Убить демиурга!

Фирсанова Юлия Алексеевна

– Эй, малышка, а когда подадут ужин лоане Веронике? – обратился он к служанке вполне весело, но очень уверенным, практически хозяйским тоном.

– Мне никаких распоряжений не отдавали, – испуганно хлопнув ресничками, повинно склонила головку девушка.

– Так мне что, к Владычице Гилиане идти или к кому-то из альсоров, чтоб такой приказ получить? – натурально удивился Дарет.

– Н-н-не знаю! – пискнула жертва и, кажется, приготовилась упасть в обморок не то от страха, не то от умственного перенапряжения при попытке решить

непосильную интеллекту задачу.

Наемник с силой провел ладонью по лицу, словно стирал налет тупости, возникший при контакте с девицей, и отдал ей предельно простой приказ:

– Укажи дверь в покои Владычицы.

Девушка подняла руку, и подрагивающий пальчик ткнул в двустворчатые двери в десятке метров дальше по коридору. Там стояла четверка стражей. Их форменные камзолы были сине-зелеными, как и костюм служанки, но выглядели куда презентабельнее.

– Свободна, дышать не забывай, – уронил Дарет и бодро зашагал к апартаментам Владычицы.

– Куда? – хмуро осведомился один из стражей, наклоняя алебарду поперек двери, чтобы даже тупому стало ясно: свободного прохода нет.

– Кто из сыновей в покоях Владычицы? – потребовал отчета наемник таким тоном, каким требовал рапорт у своих солдат.

Рефлекс сработал безукоризненно. Стражник, самый дрессированный или внушаемый из четверых, выпалил прежде, чем дал себе труд задуматься, а имеют ли у него права что-то требовать и уполномочен ли он отвечать:

– Альсор Эльсор.

– Отлично, – одобрил Дарет и рявкнул во всю мощь тренированной глотки: – Пепел! Ау!

Звуконепроницаемость у дверей в покои Гилианы оказалась так себе. Во всяком случае, рык наемника долетел до нужных ушей прежде, чем четверка атаковала горлопана.

– Что орешь? – нахмурился выглянувший в коридор альсор.

С одной стороны, тому, кто отвлек его от важного разговора с матерью, хотелось врезать сразу, с другой – орать Дарет мог и по делу. Сын Владычицы сдержал душевный порыв и не пожалел.

Дарет бросил сердито, куда более сердито, чем полагалось лоану перед лицом альсора:

– Нику сегодня кормить будут? Мы же с тобой говорили!

– Я отдал распоряжение, – заверил Пепел.

– Значит, отдал кому-то не тому, или его не донесли куда следует, – вышел из себя Дарет.

Его девочку не просто забыли покормить! Не спохватись он, малышка вообще осталась бы голодной! Теперь уже Эльсор начал закипать и стремительно догонял наемника по уровню бешенства на единицу массы тела. Окончательно разойтись им помешала Гилиана, царственно выплывшая в коридор к выскочившему на секундочку сыну.

– Приношу свои извинения, Владычица, – поклонился матери Эльсор. – Я вынужден вас покинуть и лично проследить за тем, чтобы мои распоряжения были исполнены. Нашей гостье вопреки приказу не предоставили ужин.

Синие очи Аны стали цвета грозы. Она сдержанно ответила на поклон сына и повелела:

– Доложишь о результатах.

Пепел и следующий за ним по пятам

Дарет зашли в соседнюю комнату, служащую малой приемной. Рабочий кабинет Гилианы был совсем в другом крыле дворца, но жизнь любой Владычицы, в чьих руках сосредоточена реальная власть, а не фикция, непредсказуема. Потому рядом с жилыми покоями Аны находилось это помещение, обыкновенно пустующее.

Рассерженный альсор схватил молоточек на изящной цепочке и ударил по пластине у двери трижды. На металле остались следы. Ждать пришлось недолго. Вскоре в дверь робко поскреблись и пред очи мужчин явилась очень симпатичная девушка в голубовато-зеленом. Но Пепел, увидев ее, почему-то рассердился еще сильнее.

– Я вызывал главного сенешаля. Он явится тотчас же или уже ночью во дворце будет новый сенешаль!

Девушка нервно облизнула губы и выпала за дверь. «Тотчас же» растянулось примерно на пять минут, и Дарету даже показалось, что он слышит, как рычит альсор и, что еще более удивительно, как он бьет хвостом, хотя никакого хвоста у сына Владычицы не имелось даже тогда, когда имелась куча всего прочего весьма интересного, вроде когтей, крылышек или лишнего десятка острейших зубов.

Очень полный мужчина в синем с бледно-зеленой отделкой камзоле боком вплыл в приемную. Толстая и явно золотая цепь на груди среди зеленых с золотой вышивкой кружев недовольно звякнула.

Прежде чем пузан раскрыл рот, Пепел процедил:

– Я отдал вам приказ обеспечить ужином гостью Владычицы. Девушка до сих пор голодна. Почему?

– Благородный лоан Эльсор, я в точности исполнил ваше распоряжение, вероятно, всему виной некое вопиющее недоразумение! – заквохтал мужик и, недовольно поморщившись, заверещал: – Каэрро! Разберись!

До сих пор стоявший незаметной тенью у дверей темноволосый мужчина, в пику начальнику весьма мужественных пропорций, которым требовалась лишь тройка лет, чтобы дополниться нужной мускулатурой, исчез.

Он явился спустя три минуты, когда из ноздрей Пепла только что дым не шел, и невозмутимо доложил:

– Ужин в покои лоаны Вероники отправлен с букетом и десертом от Эронимо в качестве извинения. Распоряжение лоана Торжена не было исполнено, поскольку ужин своей властью затребовал в личные апартаменты фаворит Владычицы. Требование было сделано в такой форме, что служанка не осмелилась ему противоречить и сочла поручение исполненным.

– Это как? – полюбопытствовал успокоившийся Дарет. Коль ужин девочке отправили, можно и детали прояснить во избежание и забавы ради.

– Вот видите, альсор Эльсор, а вы гневались, все улажено! – надулся от гордости толстяк, добавив толику возмущения в голос: «Из-за таких пустяков от дела оторвали!»

– Девушка сказала, фаворит лично вышел в коридор и велел подавать запоздавший ужин для его друзей. Служанка решила, что лоана Вероника входит в круг приближенных к лоану, находится в его покоях, а потому поручение исполнено.