Тру
Шрифт:
Джини ахнула, когда он легко приподнял её тело и сдвинул, так что её зад оказался на самом краю дивана. Тру широко развёл ей ноги, открывая её естество своему взору. Она ещё не была достаточно влажной, чтобы принять его, но скоро будет. Он опустил своё лицо туда, где хотел быть больше всего.
Её удивлённый вздох должен был его замедлить, но он оказался полностью захвачен её ароматом. Она стала всем самым лучшим для него, как только его губы сомкнулись на её клиторе. Он посасывал, лизал и урчал от удовольствия, пока её пальцы перебирали его волосы. Тру не волновался о том, что
Он слышал её тихие стоны, и она ласкала его, вместо того чтобы с ним бороться. Он крепче вжался в неё, а её бёдра немного сильнее прижались к его щекам. Его позабавило, что она верила, будто достаточно сильна, чтобы его оттолкнуть. Он снова зарычал, громче, зная, как это подействует на чувствительный комочек нервов, с которым играл. Женщины любят вибрацию, и Джини откликнулась, потершись естеством о его рот.
— Тру, — задыхалась она, — О, да. Боже. Не останавливайся.
Он и не собирался. Ничто не могло оторвать его от неё. Вкус Джини дико заводил, его член стал каменно-твёрдым, и желание взобраться на неё росло с каждой секундой. Её пальцы путались в его волосах, она тяжело дышала. Клитор Джини стал чувствительным, набух, и Тру понимал что она близка к краю. Он увеличил давление, яростно потираясь языком о ту точку, которая, как он знал, доставляла ей больше всего удовольствия. Пришлось ухватить Джини за бёдра, когда она начала извиваться, почти увернувшись от его ласк.
Он прижал её к дивану, удерживая под собой, пока кончик его языка ударялся о клитор. Джини кончила, выкрикивая его имя, и Тру наслаждался каждым движением её тела, пока продолжал медленно лизать, смакуя то как она вздрагивала от пронзившего её наслаждения.
Он приподнялся, чтобы видеть её лицо. Джини закрыла глаза, приоткрыв губы, пот выступил над верхней губой и на висках. Она была такой привлекательной для него, более чувственного зрелища он не видел. Он отпустил её бёдра и взялся за собственные штаны. Было чудом, что не порвал их, освобождая член. Он вырвался наружу, как только Тру их спустил, ощущаясь тяжёлым и болезненным.
Женщинам необходимо было немного времени, чтобы прийти в себя, но он просто не мог дать ей его. Потребность оказаться внутри оказалась слишком сильной. Он взял её за лодыжку, поднял ногу и прижал к груди. Джини открылась достаточно, чтобы он мог правильно расположить бёдра. Толстая головка члена потёрлась о вход в её скользкое, влажное лоно, и он толкнулся, проникая внутрь.
Она была тесной, горячей, и Тру сжал зубы, сдерживая вой, пока погружался в её гостеприимную глубину. Было бы так хорошо, просто толкаться внутрь и наружу, но он брал её осторожно, проникая дюйм за дюймом, пока не заполнил полностью. Он замер на секунду, её внутренние мышцы всё ещё сокращались, и он наслаждался её тихими стонами.
— Посмотри на меня.
Она открыла глаза и посмотрела на него взглядом полным страсти. Тру немного отодвинулся, с удовольствием ощущая, как её лоно сжимается, будто отказываясь выпускать его. Он отстранялся, пока внутри не осталась только головка члена, а затем резко толкнулся вперёд. Джини застонала.
Тру
Он положил ладонь на низ живота Джини, большим пальцем прижавшись к клитору. Она выкрикнула его имя, когда он потёр его, зная, что дополнительная стимуляция усилит оргазм. Джини ногтями впилась в его предплечья.
— Тру, — умоляла она, — О, чёрт. Боже. Я сейчас…
Он прекрасно понимал, что она чувствует и что имеет в виду. Он хотел взорваться, наполнить её своим семенем, познать рай. Джини стала для него всем. Его рай на земле заключался в теле маленькой женщины, которую он брал, вколачиваясь в колыбель её бёдер, разделяя с ней всю ту страсть, что у него была.
Она вдохнула и замерла, не дыша, закрыла глаза и запрокинула голову. Он наблюдал, как она кончает, чувствуя её изнутри, потеряв себя в ней, когда его собственное удовольствие взяло верх. Полностью опустошённый он вышел из её тела.
— Будь моей парой, — выдохнул он. — Скажи «да». — Джини не ответила. Потребовалось несколько секунд, чтобы это осознать, и Тру, раздражённо, зарычал. — Джини? Скажи, что будешь моей парой.
— Это не честно, — наконец сказала она, открыла глаза и нахмурилась. — Не спрашивай меня об этом после того, как лишил способности думать.
Глава 14
Тру расхаживал между кухней и проемом в спальню, полностью осознавая, что Джини следит за каждым его движением. Её отказ становиться его парой расстраивал и злил. Он не мог понять причину. Тру остановился, поймав её взгляд.
— Я могу сделать тебя счастливой.
— Знаю, что можешь. Я больше беспокоюсь об обратном.
Её ответ ошарашил его.
— Ты уже делаешь меня счастливым.
Она спрятала своё тело, прикрыв футболкой грудь и бёдра.
— Долгосрочные отношения это гораздо больше, чем просто удовольствие, Тру. Мы сейчас не можем брать на себя такие обязательства.
Квери предупреждал, что ей понадобится больше времени, и что люди слишком много думают, вместо того чтобы довериться инстинктам. Он-то уверен, что хочет Джини в пару, а она, очевидно, сомневается. Нужно проявить терпение, но его не хватало, когда дело касалось её. Он снова начал ходить туда-сюда. Это успокаивало.
— Ковёр протопчешь, — предупредила она.
Он не знал, было ли такое возможно, да его это и не заботило.
— Ты расстроен. Поговори со мной. Пожалуйста?
Он остановился.
— Ты понимаешь, что человек, который читал твоё письмо или получил сообщение, может оказаться совсем не тем, кто притворялся сотрудником ОНВ? Тим и его команда не упустят такую возможность. Он хочет отправить тебя в тюрьму за то, чего, я знаю, ты не совершала. Ты там не выживешь, Джини. Это ужасное место. У нас был замечательный секс, и тебе нужно только подписать бумаги о том, что ты моя пара. Это официально сделает тебя Новым Видом, даст те же права и защиту, что и мне.