ТТТ
Шрифт:
В темноте вспыхнули мощные фонари, и все увидели сурового, без обычной своей улыбки Ахмеда с автоматом в правой руке, а левой рукой он демонстративно поигрывал ручной гранатой. За ним в проходе виднелись внушительные фигуры двух его спутников, тоже вооружённых до зубов и выше. Один из его молодчиков, довольно осклабившись, неожиданно дал короткую очередь из автомата в окно пещеры. Воины Унушу от неожиданности попадали на пол, остальные застыли от безнадёжности ситуации.
– Вот именно. На этот раз мы не дадим себя одурачить, – заявил довольный произведённым эффектом Ахмед. – Отойдите от этой золотой безделушки. Дэн, прикажи своей помощнице доставить
Разом помрачневший и осунувшийся Дэн молча кивнул, что-то буркнул Кляксе на своём языке.
Ахмед улыбнулся:
– Вот так-то лучше. А теперь, Дэн, скомандуй своей помощнице, чтобы она вывела нас отсюда в город вместе с этой золотой леди.
Дэн опять что-то шепнул Кляксе. «Марин Голд» покачнулась, медленно приподнялась над полом и плавно двинулась к выходу из зала. Но едва она приблизилась к стене, как в известняковой толще возникло увеличивающееся фиолетовое пятно, в котором вскоре заклубился уже всем знакомый сиреневый туман. Золотая статуя вошла в него и исчезла. За ней в сиреневый туман торопливо кинулся и исчез Ахмед, затем Дэн и их оба спутника. Все остальные в пещере стояли застывшие, словно окаменевшие. Первым опомнился Матвеич. Внезапно он сорвался с места и кинулся вслед за исчезающими в тумане времени мафиози.
– Эй, вы куда? Это же наша статуя, верни сейчас же, – закричал он, подбегая к клубящемуся окну в стене. Пытаясь воспрепятствовать их бегству, он схватил последнего бандита за куртку, но тот рванулся и исчез в тумане, втянув за собой и некрупного Матвеича. Вслед за этим сиреневое клубящееся окно времени несколько раз моргнуло и стремительно закрылось, оставив за собой ту же мрачную известняковую скалу.
Всё произошло столь стремительно, что никто в пещере не успел даже пошевелиться. Лишь Паша попытался остановить Матвеича, но безуспешно. Он оглянулся на Марину.
– Вот, негодяи, опять отобрали у нас нашу золотую статую. Матвеич с ними исчез. Да что же это происходит? Все куда-то исчезают, а отвечать нам с тобой придётся.
– Да, Паша, жаль, что они удрали. Но мы никак не могли помешать им. Даже Клякса не решилась на это, хотя не любит их. Очевидно, она специально была оставлена Эборгом Дэну в помощь, и не может его ослушаться. А что мы могли противопоставить этим вооружённым автоматами и гранатами головорезам. У нас всего-то десяток средневековых арбалетов. Это же нереально. Не расстраивайся, Паша. Может, всё ещё как-то образуется. Хуже другое. Вот как бы они с Матвеичем не расправились. Свидетель им совсем не нужен. И другое. Они все уже, наверное, у себя дома в Находке, а мы всё ещё здесь.
– Марина, ты как всегда права. «Марин Голд» мы опять потеряли, хоть и не по нашей вине. Теперь нам нужно хотя бы вернуться домой целыми и невредимыми. Сашку надо отыскать. Но где и как его искать? Окно в наше время уже закрылось. А вдруг навсегда? Странно как-то, кто же его открывает? То ли это Клякса способна на фокусы со временем, то ли оно случайно так удачно или неудачно для нас открывается и закрывается. Если это Кляксочка, тогда почему для нас она ещё раз не откроет такое окно?
Паша задумчиво покачал головой и огляделся. В сумраке пещеры коптящими факелами выхватывались серьезные настороженные лица воинов Унушу, а сам он, сильно заскучавший после исчезновения друга Матвеича, сидел перед ребятами и внимательно смотрел им в глаза, словно спрашивая:
– Что вы решите делать сейчас?
А Паша как раз сейчас и не знал, что им теперь делать. В это время его взгляд привлекло
– Марина! – голос Пашки аж звенел от удивления. – Ты посмотри, какой сюрприз нам приготовила наша миленькая Кляксочка. Она разоружила наших обидчиков до нуля. Да тут нам арсенал остался на целый стрелковый взвод. Похоже, что они ушли отсюда только с зубочистками.
Марина подскочила к нему. Под стенкой пещеры аккуратной грудкой было сложено оружие. Марина впервые видела перед собой эти настоящие смертоносные изделия двадцатого века. А Паша восхищённо перебирал лежащее под стеной вооружение – автоматы, пистолеты, гранаты, снаряженные магазины, и даже острющие бандитские ножи.
– Смотри, Марина, это знаменитый «Калашников», а это «Узи», такой маленький портативный автомат израильского производства. Его особенно любят диверсанты и бандиты. Чёрный пистолет – знаменитый «ТТ», оружие Великой Отечественной войны. А этот, рыженький – пистолет Макарова. Он создан уже после войны и сейчас является основным личным офицерским оружием. Ты смотри! – голос его даже пресёкся от восторга. – А магазинов заряженных сколько! Тут даже гранаты есть. Это они, ручные гранаты, «лимонки» по-военному. Их надо убрать подальше. А то эти мальчики, – он кивнул на невозмутимых бойцов Унушу, – по неопытности чеку выдернут. И удивиться не успеют оружию будущего.
К ребятам подошёл Унушу. Он заинтересовался их оживлённым разговором и, указав на груду оружия, что-то спросил по-своему. Паша понял вопрос удивлённого старца.
– Это оружие, Унушу. Оборона, понимаешь, пиф-паф и всё спокойно.
Унушу непонимающе покачал головой.
– Пиф-паф, – повторил он и снова покачал головой.
– Не понимаешь. Сейчас покажу в действии.
Паша взял автомат в руки по-боевому, снял его с предохранителя, и, прицелившись в тёмную глубину пещерного хода, нажал на курок. Короткая автоматная очередь оглушительно взорвала пещерную тишину. От неожиданности воины Унушу снова упали на колени, но Унушу устоял, только побелел лицом, ставшим заметным даже в пещерном мраке. Марина тоже вздрогнула от неожиданности. Только Паша нарочито спокойно и даже небрежно, по-мальчишески улыбнулся:
– Вот видишь, теперь нам не страшен даже сам Чингисхан. Пусть только сунется. Его довольная улыбка сменилась недоумением. В пещере, куда ушли пробные Пашины выстрелы, послышался какой-то шум, даже вроде чей-то топот. Паша включил фонарь и посветил в тёмный проход. Весь пещерный ход был забит монголами. Но все они стояли на коленях. Луки и копья лежали рядом.
– Вот это да, – протянул Паша. – Ещё чуть-чуть, и мы все стали бы ёжиками во мраке, но мёртвыми. Спасибо тебе, милая Кляксочка. Во время же я занялся показательной стрельбой.
Он подозвал к себе Унушу. Самыми простыми словами и жестами он попросил вождя выйти к монголам и на их языке попросить их удалиться, иначе он со своим оружием их уничтожит. Понятливый Унушу вышел в проход. Он держал очень длинную для себя речь, не менее пяти минут. Но после его выступления монголы дружно поднялись с колен, взяли свои луки и двинулись туда, откуда пришли. Тут стремительная стрела, выпущенная чьей-то коварной рукой из толпы, просвистела в темноте и ударилась в стену рядом с Пашей.