Трое
Шрифт:
Ночь была прохладной; скоро воздух потеплеет и наполнится благоуханием цветущей жакаранды. Издалека доносился приглушенный гул машин; это напомнило Тофику квартиру отца в Иерусалиме. Интересно, скоро ли он увидит Иерусалим?
Так, здесь больше делать нечего. Надо еще раз взглянуть на блокнот – возможно, на втором листе остались следы от нажима карандашом, и ему удастся разобрать слова. Тофик подошел к балконной двери и уже собирался войти в гостиную, как вдруг услышал голоса.
Он
– Прости, дорогой, я больше не могла видеть эти пережаренные стейки!
– Ну надо же было хоть что-нибудь поесть!
Шульцы вернулись.
Тофик лихорадочно восстановил в памяти свой путь: спальни, ванная, гостиная, кухня… Он вернул на место все, к чему прикасался, кроме пластикового контейнера. Пусть Шульц думает, что где-то обронил.
Если удастся выбраться незамеченным, они даже не поймут, что здесь был посторонний.
Тофик перевалился через перила и повис на кончиках пальцев, силясь разглядеть землю в кромешной тьме. Он прыгнул наугад, мягко приземлился и неспешно вышел из сада.
Тофик был доволен собой: первое проникновение в чужое жилье прошло как по маслу – не хуже, чем на практических занятиях, включая внезапное возвращение хозяев и отступление по заранее продуманному маршруту. Он ухмыльнулся в темноте. Ничего, еще доживем до бумажной работы!
Тофик сел в машину, завел мотор и включил фары.
Из тени возникли двое и встали по обеим сторонам «Рено».
Это еще кто?!
Раздумывать некогда. Он врубил первую передачу и нажал на газ. Двое поспешно отступили в сторону.
Они не пытались его остановить. Тогда зачем… Проследить, чтобы он не выходил из машины?..
Тофик резко ударил по тормозам и оглянулся на заднее сиденье. В тот же миг сердце пронзила щемящая боль: он понял, что больше никогда не увидит Иерусалим.
Высокий араб в темном костюме улыбался, сверкая дулом маленького револьвера.
– Поехали, – приказал он на арабском. – Только помедленнее, пожалуйста.
В: Имя и фамилия.
О: Тофик эль-Масири.
В: Опишите себя.
О: Двадцать шесть лет, рост – метр восемьдесят, вес – восемьдесят два, глаза карие, волосы черные, черты лица семитские, кожа светло-коричневая.
В: На кого вы работаете?
О: Я – студент.
В: Какой сегодня день недели?
О: Суббота.
В: Кто вы по национальности?
О: Египтянин.
В: Сколько будет двадцать минус семь?
О: Тринадцать.
Данные вопросы предназначены для калибровки детектора лжи.
В: Вы работаете на ЦРУ?
О: Нет. (правда)
В: На немцев?
О:
В: Значит, на Израиль.
О: Нет. (ложь)
В: Вы действительно студент?
О: Да. (ложь)
В: Что вы изучаете?
О: Я изучаю химию в университете Каира. (правда) Специализируюсь на полимерах. (правда) Хочу стать инженером-нефтехимиком. (ложь)
В: Что такое полимеры?
О: Сложные органические соединения, состоящие из цепочек молекул; самый распространенный – полиэтилен. (правда)
В: Как вас зовут?
О: Я уже сказал – Тофик эль-Масири. (ложь)
В: К вашей голове и груди прикреплены датчики, измеряющие ваш пульс, сердцебиение, дыхание, потоотделение. Когда вы лжете, вас выдает метаболизм – учащается дыхание, появляется испарина и так далее. Прибор нам подарили русские друзья; если вы говорите неправду, он это фиксирует. Кроме того, мне известно, что Тофик эль-Масири мертв. Так кто вы?
О: (молчит)
В: К головке вашего пениса прикреплен провод; он подключен вот к этой кнопке. Если я нажму на нее…
О: (кричит от боли)
В: …вас ударит током. Мы поместили ваши ноги в ведро с водой, чтобы усилить действие. Как вас зовут?
О: Абрам Амбаш.
Электрошок создает помехи в работе детектора.
В: Можете закурить.
О: Спасибо.
В: Хотите верьте, хотите нет, я ненавижу эту работу, а от тех, кому она нравится, толку мало, вот в чем беда. Здесь нужна тонкость восприятия, понимаете? Я – человек чувствительный, мне неприятно смотреть, как люди страдают. А вам?
О: (молчит)
В: Сейчас вы пытаетесь придумать способ противостоять мне. Не надо, не тратьте время зря. Против современных технологий… м-м… опроса защиты нет. Как вас зовут?
О: Абрам Амбаш. (правда)
В: Кто ваш босс?
О: Не понимаю, о чем вы. (ложь)
В: Бош?
О: Нет, Фридман.
В: Это Бош.
О: Да. (ложь)
В: Нет, не Бош – Кранц.
О: Пусть будет Кранц – как угодно. (правда)
В: Как вы выходите на связь?
О: С помощью радиопередатчика. (ложь)
В: Вы говорите неправду.
О: (кричит)
В: Как вы выходите на связь?
О: Через почтовый ящик в пригороде.
В: Вам кажется, что показания детектора будут неверными, когда вы ощущаете боль, и значит, пытки – ваше спасение. Вы правы лишь отчасти. Это очень умная машина; я потратил многие месяцы на ее изучение. После удара током понадобится лишь несколько секунд для перенастройки прибора на ваш ускоренный метаболизм, и тогда я снова пойму, что вы лжете. Как вы выходите на связь?