Ты, только ты
Шрифт:
— Сегодня вечером. Первая тренировка назначена на среду, то есть на завтра.
— Еще одна победа, и вы выйдете на чемпионат АФК.
— Плохо только, что на пути к нему у нас встали «Дельфины». — Он сунул руки в карманы. — В пять тридцать я должен встретиться с репортерами. Почему бы нам не уехать отсюда и быстренько где-нибудь перекусить?
— Я не знала, что ты заедешь, и пообещала своей сестре пойти с ней за покупками. — Она заметила, что Дэн выглядит раздраженным. — Что-нибудь не так?
— Сестра может подождать.
— Я
— Я бы предпочел поговорить с тобой в более располагающей обстановке. Детская комната не самое лучшее место для задушевных бесед.
По природе своей Шэрон не принадлежала к числу людей, отстаивающих свои права, особенно перед такими волевыми парнями, как он, но тут ей захотелось помериться силами со своей робостью. Пройдя к одному из маленьких столиков, она выдвинула детский стульчик и уселась.
— Все ушли, нас никто не прервет. Давай поговорим сейчас.
Она совсем не предполагала, что он решится опустить свое огромное тело на крошечное сиденье, но он проделал это легко и просто, и она невольно залюбовалась его точными, уверенными движениями. Даже просто глядя на него, она ощущала его полное и абсолютное превосходство над ней. Неужели она когда-нибудь будет чувствовать себя с ним комфортно?
Он взял ее руку в свои.
— Шэрон, ты лучше многих людей, которых я знаю. Сердце ее испуганно заколотилось. Она много недель ждала этого момента, но теперь, когда он наступил, вдруг осознала, что совсем к нему не готова.
— Как только я встретил тебя, я понял, что ты — воплощение всего, что меня восхищает в женщине. У тебя приятный характер и…
Он перечислял ее достоинства, но, вместо того чтобы чувствовать себя польщенной, она механически слушала его и хотела, чтобы он поскорее отпустил ее руку. Все в нем было слишком огромным для нее — его рост, его самоуверенность, его спортивная слава. Он был слишком красив, слишком силен, слишком богат. Почему бы ему не быть обыкновенным, как она сама?
Он погладил ее руку.
— Последнее время я много раздумывал о том, почему бы нам не начать строить совместные планы на жизнь. Подозреваю, что ты знала об этом…
Он собирается сделать предложение, и ей придется принять его, потому что только полная дура может отвергнуть такого мужчину, как он. Жизнь бросает ей золотое кольцо, так почету же она так хочет от него увернуться?
— …Вот почему для меня очень трудно сказать тебе, что я сделал ошибку. — Он внимательно рассматривал ее пальцы.
— Ошибку?
— Я вел тебя к чему-то, что мне казалось правильным, и лишь недавно понял, что это не так.
Она выпрямилась на своем детском стульчике и с трепетом в голосе спросила:
— Не так?
— Шэрон, я сожалею. Я долго размышлял о нас двоих в последние несколько дней…
— Да?
— Это моя вина. Я достаточно опытный человек, и
Она боялась, что испустит последний вздох, и мысленно поторапливала его.
— Такая особенная девушка, как ты, могла бы понять… насколько эти отношения были важны для меня… — И опять его голос угас.
— Дэн, ты бросаешь меня?
В его взгляде промелькнул ужас.
— Господи, нет! Ничего подобного. Мы остаемся друзьями. Это просто…
— Это так. Ты бросаешь меня. Его лицо осунулось.
— Я слишком давил на тебя, Шэрон… и на себя тоже. Я был очарован тобой, детишками и всем таким прочим. Конечно, мне следовало к этому времени четче определиться, чего я хочу от жизни. Мне жаль, что я протащил тебя за собой через этот терновник надежд и разочарований.
— Нет, нет, все нормально, Дэн! Я все понимаю. — Она с трудом подавила нервный смешок. — Я ведь уже некоторое время подозревала, Дэн, что мы не подходим друг другу, но я не знала, как заговорить об этом. Я рада, что ты пришел повидаться со мной, и я высоко ценю твою честность и прямоту. Большинство мужчин в такой ситуации не сделали бы ничего подобного. Они просто перестали бы звонить.
— Я не мог бы поступить так.
— Конечно, ты не мог бы. — Она все-таки не смогла удержаться, и радостная улыбка расплылась по ее лицу. Он повеселел:
— Неужели тебе не хочется заплакать или ударить меня, или сделать еще что-нибудь в этом роде?
Она никогда не могла понять его шуток, но эту поняла.
— Видишь ли, я в некотором роде испытываю огромное облегчение. В последние дни я чувствовала себя близкой к безумию. Ты — воплощение всего, о чем может мечтать женщина, и я знала, что мне следовало бы влюбиться в тебя.
— Но ты этого не сделала. Она покачала головой.
— Шэрон, я не могу поверить, я никак не ожидал, что наша беседа получится такой приятной. Знаешь, вчера один из моих друзей расспрашивал меня о тебе. Поначалу мне показалось, что это простое любопытство, ведь он знал, что это я пригласил тебя на матч. Но потом… потом я понял, что он хотел бы сам расспросить тебя о твоих впечатлениях от игры.
— Единственное, что я хорошо поняла в последнее время, так это то, что я чувствую себя неловко в обществе атлетов.
— Великолепно.
Она не могла понять, почему он улыбается.
Все еще усмехаясь, он поднялся с крохотного стульчика.
— Мой друг не очень-то великий спортсмен. Он иногда играет в баскетбол, но — только между нами — делает это абсолютно бездарно.
— Ну, не знаю… Кто это?
— Это Рон Мак-Дермит, наш главный менеджер.
— Рон?
— Возникнут ли у тебя проблемы, если я дам ему твой номер телефона?
— Проблемы? О нет. Нет, никаких проблем у меня не будет.
Она, должно быть, произнесла это слишком торопливо потому что Дэн вновь начал улыбаться. Наклонившись, ; он поцеловал ее в щеку.