Трон Света
Шрифт:
— Хотя надо, сказать, Льока внёс свои коррективы в изначальный список выращиваемых растений.
— Льока?
— Так зовут духа, — объяснил Садд, разливая кипяток по чашкам, — он вспомнил своё имя, после того как проклятье спало. Оно звучит немного иначе, но на нашем языке будет так. Помню, когда он пришёл смотреть на первую посадку, сразу вырвал добрую половину.
— Что это было?
— Ну, знаешь, не всё, что Первый Орден планировал выращивать было… безопасным. Я понимаю, вы, бессмертные, постоянно воюете. Яд в этом деле хороший помощник, но Льонка такого терпеть не стал.
— Как отреагировали бессмертные?
— Ну поворчали, сначала, конечно, а через пару недель только рады были. Льока оставил им семена. Из них выросла лиловая кафка — редкая штука, но крайне ценная, особенно ежели какую заразу в кровь загнал. Он тогда не говорил ещё, но посыл был ясен и бессмертные противиться ему не стали. Больше ничего такого не сажали.
Тарас кивнул, держа меж ладоней горячую чашку, источающую чудесный аромат травяного чая. Он не думал, что Первый Орден будет ему врать о том, как здесь обстоят дела, но прийти сюда и убедиться во всем лично было приятно.
— Я много про тебя слышал, Вольный. Особенно после той битвы за крепость. Говорят, ты теперь Смертный Меч Асфеда?
Вольный улыбнулся, оторвал взгляд от чашки и посмотрел на целителя:
— Что, не похож?
— Ты вроде бы не изменился. Это мой искренний комплимент. До сюда много слухов о тебе добиралось, деревенские всё собирают. Ты много где успел побывать с той поры как нам помог. Говорят, ты даже к исчезновению проклятья имеешь отношение. Это правда?
Тарас припомнил события в Карак-Удане. Проклятье исчезло бы в любом случае: Гарро всё ровно собирался поглотить его силу, разница была лишь в том, что войско Торбара не дало ему забрать реликвию их народа.
— Я немного поучаствовал, но оно бы и без меня рассеялось.
— Вот как. Ну, в любом случае, спасибо тебе. И за тот раз и за этот. Когда проклятье прошло, Льока будто сбросил с себя оковы. Он стал сильнее, лес вокруг начал расти буквально на глазах. К нему вернулось часть воспоминаний, часть его знаний, — Садд усмехнулся, — Теперь мне не нужно разбирать чего-то он там клекочет. Он может ответить мне на нормальном языке.
Вольный кивнул на свернутый спальный мешок.
— Смотрю ты иногда здесь остаешься.
— Да, после того, как Льока проснулся, он начал учить меня целительству. Будь мой дед жив, у него бы глаза на лоб полезли, увидь он что я теперь умею, — воспоминания о почившем родственнике заставили целителя, ворошащего угольки в костре, улыбнуться. — Теперь я правда целитель. Ежели кто какую пакость подхватит, то сразу сюда. Ко мне уже пару раз приходили даже те, кому ближе было в Буркум. Ну и ваши, раненые, тоже приходят чтобы я мог попрактиковаться. Чего-чего, а раненых у Первого Ордена всегда достаточно. Тут в паре дней пути искажение есть, куда ваши тренироваться ходят. Вот они ко мне и заглядывают, когда Льока обходит свой лес.
— Скоро он вернется? — спросил Тарас, сделав первый аккуратный глоток чая, — Моему брату нужно с ним поговорить.
— А что случилось? — внимание Садда тут же сосредоточилось на Звере. — Может я смогу помочь? Но ты вроде
На плече Зверя появился дух птицы, заставив целителя выпучить от удивления глаза.
— Мы попали в паршивую заварушку, — Зверь почесал птице брюшко, — некоторые мои духи ранены, сильно. Я не знаю, как им помочь. Надеялся, что древний дух подскажет, как мне их исцелить.
— Так ты шаман… — Садд очень внимательно смотрел на птицу-духа, слетевшую с плеча бессмертного и приземлившуюся на траву у его ног. — Льока говорил, что раньше таких людей хватало, но он давно их не видел. Сказал мне ещё учиться и учиться, а вот Дитон уже скоро сможет им стать. Можно? — спросил целитель, поднося руку к птице.
— Это не у меня спрашивай, а у него, — ответил Зверь.
Садд очень аккуратно поднес ладонь к птице. То ли близость хозяина, то ли сам целитель ей понравился, но она запрыгнула ему на предплечье и позволила поднять себя повыше, чтобы лучше разглядеть.
— Красавец, — восхитился Садд и аккуратно погладил духа, — Льока уходит ненадолго. Зайдет в деревню, посмотреть, как дела у жителей, да детвору угостить орешками или ягодами какими-нибудь. Потом идет осматривать лес. Его роща быстро восстанавливается, становится всё больше, но пока он управляется примерно за день. Его нет уже почти сутки так что…
Зверь повернул голову в сторону, уловив нечто, привлекшее внимание его чувства. Скоро и все остальные смогли различить среди деревьев приближающийся силуэт. Лес будто расступался перед своим владыкой. Громадное тело духа не сломало ни одной веточки, не затоптало ни одного цветка и растения. Он вышел на поляну, заняв добрую её треть. С последней их встречи Льока стал только больше.
Взгляд духа задержался на Вольном несколько секунд, после чего сосредоточился на Звере. Вокруг него начали появляться его духи, один за другим, заполняя собой свободное пространство поляны. Теперь стало видно, какие раны им оставила битва с тварями из другого мира. У многих не хватало лап, отсутствовали целые куски плоти, следы от ран были совсем свежими, будто нанесенными миг назад.
— Ты привел интересного человека, друг мой, — произнёс Льока низким, сосредоточенным голосом.
Глава 191
— Рад видеть тебя в добром здравии, Льока.
Громадный совух закивал головой и легким движением передней лапы подозвал к себе одного из духов Зверя. Вперед вышел самый большой из них, очень напоминавший по внешности самого Льоку, только меньше и с большим количеством ран на теле, от которых продолжали отделяться и улетать крохотные песчинки. Льока очень бережно погладил духа по голове.
— Расскажите мне, что произошло.
Поляна слегка вздрогнула, когда дух леса сел, вытянув когтистые ноги вперед. Выглядело это даже забавно, словно перед ними был большой ребенок. Но глаза древнего духа подсказывали, что он далеко не ребенок и теперь восстановил весомую часть своей памяти и знаний. Тарас вкратце рассказал ему историю их последнего похода, окончившуюся открытием портала в Каулудан сквозь Мрак, откуда и полезли твари, сумевшие не просто развеять физическую оболочку духов, но и ранить их самих.