Ты моя одержимость

Ангелос Валерия

– Узнала, - заключает Тимур.

– Нет, - отрицательно качаю головой.
– Я никогда раньше его не видела и не хотела бы видеть. Какой-то мерзкий тип. Отталкивающий.

Затылок начинает ломить. Странное дежавю накрывает в момент. Вероятно, я слишком долго вглядываюсь в отвратительную рожу этого Шараева.

Он и правда начинает казаться знакомым. Но черт, я же его не встречала.

– А его не было вместе с Артистом?
– спрашиваю и перевожу взгляд на Тимура.
– Ну в тот раз, когда бандиты ворвались в мою квартиру и пытались

выяснить информацию насчет исчезнувших денег.

– Он недавно приехал в страну, - следует ровный ответ.

– Я уверена, что не встречала его, - отодвигаю снимки подальше, ловлю себя на том, что даже прикасаться к фотографиям этого человека мне очень неприятно.

– Шараев богат и влиятелен, - продолжает Тимур.
– Он согласен выложить любое бабло, только бы я отдал ему Генерала.

– Этот?
– поражаюсь.
– Богат?

– А что тебя удивляет?
– щурится.

– Ты сам знаешь, - пожимаю плечами.
– Достаточно беглого взгляда, чтобы понять очевидное. Такие типы могут быть только шестерками.

– Может, ему повезло, - комкает снимки и отправляет в мусорную корзину, возвращается на свое место.
– Может, он выиграл в лотерею или получил наследство.

– Он выполняет чужой заказ, - говорю твердо.
– Не делай вид, будто не понимаешь этого. Ты и без моей оценки все прекрасно знаешь. Этот тип прикрывает кого-то действительно важного и влиятельного.

– Ну и наплевать, - его ухмылка смахивает на оскал.
– Почему бы не отдать Генерала? Гад не раскалывается, ничего серьезного не выкладывает. А так - я хоть бабло за него получу. Разве плохо?

– Хорошо, - сглатываю и прибавляю на автомате, ни единого мгновения не думаю: - Но тогда ты навсегда потеряешь меня.

– А сейчас ты есть?
– бросает хлестко, буравит горящими черными глазами.

– Я не знаю, - едва двигаю губами.

– Стоит подумать и решить быстрее, - хрипло произносит он, не разрывает зрительный контакт, до самого сердца пробирается.
– В это воскресенье состоится свадьба, где ты скажешь мне «да».

Глава 16

Почему этот урод еще дышит?

Я смотрю на Шараева и других вопросов не возникает. Вот единственный. Самый логичный. Какого хрена эта мразь до сих пор топчет землю? Давно пора очистить реальность от дерьма. Начинать принято с малого. Так чем не вариант?

Я не слушаю, что он говорит. Нет смысла. Я и без того могу легко предугадать каждую фразу. Скучно до зубного скрежета. Ублюдок не выдаст ничего нового.

Интересно, Шараев вообще выкупает, куда влез?

Моя территория. Мои правила.

Я вспоминаю, как девчонка смотрела на его фотографию. Долго. Пристально. С явной долей омерзения. А хуже всего - она как будто узнавала подонка. Хмурилась, щурила глаза, точно прокручивала в памяти кадры прошлого. Но потом мотнула головой и заявила, что впервые видит упыря.

Я пробил его. Гораздо раньше, чем получил предложение о выкупе Генерала.

Я пробил всех подозрительных типов в округе, когда впервые услышал от нее про изнасилование. Приказал составить списки отморозков, сопоставить, кто из них оказывался в ее родном городе, хоть проездом засветился в те гребаные даты. Шараева включили в разработку, однако быстро вычеркнули. Он не подходил под заявленные параметры. Бешеный зверь. Психопат. Но у него есть четкое алиби. Урод торчал в плену, попался на крючок врагу и едва сумел спасти свою шкуру. Времени на разъезды у него точно не было. Легенду такого плана не подделать. Слишком много свидетелей и доказательств.

Шараева проверяли еще два раза. Первый - после переезда в столицу, как и каждого новичка, который сюда совался. Второй - вчера, с особым пристрастием, ведь я хотел понять, что это за тварь такая. Смелая мразь. Отчаянная. Лезет в глаза, старается мое внимание переключить на себя. Торгуется за Генерала.

Мелкая сошка. Блять. Да откуда он взялся? Хвалится деньгами. Зубоскалит. Кажется, и правда верит, будто у нас завяжутся общие темы, будто я приму его дерьмовое бабло. Торчок. Перед встречей дозу принял. Иначе бы такой бред не гнал, чудес не ждал.

– А потом общее дело замутим, - входит в раж Шараев.
– Ты даже прикинуть не можешь, сколько у меня золота. Добыча на миллионы идет. Я получил в наследство землю, решил проверить старые рудники. По приколу. Ну вдруг чего выжать удастся. Пригнал всяких важных хмырей. Ну типа эксперты. Копнули - и столько всего нашли, что теперь я давно ни черта не делаю, только доходы считаю. Знаешь, чего говорят? Бабло к баблу липнет. Я много оттуда вытянул. А будет больше. Будет настолько больше, что я слитками стану подтираться.

– Кто тебя нанял?

– Что?
– глаза пучит.
– Ты сейчас о чем, брат?

Я сдавливаю сигарету в кулаке, не докурив. Растираю в порошок. Разжимаю пальцы. Наблюдаю. Пепел к пеплу, прах к праху.

– Я сам себе хозяин, - ржет Шараев.
– Забыл, когда на леваков спину гнул. Нет, ну больше не прокатит. Не вижу резона прислуживать. Да теперь мне все зад вылизывают, подачки вымаливают.

Я выхватываю пистолет и стреляю, прежде чем урод успевает моргнуть. Мои люди перерезают глотки его охранникам. Хозяину ресторана придется постараться, чтобы отмыть кровь, но я плачу достаточно, покрываю урон.

– Нет... ты... ты что?
– стонет Шараев.

Он валится со стула на пол. Суетливо отползает назад. Обхватывает простреленное колено. Завывает. Отчаянно дергается. Смахивает на насекомое. На жирного жука.

Урод затравленно оглядывается по сторонам. Вертит башкой, разглядывая моих ребят, которые больше не косят под рядовых официантов, обтирают ножи.

– Нет, нет, Татарин, - скулит.
– Ты чего? Ну чего ты?

– Твои рудники - прикрытие для отмыва чужого бабла. Нет у тебя никакой империи. Нет бабла. Все липа. Как и ты сам. Только японская прослушка настоящая. Круто.