Убежище
Шрифт:
— Она не потеряет, — сказал он.
— Давай, Фейт. — В голосе Хоуп теперь звучала злость и нетерпение. — Эрвин не будет стоить нам жизни малыша, черт возьми. Ты можешь это сделать. Давай же!
— Что-то не так? — крикнул от двери отец Хоуп.
— Закройте дверь! — крикнул в ответ Паркер. Он боялся, что Хоуп может поддаться панике. Ее спокойствие уже дало трещину, а Паркер нуждался в ней. И Фейт нуждалась. — Хоуп, все в порядке, — тихо сказал он. — Только не подведи ее.
Хоуп сжала зубы и вздернула подбородок, ее глаза загорелись
— Я никогда ее не подведу, — сказала она. — Она моя сестра. И с ней и с малышом все будет хорошо.
Паркер кивнул.
— Так и есть. И ты не должна в этом сомневаться, — с абсолютной убежденностью сказал он.
Подоспела еще одна схватка, и Фейт застонала.
— Вот сейчас, — сказала Хоуп. — Давай, Фейт. Сестра собрала остатки сил и стала тужиться. Сначала слабо, но с поддержкой Хоуп она удвоила усилия.
— Ты хочешь этого ребенка? — спросила Хоуп.
— Я хочу, — с трудом выговорила Фейт.
— Тогда покажи мне это. Ты сильно хочешь этого ребенка? Сильно?
— Я… хочу… этого… ребенка! — Казалось, слова толчками вырываются у нее из горла, но их сила сработала. Головка вылезла как раз перед окончанием схватки, и Хоуп тут же прочистила ребенку дыхательные пути чистым полотном, которое Элтон принес из дома. Следующая схватка вытолкнула ребенка целиком.
Чувствуя в голове странную легкость, Паркер глубоко вздохнул и посмотрел на красное крошечное тельце.
Это был мальчик.
Глава 21
— Ты сделала это, — прошептала Хоуп, когда малыш Фейт в первый раз закричал. — Ты только послушай, какие у него легкие. Ты сделала это, Фейт! Ты такая храбрая.
Паркер накрыл Фейт и осторожно убрал с ее лица волосы. Хоуп перевязала шнурком пуповину.
— Все хорошо? — спросил Джед.
Он вошел в амбар, как только услышал крик ребенка, за ним подтянулись остальные.
— Думаю, да, — сказала Хоуп. — Послед вышел хорошо, и я уверена, что ребенок получил пуповинную кровь, как и должно быть. — Она проверила шнурок. — Он должен гарантировать, что кровь там и останется. Я могла бы перерезать пуповину, но не хочу рисковать получением инфекции. Лучше отвезти их в больницу и сделать все там.
— Мои поздравления, — сказал Паркер, обращаясь к Фейт. — У тебя прекрасный малыш.
Фейт не открывала глаз и часто дышала. Но большой потери крови у нее не было, и Хоуп решила, что она просто отдыхает.
— Милая, ты нас слышишь? — спросила она у сестры. Фейт открыла глаза и попыталась улыбнуться, но Хоуп видела, что у нее нет сил даже на это.
— Посмотри на него. — Хоуп подняла вверх кричащего малыша. — Он замечательный. Держу пари, он весит фунтов семь [31] .
31
7 фунтов равняются 3,175 кг.
Теперь
— Он красивый. Дай мне его подержать.
Хоуп завернула ребенка в одеяло и положила на согнутые руки Фейт так, чтобы той не приходилось держать его на весу.
— Мы отвезем тебя в больницу, хорошо? — сказала она. — Ты будешь отдыхать, а мы обо всем позаботимся. А по дороге приложим его к твоей груди. Это поможет матке сократиться и замедлит кровотечение. Это будет полезно для вас обоих.
После такого выброса адреналина у Хоуп кружилась голова. Но когда ей удалось подняться на ноги, она оказалась лицом к лицу с мужчинами Супериора. Паркер подошел к ней сзади. Она чувствовала его присутствие и взяла бы за руку, если бы ее собственные руки не были липкими от крови.
— Мы уезжаем, — сказала она. — Мы уедем далеко и больше не вернемся, так что у вас нет причин нас останавливать.
Глаза Арджея сузились, и он вышел вперед.
— Я так не думаю. Ты должна понять, что мы не хотели этого. Ничего из случившегося. Это все Эрвин.
— Я знаю, — сказала Хоуп. — Но вы храните его грехи в тайне, а значит, ваша вина не меньше.
Арджей разинул рот, явно не привыкший к такому осуждению, да еще от женщины.
— Как ты смеешь говорить мне, что…
— Вы удивитесь тому, сколько всего я посмею вам сказать, — парировала она.
Паркер передал ей ребенка и наградил Арджея таким взглядом, что тот проглотил свой ответ и сделал шаг назад.
— Пошли, — сказал Паркер, поднимая Фейт на руки. Они пошли к выходу, но Арджей преградил им путь.
— И ты позволишь им вот так уйти, без единого слова? — спросил он у Джеда. — Что же ты за человек, раз не можешь позаботиться о своей семье? Они могут пойти прямиком в полицию и устроить нам неприятности.
Джед перевел взгляд на Фейт, и, к своему изумлению, Хоуп заметила у него на щеках следы слез.
— Ты зря говоришь, что она мне безразлична, — сказал он, обращаясь к Хоуп. — Я люблю ее. И всегда любил, как и других своих детей. — Он посмотрел на Хоуп, и его глаза, казалось, говорили: «Как люблю и тебя».
— Если ты любишь ее, позволь нам уйти, — мягко сказала Хоуп, прижимая к себе ребенка. — И проследи, чтобы Эрвин не устремился за нами.
Джед оглянулся на остальных мужчин, словно надеясь на поддержку.
— Это будет плохим примером для остальных твоих детей, Джед, — сказал Элтон. — Если ты позволишь Хоуп и Фейт уехать, другие дочери будут на каждом шагу тебе перечить.
— Эрвин наш брат, — вмешался Рулон. — Он совершил ошибку, но разве мы не должны поддержать его и помочь раскаяться?
— Если Фейт оставит церковь, она потеряет право на вечное блаженство, — добавил Арджей. — Дитя ада — вот кем она станет.
— Но заставлять ее поступать, как хочу я… — Джед потянул себя за бороду. — Это не способ, — сказал он устало. — Я прошел трудный путь, прежде чем понял это.