У моря

Тарасова Софа

Сложив вёсла и положив под руку сеть и заряженный гарпун, Фил по обыкновению воткнул одну берушу, и приготовил другую. Посидев ещё несколько минут и собираясь с мыслями, охотник поднялся в покачивающей лодке и огляделся.

Когда он там видел русала? Прошлой ночью? Или это было позапрошлой? Всё, включая время, смешалось в одну большую кашу, и Филу, привыкшему всё делать точно и чётко это совершенно не нравилось. Он сделал глубокий вдох, наполнил себе о самой минимальной сумме, которая выйдет за такой трофей и громко крикнул:

–

Эй, я знаю, что ты где-то здесь! Давай поговорим!

В ответ – лишь лёгкий плеск волн о борт лодки да далёкий крик какой-то ночной птицы. Фил прочистил горло и позвал снова:

– Я пришёл с миром!

Он покосился на сеть и гарпун, размышляя, стоит ли прятать их под сиденье или всё же лучше не оставлять возможность неожиданно напасть. В конце концов столько лет ему это удавалось.

– Не бойся, я не причиню тебе вреда! Честное слово!

– Честное слово охотника? – вдруг зло раздалось позади, и Фил резко обернулся, инстинктивно протягивая руку к гарпуну.

Он успел столкнуться взглядом с холодными голубыми глазами, прежде, чем русал снова ушёл на глубину, оставив после себя лишь лёгкий всплеск сомкнутых у него над головой волн.

Фил завертел головой, выискивая добычу среди водной глади и не решаясь сказать что-либо ещё. Русалки не брезговали и показывать свою страшную русалочью сущность, если особенно злились и в отчаянии боролись за жизнь. Зрелище не из приятных.

– А что не так? – нервничая, поинтересовался мужчина.

– Что не так? – русал снова вынырнул где-то сбоку и даже замер, почти наполовину высунувшись из воды.

Рана на плече была аккуратно чем-то обработана и почти не выделялась, зато по всему телу были едва заметные отметены металлической сетки, напоминающие большие чешуйки.

Его голос был пропитан таким негодованием и искренностью, что Фил на долю секунды совсем растерялся и даже не нашёлся, что ответить, разглядывая русала. Мокрые светлые волосы топорщились во все стороны непослушными прядями и в них запуталось несколько водорослей, а перепонки, которые прикрывали ушные отверстия шевелились, подсказывая настоящие эмоции своего обладателя.

– Уходи отсюда! – русал смело махнул рукой, на которой красовался такой же перламутровый голубой плавник.

Фил ошарашенно покачал головой. Определённо, такого поворота событий он не ожидал! Русал сам говорит с ним и мало того, что говорит, так ещё и говорит смело!

Охотнику показалось даже, что голос существа тоже будто начинает подчинять его своей воли, и он уже было собрался втыкать беруши и начинать свою обычную охоту, но чуть подумав понял, что этот ступор скорее от неожиданности, чем от гипноза.

– Я пришёл познакомиться с тобой, – наконец сказал он и, поборов себя, деланно спокойно сел и даже закинул ногу на ногу.

С

русалками, столь коварными, сколь и непредсказуемыми, всегда надо держать ухо востро, и Фил отдавал себе полный отчёт, что рискует. Ему казалось, что в этот раз, если что-то пойдёт не так, русал вполне сможет его убить, завершив начатое его соплеменницей несколько лет назад.

– Кто сказал тебе, что я этого хочу? – кажется, русал тоже по-настоящему удивился, но нырнул на этот раз не так глубоко.

Фил видел его сильный хвост, руки, прижатые к телу и чуть запрокинутую наверх голову. Уходя под воду, русал не спускал с него глаз, и когда он показался на поверхности, он даже не моргнул.

– Я хочу узнать тебя поближе, – продолжал гнуть свою линию Фил.

– Кто сказал, что я хочу раскрываться?

Сильный взмах хвостом, небольшой столб брызг и снова томительное ожидание, где же он выплывет в следующий раз.

Но русал долго не появлялся, и охотник снова встал, взяв в руки гарпун и вглядываясь в воду. Он думал включить фонарик, но решил подождать ещё немного, и его терпение было вознаграждено.

Светлая макушка показалась почти у самой лодки, но, оценив ситуацию, русал всё же отплыл подальше.

– Ты хочешь убить меня, я же вижу. Ты просто убийца, вот и всё.

Фил выдохнул и прикрыл глазами. Он никогда не считал русалок особо умными существами, потому что взаимодействовал с ним лишь в таких ситуациях, когда даже самый цивилизованный человек начал бы вести себя, как дикарь. Он не верил – или не хотел верить – что русалки не глупее людей, так как являются их ближайшими родственниками.

И вот сейчас, когда русал артачился, не плывя к Филу с распростёртыми объятиями, охотник понемногу начал понимать, что сильно заблуждался насчёт русалок. И всё же, признавать он это совсем не хотел.

Он выдохнул. Прикрыл глаза. И начал:

– Да, я понимаю, что у тебя нет основания мне хоть мало-мальски доверять. Ведь я – тот, кто истребляет таких, как ты. Для твоих родичей, я – враг, как они для меня – добыча. Но ты, – Фил исподлобья глянул на, внимательно слушающего, русала, – ты другой. Ты не похож на тех русалок, которых я ловил раньше. Пусть ты привыкнешь ко мне не сразу, я на это и не рассчитывал, – мужчина остановился, задумавшись. На самом деле, ещё как рассчитывал. – Но я готов дать тебе столько времени, сколько потребуется. Я буду приплывать сюда каждый день, каждую ночь. И когда-нибудь ты поймёшь, что я тебе – друг.

Русал нетерпеливо дёрнул хвостом и снова высунулся по самую грудь. Он будто бы хвалился этим, намерено показывая, что совершенно не боится того, кто мог бы его пристрелить уже много раз за их недолгий диалог, если бы не был так растерян.

– Ты всегда будешь врагом для моих собратьев, охотник. Если бы русалки истребляли людей, хотел бы подружиться с одной из них?

Фил ответил, почти не задумываясь:

<