вокруг нас бушевало сражение.
Чейз открыл глаза, сосредоточившись на Такере, а потом рывком сел и отпихнул меня в сторону.
– Убирайся... от нас... – прошептал он.
– Я спас ее, – объяснил Такер.
Ты убил мою маму и всех тех людей в Чикаго и в убежище.
– Он отпустил меня, – сказала я, просовывая руки подмышки Чейзу. Такер разбудил что-то во мне. Я все еще могу спасти Чейза, но нам нужно выбраться отсюда.
Чейз слабо отпихнул своего бывшего напарника, отчего тот беспомощно откинулся на пятки. Он казался удивленным, будто не мог поверить в то, что Чейз ему не верит.
– Помоги мне! – сказала я Такеру. – Ему нужен врач.
Такер закинул руку Чейза себе на плечо, и тот с хрипом встал. Звука, который издал Чейз, оказалось достаточно, чтобы заставить мое тело сжаться, но у него не осталось сил возражать.
– На север отсюда есть клиника, – сказал Такер. – Туда отвозят солдат, которым нужно что-то серьезнее, чем врач на базе.
Я открыла откатную дверь фургона. Такер залез туда спиной вперед и затащил Чейза на пол кузова.
Я запрыгнула на водительское сиденье и стала обыскивать приборную панель: швырнула через плечо карту, отпихнула в сторону упаковку батареек. Где-то рядом вскрикнул от боли человек.
– Ключи, – сказала я.
– За козырьком, – отозвался позади меня Такер. – Водители оставляют их там, когда приезжают на базу.
Я рывком отогнула козырек и схватила скользнувшее ко мне кольцо с ключами.