Убить зону

Выставной Владислав Валерьевич

— И что же, — медленно произнес Маус, — мы отправимся в бар со своим мертвецом?

Бука кивнул снова.

— Круто, — просто сказал Маус, затягивая крепления бронежилета. — Ради такого я готов потаскать нашего друга еще немного. Будет, что детям рассказать. Хотя — какие у сталкеров дети…

Он подхватил за лямки рюкзак, взвесил его на руке и сказал задумчиво:

— Отправляться в бар без хабара — не слишком хорошая затея. Не поймут. Да и не нальют. Я почти пустой — спасибо Буке. Может, у кого-нибудь есть артефакты на продажу?

— На продажу — нет, — неохотно сказал

Антонов. — Есть пара контрольных образцов…

— Что именно? — быстро спросил Маус.

— Е-22, W-811, — проговорил Антонов, вроде бы даже с акцентом.

— Это ты с кем сейчас разговаривал? — поинтересовался сталкер. — А по-русски нельзя? Ну-ка, покажи!

Ученый протянул небольшой металлический футляр — из тех немногих вещей, что унес с собой из подземной лаборатории. Маус отщелкнул тугие застежки, откинул крышку и усмехнулся:

— Так бы и сказал: «мамины бусы» и «волчьи брызги». Смешные вы, ученые, ей-богу…

* * *

К полудню вышли к Мертвому городу. Серые пятиэтажки проявились из тумана, словно подтверждая репутацию города-призрака. Вдали, над крышами, выплыли из тумана трубы АЭС — и медленно растворились, словно их и не было. Будто этот радиоактивный монстр поглядел-поглядел на происходящее в его владениях — и скрылся за занавесом. Город этот — не самое опасное место в Зоне, но уж больно неприятное: отчего-то облюбовали его зомби. И не то чтобы они кидались без конца на забредших сюда сталкеров, но уж слишком они пугали своей инстинктивной тягой к человеческим привычкам, изображая нормальных жителей, словно в каком-то бредовом театре. Впрочем, это обстоятельство не мешало сталкерам посещать местный бар — хотя бы потому, что подобных заведений поблизости больше не было. Как и каких бы то ни было заведений в принципе.

В этих местах не так уж и много артефактов, а потому и конкуренция среди группировок была здесь минимальной. Нейтральная территория — лучшее место, чтобы перевести дух после более опасных районов Зоны. Конечно, лучше это делать за надежной, желательно бронированной дверью, и еще лучше — не в одиночестве. Так что сталкерский бар в этой местности просто не мог не появиться.

У городской черты инициативу на себя взял Маус, бесшумно двигаясь впереди и прокладывая путь. Вообще-то в окрестностях легендарного бара «Сталкер» следили за порядком, вовремя отстреливая забредшую нечисть. Но, как говорится, береженого Черный Сталкер бережет.

У железных дверей «служебки» Маус остановился, подождал спутников, волокущих свой бездыханный груз. Маус подмигнул товарищам и несильно постучал в дверь прикладом.

— Кто это? — не слишком дружелюбно отозвались за дверью.

Окошко почему-то открывать не стали. Скверный признак.

— Это Маус. И со мной еще… — сталкер глянул в сторону Буки, Антонова и Петли, устало прислонившего мертвеца к облезлой стене. — Четверо.

— Это который Маус? Из «Свободы», что ли?

— Точно, дружище. Открывай.

— А иди-ка ты погуляй пока, Маус, — не слишком дружелюбно сказали за дверью.

— Не понял… — проговорил Маус. — Я что, за пиво не заплатил? Или рылом не вышел?

— Вы, «свободовцы», сначала с «братками»

разберитесь, а потом ходите сюда, — довольно нагло ответили из-за двери. — Нам стрельба в заведении совсем ни к чему.

— А мы-то здесь при чем? — Маус начинал злиться: чтобы его не пускали в «Сталкер»?! Такого с ним еще не случалось. Не иначе как мстительные духи Зоны и впрямь на них обозлились.

— Проваливайте по-хорошему, — брезгливо повторил голос. — «Свободовцев» и бандитов пускать не велено.

— Ну, ты скажи Клещу — мол, Маус пришел. Он меня знает.

— Нету Клеща, по делам ушел.

Интересно, это какие такие дела могли заставить Клеща покинуть свое логово? Маус нахмурился, шумно выдохнул и процедил — достаточно громко, чтобы за толстым листом железа его услышали:

— Ну, если тебе интересно — со мной Бука. И он хочет пива.

Повисла пауза.

— Меня плохо слышно? — поинтересовался Маус.

— Это тот самый Бука? — глухо спросили на той стороне.

— Тот самый. А ты там кто? Новенький, что ли?

— Сам ты… — огрызнулись за дверью. — Варвар это.

— А, ну здоров, Варвар. Так пустишь? Или ты хочешь обидеть Буку? Ты же знаешь, он обидчивый.

За дверью шумно засопели. «Ну, давай, принимай решение, тугодум», — раздраженно подумал Маус.

Лязгнуло окошко, в провале завращался чей-то выпученный глаз. Маус подманил пальцем Буку. Тот подошел и стал напротив двери. Окошко мгновенно захлопнулось, лязгнул засов. В проеме за торчащим на уровне живота автоматным стволом показалась массивная фигура Варвара. Смотрел он только на Буку. Растерянно смотрел.

— Проходите, только быстро, — пробурчал он. — Оружие сдаем сразу!

Они вошли в полумрак тамбура, и дверь за спиной с грохотом захлопнулась.

— А это еще что за тело? — глядя на повисшего на плечах Петли и Антонова мертвого майора, поинтересовался Варвар. — Вояка?

— Это с нами, — сказал Маус и протянул вышибале винтарь. — Видишь, утомился человек. Вот и решили зайти на огонек.

— Бывает, — с пониманием сказал Варвар. — Зона — она кого хочешь утомит.

Он не спускал взгляда с Буки. Вообще-то завсегдатаи бара, темные сталкеры, и сами были экзо, остававшимися людьми лишь формально. Но Буку не любили и здесь. Потому что будь ты хоть грязным снорком — все будет решать твоя принадлежность к группировке. Буку не принимала ни одна из них. Стало быть, он был изгоем, и значит, его следовало опасаться. А при возможности — убить. А поскольку убить Буку так до сих пор никому не удалось — его просто боялись.

— А что это за новости — «Свободу» и бандитов не пускаете? — поинтересовался Маус. — Что за странное сочетание? Дискриминацией попахивает. Совсем не в правилах этого клуба.

— Не в правилах этого клуба проносить оружие и валить посетителей, — мрачно сказал Варвар. — А то ваши вместе с бандитами намедни устроили потасовку — два трупа, как с куста. Уж не знаю, что вы там не поделили, но для «Свободы» и братков — пока что таймаут. Считай, что для вашей компании — особое исключение.

— Понятно, — протянул Маус. — Но ты ж понимаешь — мы не такие. Но на всякий случай бандюков, пока мы здесь, не впускай.