Ты скоро умрешь

Мрачное кладбище с пожелтевшими от времени оградками нагоняло тоску. Желтые хризантемы. Всхлипы малознакомых мне людей. Я не чувствовала утраты, когда на лаковую крышку деревянного гроба упала первая горсть влажной земли. С прабабкой мы практически не общались, она переехала к нам всего неделю назад, видно, заранее почувствовав скорую смерть. Старушка даже вещи не успела разобрать, запечатанные коробки так и остались стоять в моей комнате. Я поежилась, вспомнив первое появление родственницы на пороге нашего дома и ее полные ужаса глаза. Как говорили многие, прабабка

на старости лет лишилась рассудка, кричала всякий несвязанный бред про детей дьявола и даже несколько раз пыталась убить себя. Только моя сердобольная мать из всех возможных родственников согласилась приютить старушку, так что я в полной мере оценила и нечеловеческий вой по ночам, и странное поведение женщины. Сперва она стащила из отцовского гаража белую краску и замалевала окна в выделенной ей комнате, потом содрала обои, а в конце и вовсе начала ломать себе пальцы. Хотя что взять с сумасшедшей…

Домой я вернулась с одним желанием – забыть последнюю неделю, как страшный сон. Мама, пребывая в крайне скверном настроении, трогать меня не стала и заперлась в ванной. Слушать всхлипы близкого человека не особо хотелось, поэтому я вернулась в свою комнату и запустила ноутбук. По другую сторону экрана меня уже ждали.

– Ну, тебя можно поздравить? – раздался усмехающийся голос лучшей подруги. – Каторга закончилась?

– Ага, – я скривилась, вспомнив последнюю ночь, когда прабабка чуть не задушила меня во сне. – Но кошмары теперь стопроцентно обеспечены.

– Не забивай голову ерундой! – Тася единственная, кто знала обо мне все. – Лучше скажи, ты уже нашла деньги?

– Нет еще, – мгновенно скисла я. – Отец с новой женой уехали отдыхать, и трубку он не берет, а мама сейчас не в том настроении, чтобы выделить мне карманные деньги.

– Нат, ты же говорила, что все под контролем?! Концерт уже через два дня! Мы мечтали об этом с детства! – все сильнее распылялась подруга.

– Что-нибудь придумаю, – заверила девушку я, прикидывая возможные варианты. – Вот, может, у покойницы остались какие-нибудь ценные вещи.

– Не самая удачная идея, – поежилась Тася, покрутив пальцем у виска.

– Да брось, – скептично отмахнулась я. – Старухе на том свете они уже не нужны.

– Ладно, делай, как знаешь, – сдалась она, понимая, что со мной спорить бесполезно. – Может, ты и права.

– То-то же, – победно улыбнулась я, повернув монитор в сторону коробок. – Давай посмотрим, что прабабка оставила нам в наследство.

Взяв канцелярский нож, я принялась распаковывать коробки одну за другой. Когда вокруг меня образовалась целая гора ветхого барахла, надежды стали потихоньку угасать. Но вдруг на глаза попалась маленькая металлическая шкатулка.

– Бинго! – радостно воскликнула я. – Смотри, золотая цепочка с подвеской в виде львиной головы, сережки с изумрудными камнями, выглядят дорого. Как считаешь, этого хватит?

– Сложно сказать, – неуверенно пожала плечами Тася. – Отнесешь в ломбард?

– Да, другого выхода у меня нет.

– Наташ, а за твоей спиной что лежит? – девушка кивнула в сторону двери.

Я

обернулась.

– Платок прабабкин, – разочаровано выдала я. – За него мы точно ничего не выручим.

– Да нет же, в него что-то завернуто!

Я проверила и тут же удивленно присвистнула. Находка оказалась интересной – старый дневник в кожаном переплете, да еще и с небольшим замком.

– Ого, а ключ есть? – с любопытством уточнила подруга. – Вдруг бабка указала, где клад зарыла.

– Ищу, – буркнула я, выворачивая карманы.

Кукольный ключ нашелся через несколько минут и идеально подошел к замку. На выцветших страницах ровном почерком была рассказана очень странная история. Пробежавшись глазами по первым строчкам, я с тревогой взглянула на подругу.

– Ну, что там? – поторопила меня Тася, заерзав на стуле.

– Если не ошибаюсь, она последние несколько недель описывала, как сходила с ума. Причем поначалу текст читается вполне сносно, но с каждой страницей подчерк меняется. Будто прабабка дописывала уже перед смертью.

– О, я люблю страшилки. Читай вслух, – завороженно вздохнула Тася.

– Все началось в обычный пасмурный день. Мне едва хватало денег, чтобы хоть как-то сводить концы с концами. Я не гнушалась любой работы – мыла полы в электричках, собирала пустые бутылки, сдавала макулатуру. Выживала, как могла. Но в тот день дела мои обстояли совсем скверно, не было даже куска хлеба на ужин. Проходя мимо заброшенного дома, я подумала, что внутри могли остаться если не ценные вещи, то хотя бы какая-нибудь полезная мелочевка для продажи. К моему удивлению, дверь оказалась незапертой. В комнатах было пыльно и мрачно, как и положено для старого дома. Когда я собиралась уходить, на глаза попалась металлическая табличка, висящая на стене. Она сразу приковала мое внимание. Зачем-то я прочла вслух детское стихотворение, состоящее из нескольких фраз. Казалось бы, что в этом такого? Но с тех пор моя жизнь превратилась в кошмар. Сейчас я точно знаю, что виной всему дурацкое проклятье. У меня нет ни единого шанса спастись. Но хуже всего от мысли, что табличка все еще там. Она притягивает новых жертв. И я ничем не могу помочь.

– Нат, – встревожено позвала меня подруга. – Как думаешь, это правда?

Я еще раз всмотрелась в странный текст и качнула головой.

– Не глупи, – фыркнула я. – Она была просто сумасшедшей.

– Жуть, меня только от одной этой мысли в дрожь бросает. Неужели тебе не страшно?

– С чего вдруг? Я не верю во всю эту чепуху. Хотя прабабка даже указала пересечение двух улиц, где стоит дом.

– Ну, конечно, врунишка! – передразнила меня Тася. – У тебя на лице написано, что ты уписалась бы от страха на ее месте.

– А вот и нет! – начала спорить я.

– А вот и да!

– А вот и нет!

– Докажи! – девушка сложила на груди руки, всем видом показывая, что не отстанет.

– Хочешь, чтобы я проникла в заброшенный дом? – недоверчиво спросила я.

– Можешь, отказаться, если боишься, – девушка предвкушено замерла в ожидании моего поражения.

Конец ознакомительного фрагмента.