Триллер
Шрифт:
— Да, я…
— Папа, ты был болен. Ты и сейчас болен. — Умоляющим жестом Кристофер протягивает отцу руку. — Ты решил, что мама раскусила тебя, и…
— Нет, нет! Я нашел у нее клочок бумаги с руной!
— Па, это арабская буква. Это ты написал. Ты владеешь арабским.
— Да?
Он надавливает пальцами на виски. Если бы только голова так не раскалывалась от боли, он мог бы трезво обо всем подумать. Но теперь он уже не помнит, когда в последний раз рассуждал о чем-то трезво. Возможно ли, что Кристофер прав?
Внезапно его осеняет ужасная мысль.
— Как ты можешь это обсуждать? Ты ведь ничего не знаешь о нас с
Кристофер кротко смотрит на отца и улыбается все печальнее.
— Это ты специалист по софту. Поэтому тебя и привлекли к работе в Агентстве. Так ты стал двойным агентом — в одну из твоих поездок то ли в Шанхай, то ли в Бангалор, точно неизвестно, да это сейчас и неважно. Важно, чтобы ты отдал мне пушку и мы с тобой убрались отсюда.
От внезапно нахлынувшей ярости он ощущает буквально физическую боль и поднимает пистолет.
— Я не уйду отсюда ни с тобой, ни с кем другим.
— Папа, ну прояви же здравый смысл.
— Мир давно сошел с ума! — кричит он. — Здравый смысл — это иллюзия, так же как и любовь!
Он целится из пистолета в Кристофера, но вдруг тот выхватывает из-за спины короткоствольный «Вальтер ППК» и проделывает во лбу отца аккуратную дырочку.
Кристофер посмотрел на тело на полу. Он все гадал: какие чувства будет испытывать? Оказалось, никаких. Наверное, душа так очерствела от постоянной смены обличий, что ни одно событие, даже самое трагичное, не может вызвать в нем обычные человеческие эмоции.
Непреложное правило Агентства гласит: все свидетельства ликвидации должны быть сразу уничтожены. С этим нет никаких проблем. Работа выполнена чисто, он может гордиться собой.
Какое-то время Кристофер разглядывал творения отца, тщательно, до мельчайших деталей, с любовью сделанные из страниц журналов, купленных или стянутых из вестибюля гостиницы.
Здесь были декорации к «Венецианскому купцу», «Трамваю „Желание“», к возрожденной заново «Карусели», [82] которая благодаря новациям отца имела оглушительный успех. Были и многие другие пьесы. Не в первый уже раз Кристофер застыл на мгновение, изумленный гением отца, сумевшего создать такие шедевры.
82
«Венецианский купец» — одна из наиболее известных пьес Уильяма Шекспира. «Трамвай „Желание“» — пьеса известного американского драматурга Теннесси Уильямса, по которой в 1951 году снят одноименный фильм с Вивьен Ли и Марлоном Брандо в главных ролях. «Карусель» — бродвейский мюзикл по пьесе «Лилиом» американского драматурга и романиста Ференца Мольнара.
Наконец в ванной он наткнулся на декорацию к «Смерти коммивояжера». Он рассматривал ее, и фразы, принадлежащие перу Артура Миллера, проносились перед глазами, словно бегущая строка телевизионных новостей. Он не помнил, как долго так простоял. Затем нагнулся, взял декорацию и, вернувшись в комнату, бросил ее на неподвижное тело отца. Вытащил купленный специально для этой цели флакон с бензином для зажигалок и побрызгал на журнальные листы и на тело. Стоя спиной к двери, открыл замок, зажег спичку и немного понаблюдал, как занимается пламя.
Все в жизни меняется. Но не в лучшую сторону.
Из отеля Кристофер вышел через боковую
От этой мысли лицо Кристофера озарила улыбка, и на мгновение он стал очень и очень похож на отца.
Кристофер Райс
Дебютный роман Кристофера Райса, готический ужастик «Пустота душ» («A Density of Souls»), увидел свет, когда автору было всего двадцать два года. Книга, написанная сыном знаменитого автора вампирских романов Энн Райс, получила широкое освещение в прессе и в то же время была встречена с изрядной долей скептицизма. Репутацию Райса как писателя, способного добиться значительного коммерческого успеха с историями, в которых главными действующими лицами являются геи, укрепил «Снежный сад» («The Snow Garden») — второй его роман, вошедший в список бестселлеров «Нью-Йорк таймс».
Последняя на сегодня книга Райса, «Свет до рассвета» («Light Before Day»), раскрывает неприглядную изнанку сообщества геев Лос-Анджелеса. В целом же во всех трех произведениях автор акцентирует внимание читателя на непростых отношениях, возникающих между натуралами и гомосексуалистами, связанными общим несчастьем. Так, в «Снежном саду» говорится о дружбе гея и обычной женщины и о жестоких уловках, при помощи которых эту дружбу пытаются разрушить. В центре романа «Свет до рассвета» — отцовские чувства, которые все сильнее испытывает к своему ассистенту-гею популярный автор мистических романов. Эта же тема прослеживается и в рассказе «Ловушка для мужчин», когда молодая женщина внезапно обнаруживает, что ее любимый является гомосексуалистом, и в результате мирная семейная идиллия оборачивается настоящим адом.
Райсу было непросто работать над «Ловушкой для мужчин». Прежде он никогда не писал рассказов и больше привык выстраивать атмосферу, конструируя в мельчайших подробностях каждую сцену, за что его и полюбили читатели. Желая научиться раскрывать сюжет и характеры персонажей на нескольких страницах, Райс обратился к рассказам признанных корифеев жанра: Ричарда Матесона и Дэвида Моррелла. Поначалу он побаивался отказываться от некоторых своих фирменных приемов подачи литературного материала, но в конечном итоге признался, что получил от работы над «Ловушкой для мужчин» истинное удовольствие.
Кристофер Райс
Ловушка для мужчин [83]
Кейт сидела за столиком у окна в шумной кофейне «Старбакс». За переполненной парковкой и оживленным шоссе открывался прекрасный вид на горы Сан-Бернардино; их призрачные очертания вырисовывались на близком горизонте в лучах заходящего солнца. Рик отдал ей свой ноутбук, а сам скрылся в дверях торгового центра. Наверное, сейчас он уютно устроился возле полок в книжном магазине «Бордерс» и увлеченно листает книги по рыбалке, охоте или еще какому из этих странных увлечений для взрослых, которыми после школы он заразился от отца.
83
Copyright © 2006 by Christopher Rice.