Ты только моя
Шрифт:
Елена сглотнула. Он, конечно, прав: глупо отказываться от медицинской помощи. Она кивнула. Халиль встал со стула, подошел к выходу из шатра и что-то сказал охраннику на улице.
Елена осталась на месте, прислушиваясь к учащенному биению сердца. Через несколько минут Халиль вернулся к столу с куском ткани, миской воды и тюбиком мази в руках.
К неподдельному изумлению Елены, Халиль опустился перед ней на колени. Она вжалась в спинку стула.
– Я могу сама.
– Но тогда вы откажете мне в удовольствии.
Учащенно дыша, она замерла, а он откинул подол
– Кроме того, вы можете пропустить песчинки, а мне совсем не хочется, чтобы меня потом обвинили в плохом обращении с вами.
Елена не ответила: она не могла говорить. Только дышать. Всем своим существом она была сконцентрирована на нежном прикосновении этого мужчины, на том, как его пальцы скользят по ее колену – это и близко не было чувственным прикосновением, и все же…
Она осторожно выдохнула и уставилась на его макушку, его иссиня-черные, коротко подстриженные волосы. «Интересно, мягкие они на ощупь или жесткие», – подумала она и тут же себя отругала. Какого черта она думает о его волосах, о прикосновении его рук к своей коже? Этот человек – враг. И последнее, что ей следует делать, – отдаваться ощущениям, даже чему-то такому неподотчетному, как физическое желание.
Он нажал чуть сильнее, и внутри ее с новой силой вспыхнул огонь желания.
– Думаю, достаточно, – сдержанно сказала она и попыталась высвободить ногу.
Он указал на тюбик:
– Антисептическая мазь. Очень важно.
Стиснув зубы, она замерла на месте, а он выдавил небольшое количество мази на ладонь и нанес на порез. Немного защипало, но куда болезненнее было притяжение, которое она ощутила от прикосновения его рук к своей чувствительной коже.
Таких ощущений Елена еще не испытывала, но это просто говорит о том, что она не очень опытна в отношениях. В любом случае ничего с этим не поделаешь, так что лучше просто не придавать значения. Не обращать внимания на мурашки на коже и бабочек в животе. Это все как-то неуместно. Она никогда не поддастся его влиянию и не позволит затуманить свой разум.
Сейчас ее единственная цель, единственное желание – сбежать от этого мужчины и предотвратить его намерение отменить ее свадьбу.
Глава 2
Халиль почувствовал, как напряглось тело Елены под его прикосновениями. Интересно, почему он решил сам обработать порез? Ответ очевиден: потому что он хотел дотронуться до нее. Потому что желание на мгновение заглушило голос рассудка.
Ее кожа была гладкой, как шелк. Когда он последний раз прикасался к женскому телу? Семь лет во Французском Иностранном легионе научили его воздержанию.
К тому же королева Елена, невеста Азиза, – последняя, кого стоит воображать в качестве любовницы. Зачем усложнять и без того непростой дипломатический маневр?
Похищение главы государства было просчитанным и необходимым риском. Единственный способ заставить Азиза созвать референдум – сделать так, чтобы он утратил право на трон.
Завещание отца еще раз показало, каким жестоким диктатором он был. Неужели он хотел наказать обоих сыновей? Или в последние дни жизни он и впрямь жалел о том, как обошелся со своим первенцем? Этого уже никогда не узнать. Но он, Халиль, извлечет выгоду из этих странных условий, которые словно подталкивали его к захвату власти.
– Ну вот, готово. – Халиль разгладил юбку на ее коленях. – Вижу, вы порвали одежду. Мои извинения. Вам предоставят новую.
Она пристально смотрела на него, словно выискивая слабые места. Халиль внимательно посмотрел на нее в ответ. Очень красивая женщина: нежная кожа, серые глаза с золотистыми крапинками, густые темные волосы, хоть и спутанные и присыпанные песком, блестели в свете свечей.
Его взгляд остановился на ее губах – розовых, сочных, совершенных. Зовущих к поцелуям. Желание вспыхнуло с новой силой, требуя удовлетворения. Халиль встал.
– Вы наверняка голодны, ваше высочество. Надо поесть.
– Я не хочу.
– Как вам угодно.
Он сам взял кусок лепешки.
– Интересно, почему вы согласились выйти за Азиза. Не из-за богатства: Талия процветающая страна. Не ради власти: вы и так уже королева. И, как мы уже знаем, не по любви.
– Может, и по любви. – Ее голос был низким, с приятной хрипотцой. Она бесстрашно посмотрела ему в глаза, но Халиль услышал ее прерывистое дыхание и улыбнулся.
– Не думаю, ваше высочество. Мне кажется, вы выходите за него, потому что вам что-то нужно. Но что? Ваши подданные вас любят. В стране царит стабильность. Так что же толкает вас на брак с лицемером, не имеющим законных прав на трон?
– Я думаю, это вы лицемер, Халиль.
– К сожалению, не вы одна так считаете. Но вы скоро поймете, что были не правы.
– Вы и впрямь верите, что имеете право на трон?
– Я не верю, я знаю.
– Но как это возможно? Азиз – единственный сын шейха Хашема.
Хотя Халиль и привык слышать подобное, слова Елены задели его. Он испытал знакомый приступ гнева, который подавил усилием воли, и холодно улыбнулся:
– Похоже, вам стоит освежить свои познания в кадарской истории. У вас будет масса времени на это, пока вы в пустыне.
Впрочем, она, конечно, не найдет ответ ни в одном учебнике. Его отец сделал все, чтобы стереть существование Халиля из истории.
– А если я не желаю оставаться в пустыне?
– Боюсь, у вас нет выбора. Но уверяю, ваше пребывание здесь будет максимально комфортным.
Елена облизнула губы, и этот невинный жест снова вызвал в нем всплеск вожделения, которое он старался подавить. Королева – красивая женщина, а его тело, так долго лишенное чувственных удовольствий, обречено реагировать на близость к ней. Но это не значит, что он собирается потакать своим желаниям. Хотя, возможно, самое привлекательное в Елене не внешность, а сила духа. Даже напуганная, она сохраняет горделивый вид, а ее серые глаза бросают ему вызов. Халиля восхищала ее воля к победе – ему это так знакомо!