ТТТ
Шрифт:
Ефимка обескуражено помахал ему вслед рукой, и они пошли в разные стороны, каждый торопясь осуществить свои планы. Скоро перед Ефимкой забрезжил дневной свет. Они вышли из пещеры после полудня. Яркое жаркое солнце уже перевалило через зеркало залива Находка и начало свой ежедневный путь к закату, осыпая своими жгучими лучами горы, лениво текущую к морю реку, жёлтые, совсем чистые, средневековые речные пляжи.
Приятно было после пещерного прохладного мрака окунуться в летний расслабляющий зной, разогреть озябшие под землёй косточки, вдохнуть тёплый живительный воздух, настоянный на свежести чистой реки, на аромате таёжного бора, на солёных
Отряд отошёл вверх по реке несколько километров и остановился на лужайке, на берегу реки, у крутого склона сопки, очень похожей на Сестру. Ефимка вспомнил, что Марина с Пашей называли эту горушку, круто стоящую посреди речной долины, ласковым именем Брат. На ласковом тёплом солнышке раненый Алквилл начал приходить в себя, открыл глаза, осмотрелся вокруг. Вспомнив про свой воинственный крест, стал осенять им и своих носильщиков, и Ефимку, шагающего рядом, и всё вокруг, видимо радуясь приближающемуся выздоровлению. Но, вскоре утомившись, он снова притих и заснул спокойным сном. Его положили в тенёчке под раскидистой вербой.
Бучу и Тучу отправились на охоту в ближайший лесок, а Ефимка раздул огонь из остатков ещё дымящегося факела, достал из своего бездонного мешка банку консервов, и недоумевающе стал вертеть её в руках. Он понял, что в этой блестящей твёрдой и звонкой штуке есть что-то съедобное. Но как до него добраться, ему не объяснил спешащий Дэн. Но Дэн сказал, что её надо подогреть в костре. Поэтому Ефимка, поцарапав банку ногтями, постучав ею о камень, с досадой бросил её в костёр и принялся за свои докторские обязанности.
Он тщательно, как учила его прекрасная подруга Марина, промыл и перевязал Алу рану, дал съесть ему белые и жёлтые камешки-таблетки, от горечи которых бедного больного скривило так, как не страдал он от самой раны. Только несколько ягод с ближайшего малинного куста сняли с лица больного мучительную гримасу горечи. В это время к очагу вернулись счастливые и усталые Бучу и Тучу, успевшие подстрелить из арбалета на знакомом болотном солонце крупного беспечного козла. Они ловко разделали его своими железными ножами, проворно посадили тушку на вертел, и через несколько минут аромат жареного мяса разнёсся по тайге, заставляя ноздри людей голодно раздуваться, а зверей и птиц – сторониться этих мест.
Уже вечерело. От реки повеяло прохладой, с моря подул свежий ветерок, принёсший стену белого плотного тумана. Усталый отряд собрался у очага, где источала вкуснейший аромат остывающая тушка. Как старший в отряде, Ефимка достал большой железный нож с рукояткой из рога изюбра, подаренный ему на память Унушу, отрезал большущий кусок от ароматной туши и подал больному Алу, благодарно принявшему дар и впившийся в него жадными жёлтыми зубами. Такими же сочными кусками он оделил и охотников, главных виновников этой трапезы. Наконец и сам он отхватил от туши кусок нежнейшей шейки, но ухватить её зубами не успел.
Оглушительный взрыв раздался в костре рядом с ними. Тихо догорающий костёр вдруг с оглушительным грохотом взметнулся в небо, насмерть перепугав мирных сидельцев. Что-то очень горячее, но очень вкусное, обдало ужинающих у костра. Ал тотчас выпал в долгий обморок прямо с куском мяса во рту. Бучу и Тучу упали в траву и долго лежали так, боясь пошевелиться, одним глазом
По-прежнему спокойно текла мимо к морю река, чуть пошумливал ветерок в кустах тальника на косе, мягко плеснула рыба в тёмном омуте. Ничего угрожающего вокруг не наблюдалось. Только на лице что-то несильно продолжало припекать. Он тронул языком это нечто. Показалось, что это очень вкусно. Он снял с лица остатки тушёнки из взорвавшейся банки и слизнул её. Затем заметил в костре вздувшуюся, почти круглую банку с рваной дырой сверху. Ножом он расширил дыру в банке, доел остатки тушёнки, покрутил банку в руках, но выбрасывать её не стал, а положил опять за пазуху. Всё пригодится в дальнем походе, особенно такая ценная посуда. Заметив деловитость Ефимки, ожили и его спутники.
Отойдя от испуга, сытно поужинав, и не заметив ничего угрожающего, они устроились на ночлег. Ефимка расположился под кустом густой вербы на берегу реки. Недалеко от него, на травке, отдыхал от ужина оживающий на глазах Алквилл. А Бучу и Тучу устроились, как было принято у них в племени, на нижних, крепких ветвях старого дуба, соорудив себе гнездо на манер гнезда орлана.
Ночь прошла спокойно, если не считать шороха мелкого лесного народа – мышат, бурундуков, белок, суетливо подбирающих возле тлеющего костра остатки былого ужина. Крупные хищники остерегались запаха дыма и близко не подходили.
Ранним утром они доели то, что ещё осталось от вчерашнего охотничьего трофея, и двинулись дальше в путь. По известному Бучу и Тучу броду они перешли реку наискось по перекату. Очень всех обрадовал выздоравливающий Ал, который уже сам осторожно пустился в путь, и только через реку его перенесли воины на носилках. Едва они перешли реку, как вдруг путь им преградили рослые незнакомые воины, внезапно вынырнувшие из кустов тальника, густо поросшего на другом берегу. Одеты они были подобно воинам Унушу. Бучу и Тучу узнали в них воинов соседнего племени Отважного Тигра, потому что на их груди были нашиты кусочки от шкуры хозяина тайги. Они радостно встретили своих соседей, долго хлопали друг-друга по плечам, о чём-то бурно беседовали, помогая себе отчаянной мимикой и жестикуляцией. Потом Бучу и Тучу указали своим новым друзьям на своих попутчиков, похлопали Ефимку и Ала по плечам, и были таковы, перейдя тотчас по перекату обратно через реку.
Ефимка понял, что их передали дальше другому племени для следования через их территорию. Отряд с новыми проводниками вновь двинулся в путь тайными тропами, и вскоре, за большим перевалом их опять передали воинам следующего племени Великого Изюбра. Тем временем, благодаря неустанным хлопотам Ефимки, лекарствам от Марины и сытному питанию жареным мясом, коего в достатке было в их скитаниях, Алквилл совсем поправился, ему идти стало легче, и отряд начал двигаться гораздо быстрее. Так они, в течении одной луны, пересекли всю территорию страны чжурчженей, побывали даже в их столице, где приобрели себе за один зелёный камешек от Матвеича новую одежду и обувь взамен истрепавшейся, обзавелись припасами на предстоящий путь по землям диких манчжур.