Триггеры
Шрифт:
— Здравствуйте, Джош. Здравствуйте, Дора. Сейчас мы начнём вас усыплять. Всё в порядке? Приступаем…
Министр обороны Питер Муленберг — широкоплечий шестидесятилетний белый мужчина с серебряными волосами и карими глазами — стоял перед гигантской светящейся картой мира, занимавшей всю стену подземного помещения в Пентагоне. Над картой таймер с большими красными цифрами вёл обратный отсчёт. Сейчас на нём было 72:01:22. Всего через три дня с небольшим начнётся операция «Встречный удар».
Муленберг указал на большой экран, на котором посреди Аравийского моря горела надпись
— Каков статус «Рейгана»?
— Нагоняет график, — ответила женщина-аналитик, сверившись со своим компьютером.
— Авианосцы нужны нам на позициях через шесть часов, — сказал Муленберг.
— Тяжело для «Рейгана» и ещё тяжелее для «Стенниса», — ответила помощница, — из-за того урагана. Но они справятся.
«Блэкберри» Муленберга зажужжал, и он вытащил его из кармана синей униформы.
— Минобороны, — сказал он.
— Господин министр, — произнёс женский голос. — Это миссис Эстли. — Следующими словами всегда были «Пожалуйста, ожидайте; с вами будет говорить президент Джеррисон», а затем тишина, так что он немного отстранил телефон от уха, и…
И тут же снова прижал его к уху.
— Что вы сказали?
— Я сказала, — повторила секретарша президента, и Муленберг услышал, как дрожит её голос, — что в мистера Джеррисона стреляли. Его срочно везут в «Эл-Ти».
Муленберг вскинул взгляд на большие красные цифры, как раз вовремя, чтобы увидеть, как «74:00:00» сменяется на «73:59:59».
— Господи, помоги нам, — сказал он.
Глава 3
На крыше Белого Дома всегда дежурили двое из противоснайперной команды Секретной службы; сегодня одним из них был Рори Проктор. Холодный ветер продувал насквозь. Он держал винтовку одетыми в перчатки руками и ходил туда-сюда, осматривая местность отсюда и до Эллипса, пятидесятидвухакрового общественного парка к югу от забора Белого Дома. Монумент Вашингтона был виден, однако даже отсюда, с высоты, Проктор не мог видеть Мемориал Линкольна и разворачивавшееся у него мероприятие, хотя он внимательно вслушивался в доносящиеся из рации переговоры.
Проктор до того привык высматривать опасность в отдалении, что практически не уделял внимание самой крыше, огороженной по периметру низкой колоннадой, и расставленным по ней нескольким кустам в кадках. Однако его внимание привлёк внезапно появившийся в поле зрения голубь. Он приземлился в нескольких ярдах от него, рядом с низенькой металлической коробкой у основания одной из прямоугольных вытяжных труб на южной стороне. Белая кровельная плитка перед ней была как-то странно выщерблена. Он бросил ещё один взгляд на местность к югу от Белого Дома, ничего интересного не увидел и пошёл взглянуть на эту загородку поближе.
Висячий замок был взломан, и, хотя и был замкнут, заперт не был. Проктор приподнял крышку, прислонил её к белой вытяжной трубе и…
О, чёрт. Внутри была шестиугольная металлическая штука примерно двух футов в диаметре и, судя по высоте скрывавшей её металлической коробки, около фута в высоту. Она выглядела так, словно кто-то отпилил верхушку одной из лавовых колонн Дороги Гигантов [3] . Проктор сразу узнал устройство — о таких рассказывали на инструктажах. Атаки террористов
3
Геологическое образование в Северной Ирландии, состоящее из множества базальтовых столбов разной высоты, по большей части шестиугольного сечения.
Проктор проговорил в микрофон:
— Проктор — Центральной. Я на крыше Белого Дома — и я нашёл бомбу.
Дверь в операционную распахнулась, и вошёл доктор Марк Гриффин, главвврач Мемориальной больницы Лютера Терри, облачённый в наспех напяленные зелёный хирургический халат, колпак и маску.
— Простите, Мишель, — сказал он. — Вам нужно освободить операционную.
Мишель была в шоке.
— У меня пересадка почки в самом разгаре.
— У нас приоритетный пациент, — ответил Гриффин, — а другие операционные не готовы.
— Вы рехнулись? — сказала Мишель. — Посмотрите на пациентку — мы уже её вскрыли.
— Вы можете остановить операцию?
— Остановить? Мы же только начали.
— Отлично, — сказал Гриффин. — Значит, вы можете остановить. — Он оглядел операционную команду. — Все на выход.
— А что с пациентами? Мы их уже проинтубировали и дали наркоз.
— Зашейте её и вывезите в коридор, — ответил Гриффин.
— Марк, это безумие. Донор прилетел сюда из Лондона, и…
— Мишель, это президент. В него стреляли, и он будет здесь через минуту.
Как только пуля поразила президента Джеррисона, агенты Секретной службы ринулись внутрь Мемориала Линкольна. Внутри он разделялся на три помещения двумя рядами колонн пятидесятифутовой высоты. В обширном центральном помещении находилась огромная статуя сидящего Эйба, высеченная из ослепительно белого джорджийского мрамора и воздвигнутая на массивный продолговатый пьедестал. На стене малого северного помещения был выбит текст второй инаугурационной речи Линкольна, а на стене малого южного — текст его «Геттисбергского обращения».
Агент Мэнни Чонг, лидер фаланги Бета, огляделся. Здесь лишь несколько мест, где можно спрятаться: за колоннами, в узком закутке за пьедесталом статуи или как-то взобраться наверх, на спину Линкольну. Чонг поднял револьвер, держа его обеими руками, и кивнул Дирку Дженксу, плотного сложения агенту слева от него. Они быстро убедились, что здесь никого нет, однако…
Однако дверь лифта была закрыта. Лифт был в южном помещении, в стене, прилегающей к «Геттисбергскому обращению», и его кабина была заблокирована здесь, наверху, с открытой дверью; Чонг знал, что Дженкс проверял его перед приездом президента. Лифт, целью которого было поднимать к статуе инвалидов, ездил отсюда вниз к небольшой экспозиции в нижней части мемориала. Чонг гаркнул в рукав: