Трое в Долине
Шрифт:
— Чо это она? — спросил Таргитай.
— Предлагает, — объяснил Мрак.
— Задурно?
— Задурно сам знаешь, что бывает. Обет какой-нибудь надо дать. Помогать сирым и обиженным, бить злых, не сморкаться в скатерть...
Таргитай обиделся:
— Я и так не сморкаюсь!.. Я всегда на пол, как усе люди.
Он миновал руки с мечом, с сожалением оглядывался. Олег бросил с неудовольствием:
— Но это делаем потому, что сами так хотим, а не потому, что принуждают делать добро или приняли навеки
Таргитай оглянулся на торчащие женские руки, что уже начали опускаться с мечом под воду:
— Понял... но есть все равно хочу. Если бы она нам рыбину поймала такую же длинную!
На том берегу Мрак ускорил шаг, изгои догнали оборотня, когда проходил мимо огромного валуна со стесанной вершинкой, прямо из которого торчал крупный меч с крестообразной рукоятью.
Таргитай крикнул Мраку в спину удивленно:
— Опять меч! Уже в камне.
— Да черт с ними, — огрызнулся Мрак, не оборачиваясь. — Этих мечей как листьев в лесу. Все их тебе наперебой тычут! А вот хлеба всегда не вдосталь...
Он умолк, впереди на полянке среди травы лежало крупное яйцо. День был не особо солнечный, но яйцо словно бы светилось изнутри. Мрак хмыкнул, оглядел критически. Все яйца можно есть, но это больно красивое. Как будто снесла не простая лебедиха, а красивая...
Олег опустился на колени, потрогал кончиками пальцев, прислушался к ощущениям. Рыжие брови поползли верх, а рот слегка приоткрылся:
— Сколько же оно здесь лежит?.. Или она снова сюда прилетала?
Таргитай, пользуясь остановкой, достал дудочку, а Мрак спросил нетерпеливо:
— Что-то волховье?
— Да, — ответил Олег с таким почтением, что Мрак заколебался, разбивать или не разбивать, вон Таргитай уже облизывается. — Яйцо, которое не топчут звери, не бьет град... Наша богиня Лада часто летает по свету в личине белого лебедя. Это ее яйца. Когда улетала на юг, там снесла яйцо, из которого появилась девочка необычайной красоты... из-за нее, волхвы говорят, будет величайшая из войн, погибнет великий город, а с ним погибнут и все до единого герои в тех странах, что воевали, после чего их уже там никогда не будет... А еще раньше она снесла там же два яйца, из которых народились двое мальчиков-близнецов, равных которым нет в той стране... Ну, а здесь она яйца роняет чаще, чаще...
Мрак хмыкнул, хотел что-то спросить еще, но шорох в кустах отвлек, он ухватился за нож, исчез, далеко за кустами раздался жалобный заячий крик. Мрак вскоре вернулся, торжествующе держа за уши толстого молодого зайца:
— Смотри, какой толстый!.. Как Таргитай!.. Даже убежать не смог, зад тяжеловат...
Таргитай обиженно посопел, буркнул:
— У меня зад не больше твоего.
Мрак великодушно разрешил:
— Ладно, яйцо не трожь. Говоришь, из-за нее погибнет великая страна
— Так говорят старые пророчества, — подтвердил Олег грустно. — И свою погубит тоже. И пару соседних.
— Это хорошо, — сказал Мрак довольно. — Пусть летает.
А Таргитай облизнулся, сглотнул голодную слюну и сказал с усилием:
— Пусть летает. И пусть выводится всякое... красивое!.. Даже если Змеев не стало бы, Мрак же удавится...
Мрак хмыкнул, швырнул ему добычу:
— На, понесешь. Ты с таким грузом бегаешь быстрее, знаю. А кабана тебе дай на плечи, так вовсе побежишь как зайчик.
— Своя ноша не тянет, — сообщил Олег очередную мудрость.
Глава 10
Над головами темнело, но бежали, не обращая внимания, перепрыгивали через валежины, в лесу всегда сумрачно, но воздух свежел быстро, верхушки тревожно зашумели, ветер пронесся внезапный, буйный.
Сзади залопотало, словно на лес высыпали гигантский мешок гороха. Их догоняла серая стена, от нее шел треск и шум, что сразу почти заглушил их голоса.
Они мигом очутились под раскидистым деревом. Мрак проворчал с досадой:
— Куда боги смотрят!.. Кому такой дождь нужен в лесу? А в полях не допросятся...
По веткам ударило с такой мощью, что те прогнулись, обвисли. Они прижались спинами к стволу, а вокруг, всего в трех шагах, опустился странный водяной горшок, перевернутый кверху дном: прозрачные потоки воды слились в стену, что окружила их со всех сторон.
Земля разом вскипела, взлетала брызгами и комьями грязи, и, казалось, вода вгрызается все глубже и глубже, отгораживая опасных людей от мира.
Таргитай подскочил и дико посмотрел наверх. Оттуда потекла тоненькая струйка, что сумела пробиться через заслон листьев, а те умело направляли всю воду туда, где под землей расположены их корни, самые кончики, ибо только кончиками можно сосать воду и соки из земли...
Олег буркнул что-то и тоже отодвинулся. Мимо плеча бежала на землю другая струйка. Еще две пробились чуть в сторонке, а над головами ослепляюще блеснуло, чуть погодя прогремел уверенный гром.
— Еще даже не подошел, — определил Мрак с досадой. — А что будет, когда разгуляется над головами?
Потом блистало все чаще и ослепительнее, глаза щемило от непрестанного блеска, а гром уже следовал за блеском сразу, без паузы, земля вздрагивала, запахло паленым, а шум воды уступал только грохоту.
Потоки воды наконец прорвались и над Мраком. Отплевываясь, он прокричал, с трудом перекрывая грохот падающей воды:
— Нет, пусть лучше уж на лес!.. Если такой ливень на поля, то все посевы смоет!
А Олег напряженно раздумывал, потом вдруг хлопнул себя ладонью по лбу:
— Тарх!.. Тарх, иди сюда!