Триумф стрелка Шарпа
Шрифт:
– Но ведь Скиндия понимает, что мы не можем позволить британцам соединиться?
– Понимает. Конечно, понимает. Наш повелитель совсем не глуп – он непостижим. Мы ждем благоприятных знамений.
– Куда уж благоприятней! – начал кипятиться Додд.
– А вот это решать не мне и не вам. Нам, европейцам, дозволено воевать, но не толковать послания звезд или разгадывать смысл снов. Зато когда дело дойдет до битвы, майор, можете не сомневаться – звезды и сны будут позабыты, и Скиндия во всем положится на меня. – Полман снисходительно улыбнулся и прошел взглядом по заполнившему равнину морю всадников. Их было здесь тысяч пятьдесят, но ганноверец вполне обошелся бы и одной. Большинство
– Мне больно! – пискнула девушка.
– Liebchen, прости. – Полман разжал пальцы. – Я задумался.
– Сэр? – Додд подумал, что полковник обращается к нему.
– Я думаю, майор, что наши бесцельные маневры не такая уж бесполезная вещь.
– Почему? – изумился Додд.
– Потому что если мы не знаем, куда идем, то этого не знают и британцы. Рано или поздно они пройдут несколько лишних миль, окажутся слишком близко, тогда-то мы и атакуем. Кто-то ошибется, кто-то, как говорится, даст маху, Додд, потому что на войне всегда кто-то дает маху. Это непреложное правило войны. Надо лишь набраться терпения.
Откровенно говоря, неопределенность осточертела Полману не меньше, чем Додду, но полковник знал – проявлять нетерпение бессмысленно. В Индии у всего свой шаг, поступь жизни неслышна и легка, но вместе с тем и непреклонна, как движение слона. Когда-нибудь британцы совершат нерасчетливый марш, выдвинутся слишком далеко, и тогда даже Скиндия, узрев врага под самым носом, не сможет отказаться от сражения. И даже если к тому времени обе неприятельские армии соединятся, разве от этого что-то изменится? Их общие силы будут в любом случае ничтожны перед лицом грозной маратхской орды. Исход противостояния предопределен настолько, насколько это вообще возможно на войне. Рано или поздно, рассуждал полковник, Скиндия поставит его во главе всех сил, и тогда он, Полман, прокатится по врагу наподобие чудовищной колесницы Джаггернаута. Созерцанием этой счастливой перспективы полковник пока и довольствовался.
Голод в конце концов взял верх, и однажды Шарп, прихватив мушкет, отправился на поиски дичи. Пустой желудок неразборчив, и сержант удовлетворился бы даже тигрятиной, но рассчитывал все-таки на что-нибудь поприличней. Говядины в Индии хватает, однако в тот день охотнику не везло; лишь пройдя не менее четырех миль, он заметил стадо коз, мирно грызущих травку в небольшой роще. Шарп примкнул штык, посчитав, что выстрел может привлечь хозяина стада, а потому безопаснее перерезать животному горло. Он уже подобрался к козам почти вплотную, когда из-за кустов на него набросилась злобная
Отбившись от пса прикладом, сержант обнаружил, что коз уже нет. На то, чтобы найти их снова, понадобился еще почти час, и к тому времени ему было уже наплевать на последствия, даже если бы на выстрел сбежалось пол-Индии. Шарп прицелился и спустил курок. Пуля сразила козленка, который тут же жалобно заблеял. Сержант подбежал к нему, перерезал горло, что оказалось не так легко, как представлялось, и, взвалив добычу на плечо, отправился в обратный путь.
Вдова сварила жилистое, тугое мясо, которое Шарп, не обращая внимания на отвратительный запах, проглотил с жадностью изголодавшего волка. Проснувшийся Маккандлесс поводил носом, сел и хмуро посмотрел на котел.
– Я почти готов это съесть.
– Хотите, сэр?
– Я не ем мяса восемнадцать лет, так что не буду и начинать. – Полковник пригладил растрепанные жидкие волосы. – Должен сказать, мне уже лучше. Определенно лучше, хвала Господу. – Он спустил ноги на пол и попытался подняться. – Но я слаб как котенок.
– Кусок мяса добавит сил, сэр.
– Изыди, Сатана, – отмахнулся шотландец и, опершись на столб, подпиравший легкую крышу, встал на ноги. – Завтра, пожалуй, смогу ходить.
– Как рана, сэр?
– Заживает, сержант, заживает. – Полковник осторожно перенес вес на левую ногу и удовлетворенно кивнул. – Господь снова меня уберег.
– Ну и слава Богу, сэр.
На следующее утро Маккандлессу стало еще лучше. Он даже выбрался из хижины, заморгав от яркого света.
– Видели кого-нибудь за последние две недели? Я имею в виду солдат.
– Ни души, сэр. Только крестьян.
Полковник провел ладонью по колючей щеке.
– Думаю, надо побриться. Вы не принесете мне бритву? И, может быть, согреете воды?
Шарп послушно поставил на огонь котелок и, взяв бритву, принялся править ее о подпругу. Он уже заканчивал, когда его окликнул Маккандлесс.
– Шарп!
Что-то в голосе полковника заставило сержанта взять мушкет. Услышав стук копыт, он нырнул за дверь и взвел курок, приготовившись открыть огонь, но Маккандлесс махнул рукой, показывая, что оружие не понадобится.
– Я говорил, что Севаджи нас найдет! – радостно крикнул шотландец. – В этой стране секретов нет и быть не может.
Шарп опустил мушкет. Отряд индийца уже подъехал к дому вдовы. Севаджи, увидев растрепанного, небритого Маккандлесса, усмехнулся и покачал головой.
– Услышал про какого-то белого дьявола и понял, что это вы.
– Я ждал вас раньше, – проворчал полковник.
– А куда было спешить? Вы все равно ранены. Местные, с которыми я разговаривал, считали, что вы не жилец. – Индиец легко соскочил с седла и подвел коня к колодцу. – К тому же мы были заняты.
– Надеюсь, следили за Скиндией?
– Да. И здесь, и там, и везде. – Севаджи достал ведро воды и в первую очередь напоил скакуна. – Сначала они ушли на юг, потом повернули на восток и снова на север. Но сейчас собираются созвать дурбар.
– Дурбар! – Новость явно порадовала Маккандлесса, а вот Шарпу оставалось только догадываться, о чем идет речь.
– Сейчас они у Боркардана, – продолжал Севаджи. – Все! Скиндия, раджа Берара, весь этот сброд!
– Боркардар, – повторил Маккандлесс, воспроизводя в уме карту. – Где это? В двух днях перехода к северу?
– Пешим – два дня, конным – один, – уточнил Севаджи.
Полковник повернулся на север. О бритье он, похоже, уже забыл.
– Сколько они там могут пробыть?
– Думаю, достаточно долго. Сначала им надо приготовить места для всех князей; на это уйдет два, а то и три дня. Потом еще столько же на разговоры. Да и лошадям нужен отдых, а в Боркардане много фуража.