Трон
Шрифт:
Близнец тяжелым взглядом оглядел каждого.
— Уж лучше б они просто сбежали из страны. Честное слово, я б не стал мешать, — угрюмо проговорил Винсент.
— Но они остались, и с этим нужно считаться… Винсент, ты едешь с братом?
— Да.
— Без тебя нас останется только четверо, — расстроено констатировал Леонард. — И непочатый край работы. Ланселот, не хочу детально вникать в твои планы, но у тебя действительно есть что-то стоящее?
Ланс задумался.
— Как сказать… Я намерен проследить кое-какие
— Ясно, Винсент, почему бы тебе ни заняться еще кое-чем?
— Кое-чем?
— Столица пуста, и это плохо. Раз уж ты будешь там, тебе придется взять на себя… э… некоторые представительские функции.
— Это что-то вроде того, чем занимались Фредерик с Виктором, а чуть позже ты?
— Не вроде, а то же самое, — усмехнувшись, поправила Диана. — Будешь олицетворять власть.
Она внушительно посмотрела на брата. Винсент поморщился.
— Прелестно.
— Можно считать, что мы в общих чертах наметили наши дальнейшие действия?
— Можно, но есть частности. И некоторые из этих частностей мне не нравятся, — неожиданно заявил Филипп.
— Например?
— Я допускаю, что Ланселот найдет убийцу или убийц Лоуна и прочих. И что дальше? Мне не понравится, если он, за нашими спинами, начнет разыгрывать из себя мстителя.
— Мне тоже, — присоединился к кузену Эдвин.
— Хочешь этим заняться лично? — осведомилась Диана.
— Я хочу заранее знать мотивы таких шагов.
— Так может сказать только истинно невинный, — съязвила сестра.
— Все, что узнаю я, узнаете и вы, — пообещал Ланс.
Филипп явно не поверил, но благоразумно промолчал. Тогда заговорил Винсент:
— В свою очередь, и мы бы хотели знать обо всем, что будет происходить у вас.
— Естественно, — кивнул Леон, — без этого твоя миссия просто не имеет смысла.
Только сейчас Ланс заметил, что уже стемнело. И похолодало.
— Леон, — позвал он, — пошли узнать, что там с переправой.
— Переправа завершена, принц.
От тихого вкрадчивого голоса Яго Ланс вздрогнул и оглянулся. Мастер сидел позади него и небрежно поигрывал ножом.
— Понтоны они перетянули на свой берег и скорее всего завтра предложат нам их забрать. Впрочем, могут и не предложить, если решат наплевать на нашу реакцию.
— По крайней мере, эта ночь в полном нашем распоряжении, — вставая, заметил Филипп. — Давайте не тратить ее попусту… И идемте под крышу. Холодно.
ЧАСТЬ 3
Ланс шел по коридору и, вспоминая свое поспешное бегство отсюда, невольно улыбался. С тех пор минуло полгода, но ему казалось, что это случилось совсем недавно. Особенно яркие воспоминания захлестнули принца, едва он приоткрыл дверь кабинета.
Перевернутое кресло в углу, разбросанные
В комнату вошел Пауль и, не сдержавшись, охнул.
— Что, старина, непорядок?
Слуга обескуражено развел руками.
— Как же здесь жить, Ваша Светлость?
— Хороший вопрос, — протянул принц. — Признаться, и я не ожидал увидеть такое. Все ведь вроде было в порядке?
Ланс вопросительно посмотрел на слугу, и тот виновато пожал плечами.
— Но мы очень спешили, Ваша Светлость.
Ланс подошел к окну.
— Сделаем так, — наконец решил он. — Пока ты будешь приводить дом в порядок, я поживу во Дворце. Распорядись, чтоб мои вещи доставили туда.
Слуга поклонился.
— И, надеюсь, ремонт не займет много времени.
— Когда Ваша Светлость желает въехать в дом?
— Как можно раньше. Поспеши с этим.
— Слушаюсь.
Пауль ушел, а Ланс поднял кресло и уселся лицом к окну.
…Всю ночь они обсуждали дела семейные и государственные, и сейчас, вспоминая все это, Ланс с некоторым удивлением отметил, что до открытой ссоры не дошло. Вот только сам он запутался в своих чувствах.
После охоты ненависть улетучилась, и он не знал, радоваться этому или грустить. Боль, овладевавшая им каждый раз при воспоминании об Иль, тоже притупилась. Он корил себя за бессердечие и цинизм, и уже в следующую секунду пытался забыться, выкинуть из головы ее образ. Чаще всего, к сожалению, успешно.
Леонард же, этот новый Леонард… Как-то незаметно брат превратился в человека, к которому хотелось обратиться за советом, которому хотелось верить. Вот только сознавать это было неприятно. Винсент — даже Винсент! — готов был отказать ему в поддержке, а Филипп, хитроумный и злоязычный, не выказал особого неудовольствия, выслушивая наставления близнеца. Когда принц думал о Леоне, в нем просыпались мелкая зависть, злоба, подлость, и от этих чувств он был противен себе. И тогда Ланс научился не думать о близнеце.
Они решили, что Леонард с Дианой останутся на востоке и примут командование армией. Эдвин взял на себя подготовку к войне. Филиппу подыскали занятие, достойное его изворотливости и авантюризма — он должен был следить за Виктором и Фредериком. Ланс полагал, что эта парочка ни в чем не уступит двоюродному брату, но все сомнения держал при себе, надеясь, что задание займет того и отвлечет от иных, более опасных мыслей.
Меньше всех был рад своей доле Винсент, который подозревал, что с прибытием в столицу вряд ли сможет оказать Ланселоту достаточную поддержку. И подозрения его беспочвенными не были.