Туман
Шрифт:
В его словах есть зерно истины, но мне кажется, что не это является главной причиной нашей поездки именно в мой город. Сегодня Келлер ещё более задумчивый, чем был на предыдущих заданиях.
Уже на протяжении нескольких часов едем в практически полной тишине. В нашей машине расположились Хосе, Кит, Синтия и я.
– Как вы думаете, откуда взялся туман? – спрашивает Кит.
Мы с Синтией переглядываемся. Парень обычно молчалив и слышать от него инициативу к разговору поистине удивительно.
– Не знаю, – говорит Синтия. – Да и скорее всего мы никогда об этом не узнаем.
Хосе
Кит крутит в руках нож.
– Это понятно, но всё же интересно. Я много думал о тумане, и самый популярный вариант из имеющихся – военные или ученые что-то намудрили, а потом это что-то вышло из-под контроля.
Не один Кит так считает. Я уже сбилась со счёта сколько раз слышала эту версию в столовой, в нашей комнате и даже в секторе, где живёт мама.
– А другие версии? – спрашиваю я.
– Есть и другие, – говорит самый младший из нашего отряда. – Может, это как-то связано с таянием ледников, ведь есть вероятность, что там было заморожено нечто ужасное и, попав в атмосферу, оно превратилось в туман, который ядовит и как-то разрушает наш мозг и тело. Ну, или на худой конец – инопланетяне…
Парень замечает, что глаза Синтии искрятся смехом, она явно улыбается, но из-за респиратора этого не видно, Кит не оскорбляется, хмыкает в ответ.
– А что? После того что видели мы, я поверю во что угодно.
Тут я с ним согласна. Никто из нас даже не подозревал, что мир изменится, а он сделал это так стремительно, что никто не оказался к этому готовым. Даже правительство, военные и ученые.
– Жаль, что нам об этом не узнать, – говорит Кит и тяжко вздыхает.
– Не уверена, что хочу знать причину появления тумана, – честно признаюсь я. – Я бы лучше узнала, что случится с нами, допустим, через год или два.
Хосе выкручивает руль и тихо говорит:
– Если мы доживем до этого времени.
Хосе довольно загадочный персонаж, и явно не самый веселый из нашей команды. Порой пара фраз из его уст отрубает любое желание продолжать разговор. Вот и сейчас мы все замолкаем и продолжаем движение. Через пару часов Хосе разрешает нам подремать, дорога предстоит долгая, а мы не проехали и половины пути.
Ночь проходит без происшествий, единственное, что я слышала, когда стояла в карауле, так это завывание ветра и шелест гнущихся деревьев. Мы остановились буквально на полтора часа, чтобы водители могли отдохнуть, а мы все перекусить, размять ноги и сходить в туалет.
На утро мы снова продолжаем движение, разговаривать никого не тянет, ведь чем ближе город, тем плачевней становятся воспоминания о нём. Некоторые из нашей команды попали на базу именно из Дрим Сити. Я сама пару раз ловлю хандру за хвост и тяну к себе. Я никогда не любила этот город, но тут я провела часть своей жизни. Работала в баре, научилась бить тату и поняла, что это самое счастливое время, что я провела
Между Хосе и Синтией до сих пор чувствуется напряжение, не думаю, что девушка закатила парню скандал только из-за того, что покой в нашей группе будет нарушен, если он станет встречаться с Оливией, думаю, Синтия сама была бы не прочь, оказаться на месте роковой брюнетки. И да, Хосе и Оливия всё же начали крутить роман, уже две недели как он уходит ночами, и только через пару часов возвращается в комнату.
В мой родной город мы заезжаем в районе восьми утра. Солнце спряталось за плотным непроглядным слоем, ветер с натугой пытается разогнать надоедливый туман, но его ничто не в силах спугнуть, он полупрозрачной вуалью навсегда поселился на нашем загубленном шарике.
Не проезжаем и пяти километров с последнего поворота, как нам приходится покинуть салоны машин. Спрыгиваю с высокой ступеньки, удобнее перекидываю рюкзак с провизией, затягиваю и без того тугой хвост, достаю пистолет и направляюсь следом за всеми.
Мой город.
Я знаю, что немного правее мы оставили дорогой поселок, где мистер Минч должен был спасти нашу семью, но в итоге поймал в ловушку. Сейчас мы будем проходить довольно бедный район Дрим Сити, но он будет не столь обширным, как тот, в котором жила я. Все более или менее нормальные сооружения в виде больниц, полицейских участков и торговых центров будут находиться ближе к центру.
Где-то вдалеке воет собака. Это единственное, что я могу услышать за промозглым ветром. Пятиэтажные дома, где жил не самый состоятельный слой населения, выглядят практически так же, как и раньше. Всё те же выбитые окна, кругом мусор, почти все контейнеры перевернуты, а старые листовки и газеты, подгоняемые ветром, шагают по улицам.
Так вот о чём была речь… Челюсть отпала бы, если б её не удерживал респиратор. Прямо на окраине, практически впритык к первым домам стоит недостроенная стена из бетонных блоков, не вижу, как далеко она простирается. Вот так хотели военные запечатать тех, кто остался внутри. Но, как ранее сказал Келлер, они не успели. Рядом с самым краем бетонной стены лежит перевернутая военная машина, и если приглядеться, то можно разглядеть там мужчину в чёрном. Точнее, его тело, наполовину свисающее из окна.
Сжимаю в руках пистолет, это вроде как и придаёт сил, но мне ещё не приходилось им пользоваться. Первый я потеряла, а второй так и остался девственным. Я не стреляла из него. Не было надобности, я всегда оказываюсь в центре нашей группы, и весь удар на себя принимают те, кто находится вокруг меня, Аниты и Синтии.
В ухе раздаётся уже привычный холодок Келлера:
– Стоять.
Замираю на месте и поворачиваюсь спиной к остальным. Именно так мы всегда и делаем, когда неясно откуда появится враг. После моей первой вылазки нам попадались только одиночки, казалось, что большие толпы зараженных вымерли, но это неправда. Ведь сейчас я слышу звуки. И их много. Словно лавина зараженных расталкивает мусорные баки, машины и даже дома. Они бегут на нас. Из-за проклятого тумана я не вижу сколько их и в каком они состоянии.