У моря
Шрифт:
– Ты бы не послушал, – хмыкнул Фил. – Звони давай своим людям. Вы на пикапе, я надеюсь?
– Конечно, – кивнул Макс.
Охотник всегда рекомендовал своим клиентам перевозить русалок в кузове пикапа. В душной тесной кабине машины привыкшие к свободе создания могли не доехать до точки назначения.
Убедившись, что люди Максима прибудут всего через несколько минут, Фил
Притихший Макс же тем временем осторожно подошёл к качающейся сетке, заворожённо глядя на их добычу. Он видел только уже забитых русалок, которых доставляли в мир людей, с зашитыми ртами, обрезанными хвостами и красиво намалёванных. Ему гораздо больше нравилась эта, дикая, и по-своему красивая.
– Не трогай, очнётся ещё. У меня даже скотча нет, пасть ей замотать, – хохотнул Фил, с удовлетворением наблюдая, как испуганно Максим отскочил от сети.
Меньше, чем через пять минут к ним подъезжал чёрный джип-пикап, засуетились люди. Макс тоже оживился, раздавая указания и суясь под руку людям, знающим своё дело. Они тут же закрутили изоленту вокруг головы русалки, связали ей руки, хвост, скинули сеть и загрузили в кузов.
Напоследок Максим подскочил к Филу.
– Спасибо! – с чувством сказал он, беря и пожимая руку охотника. – Как обычно, завтра пришлю тебе чемоданчик со своим человеком!
Фил кивнул ему с лёгкой улыбкой.
– А не знаешь, возможно ли приручить русалку? – нерешительно спросил Макс, косясь на своих людей, силой укладывающих добычу в джип. – Чтобы они по своей воле были в мире людей, чтобы… Ну, ты меня понял?
– Понял, – задумчиво отозвался Филипп.
«Хотел бы я знать ответ на этот вопрос», подумал он.
Максим, не дождавшись ответа, уже убежал. Пикап, взревев двигателем и разбрасывая из-под колёс песок, рванул вперёд и довольно быстро скрылся за горизонтом.
Фил в последний раз осмотрел лодку, сложил цепь, закинул на плечо гарпун и неторопливо побрёл вдоль берега, тихонько насвистывая какой-то мелодию. Он был доволен, как всегда после удачного выхода в море. С каждой пойманной добычей он будто усмирял бушующую стихию, показывая ей, кто тут венец природы.
Мысли о двойной оплате тоже прибавляла бодрости духу, и Фил уже почти забыл о неприятном происшествии сегодняшней охоты. Он пнул в море подвернувшуюся под ноги ракушку и сделал глубокий вдох, улыбаясь.
Он устал и думал лишь о кружке чае,
Со стороны моря раздался сильный всплеск, и Фил остановился, поворачивая голову на источник звука. Разгневанный русал рассекал волны, не спуская с охотника злого взгляда.
– Ещё раз, – Фил шутливо отсалютовал ему.
– Хватит истреблять мой народ! Ты – убийца! Разве ты этого не понимаешь? – русал явно не хотел поддерживать весёлый тон.
Покачав головой, охотник сел прямо на песок, по турецки скрестив ноги и отставляя в сторону гарпун. Его посетила полная уверенность в том, что странное создание его не тронет, а упускать возможность побеседовать с ним Фил точно не собирался.
– Я живу, благодаря этому, – попытался объяснить он.
– Ты – монстр! – крикнул русал, от бессилия сжимая кулаки. – Мог бы найти другую работу!
– А вот это не тебе решать, – заметил Фил. – Я уже не мальчишка, чтобы учить меня тому, что хорошо, а что плохо.
– Но ты же не пошёл убивать людей!
– Слушай, я выбрал наиболее легальный из нелегальных бизнесов, и я бы показал тебе, что я имею благодаря этому, если бы у тебя были ноги, вместо хвоста.
– Чем это тебе мой хвост не нравится? – с вызовом спросил русал, демонстрирую кончик плавника.
– Твой нравится, – миролюбиво ответил Фил. – Но до моего коттеджа ты на нём не дойдёшь.
– Если бы и мог, не пошёл! Я не хочу знаться с таким монстром, как ты!
Уже окончательно забив на всю возможную опасность, охотник безмятежно подумал, что он вдвойне прекраснее, когда злиться подобным образом. К тому же он был так измотан охотой, что сидеть сейчас на песке было едва ли не лучшим досугом, который он мог желать.
– Так убей меня, – предложил Фил и даже раскинул руки в сторону. – Я сижу прямо перед тобой. Запоёшь – и я весь твой, тащи меня на дно морское. М?
Русал замер, а потом медленно подплыл к самому берегу, ставя руки на песок буквально в нескольких сантиметрах от охотник. Он весь подался вперёд, внимательно вглядываясь в его глаза и шевеля ушными плавниками.
Фила бросила в жар и ему показалось, что вот сейчас обманчиво прекрасное пение подчинит его своей воле, и ему придётся навсегда попрощаться со своей жизнью. Но поборов себя, он остался неподвижно сидеть, разглядывая русала и вдыхая едва уловимый запах рыбы и моря.