Убийца чародеев
Шрифт:
Залихватски закинув меч на плечо, она направилась прямиком ко мне. Клинок на плече дрогнул, и я физически почувствовал его желание нарезать меня на полоски.
– Вижу, вы поладили, - произнес я. – Держи его покрепче. Мне лишние дырки не нужны.
Клинок вырвался из ее рук и лязгнув об пол, подлетел к ногам Дианы, бережно схватившей холодное лезвие. Она что-то зашептала оружию, успокаивающе поглаживая его вдоль кромки.
– Хороший меч, - с явной завистью сказала дампир и наклонилась ко мне. – Мне нужна твоя кровь.
–
Оно лезло в дыру. Десятки извивающихся конечностей пролазили в разлом, протаскивая за собой тело твари, похожее на черный овал.
Тугой толчок маны просадил каменный пол, разметав тяжеленные обломки, как пушинки. Виктор поднял руку и прижатое к земле порождение начало сплющиваться, его прибитые к полу конечности вяло трепетали, силясь преодолеть давление архонта.
– Я немного, - дампир потянулась к шее, но я оттолкнул ее и протянул запястье.
Убрав железную кожу, я дал клыкам девушки пробиться к пульсирующим венам. Она сделала совсем неглубокий надрез и слизывала кровь, как ласковая кошка. Язык слишком холодный и щекотно.
– Атакуйте, - сказал Виктор. – Вода и огонь.
Стена щитов раздвинулась выпустив шесть студентов-водников. Быстро пробормотав заклинания, они наперегонки рванули под ненадежную защиту. Перетекающие водные сферы поплыли к порождению и зависли над ним, разбрызгивая влагу.
Следующими выступили маги огня, которых набралось два десятка. Огненные шары и два пылающих луча сплошным потоком понеслись к жидким сферам. Раздалась серия резких хлопков и тучи раскаленного пара объяли порождение. До нас докатилась волна горячего влажного воздуха, перебившего дыхание и ожегшего кожу на лице и руках.
– Ледяной щит, - Диана среагировала и холодный полупрозрачный барьер отсек пар.
Я заметил, как вытянутые зрачки дампира метнулись верх, словно среагировав на движение. Кого-то заметила?
Ледяная громада плотно вошла в крышу, там вряд ли протиснется порождение. Но чем черт не шутит?
Прикрыв глаз святого, я вгляделся в темноту, расползшуюся по полуругу потолка. Ничего. Там тоже ничего. Вот, нашелся. Из-за ледяного столба выглядывала острая, треугольная морда. Если бы тварь не шевельнулась, то вовек не заметить.
Трехпалая рука легла на льдистую поверхность, пошедшую трещинами, и порождение швырнуло себя вниз.
Света хватает. А значит и теней в достатке. Перепрыгиваю по двум зыбким черным полосам, если не спею, то всем нам крышка.
Все решают миллисекунды. Последний Теневой шаг бросает меня в прыжок и сталкивает небольшим тельцем порождения, летящим в Архонта. От прикосновение к черной, истекающей бездной плоти словно бьет током по оголенным нервам.
Спина ударяется в твердый пол, и тварь наносит первый удар. Три когти легко прорезают Железную кожу и рассекают мышцы на груди. Ярость и боль бьют в голову тяжелым молотом –
Еще сильнее сжимаю хватку и ладонь вспыхивает черным огнем, будто занявшись от тьмы чудовища. Порождение беснуется, махает двумя руками, оставляя длинные глубокие порезы на торсе. Сдохни уже. Я толкнул всю собранную энергию в правый кулак.
Будто плеснул бензина в костер. Ревущее, черное пламя объяло треугольную башку твари и прошло сквозь нее, выстрелив лучом в потолок. Порождение забилось еще сильнее и вибрируя, распалось на плотные чешуйки.
Усилием воли я убираю пламя, отползая назад. Они все видели. Сука, крови сколько, вокруг уже целая лужа собралась.
Но подняв голову, вижу, что никто не смотрел на меня. Все застыли, уставившись в одну точку, будто увидели настоящее чудо. Я уже было собирался посмотреть, что там такого, как заметил черные глаза. Всем присутствующим будто залили в глазницы густую нефть.
Нет. Еще один человек остается в порядке – архонт. По его лбу катятся крупные капли пота, а побелевшие губы сжались в тонкую полоску. Я встаю, но поскальзываюсь в крови и падаю лицом в пол, больно ударившись лбом.
Черт, теперь и с головы льет, похоже, что рассек кожу.
Шатаясь и спотыкаясь, я добрел до Марии. Кровь льется безостановочно, за мной осталась широкая полоса. Разворачиваю женщину и не удержавшись, падаю вместе с ней. Головокружение нарастает и зал начинает бешено вращаться, сводя живот рвотными позывами.
Мария ворочается сверху, а затем резкий удар по щеке приводит меня в чувство. Ее руки скользят по ранам, но кровь не желает останавливаться, унося с собой силы и тепло. Холодно. Здесь очень холодно.
– Каин, не засыпай! – где-то вдалеке кричит медсестра. – Не смей засыпать!
Отстань, женщина. Я делаю, что хочу. Сейчас немного вздремну и разберусь со всем.
Темнота. Вокруг так темно и уютно. Я зарываюсь поглубже в бархатистую, мягкую перину и растекаюсь по бездне.
– До вашей смерти осталось две минуты, господин, - тьму прорезает безразличный голос. – Использовать мой полный функционал?
Темнота расступается, и я вижу черноволосого юношу, лежащего в крови. Над ним суетится женщина, из чьих рук вылетают зеленые молнии, прошивающие тело парня. Плевать. Меня там никто не ждет.
Переворачиваюсь на другой и теперь передо мной гигантский глаз с черным зрачком, окруженный паутиной длинных рук. Понятно, порождения гипнотизирует тех, кто смотрит на него. Толпа студентов растянулась на несколько метров – они медленно шли к своей смерти, постепенно приближаясь к порождению.
– До вашей смерти осталось полторы минуты, господин.
Архонт выдохся. Часть рук порождения немного приподнялась над полом и нетерпеливо шевелила пальцами, словно предвкушая скорую добычу.