Убийца
Шрифт:
Троица высоких пузатых мужиков пристально изучила всех нас, но никто не проронил ни слова. Впрочем, когда мы направились к домику, мимо прошмыгнул чумазый оборванец. Хозяин должен был знать, что за гости к нему направляются.
– А здесь – мило, - заметила Вайолетта, рассматривая сад. – Напоминает Розовый домик. Помнишь?
Последнее адресовалось Сигону, но граф лишь проворчал нечто неразборчивое. Кажется, ему было плевать на всё. Я задумался: не станет ли мальчишка настоящей обузой? Возможно стоит его просто где-то оставить? Скажем, предварительно напоив? Всё
Пара перекошенных на разные бока старух пробубнели, что отведут коней в стойло. Судя по длинным носам и картавости, хозяин притащил их с собой из Портейна.
– Валяйте, - я бросил им мелкую монету и спрыгнул на землю. Поскольку Шу продолжал всех игнорировать, руку принцессе пришлось подавать мне. Запомните…
– Я стану держать я зык за зубами, - выпалила девица и улыбнулась. – Кажется, начинаю привыкать ко всему этому безобразию.
Хм, с одной стороны – хорошо, а с другой – смысл-то в чём? Для неё всё это безобразие закончится со дня на день.
Внутри домика оказалось сумрачно и пахло сушёными грибами. На стенах висели головы медведей и волков. Над столиком, где клевал длинным носом сам владелец, раскинула шикарные рога башка рыжего оленя. Вообще-то этих зверюг позволяли бить лишь королевским егерям и если браконьера ловили, то ему грозило «бревно». Но смельчаки всё равно не переводились.
– O belle fille, - сказал хозяин, стоило нам приблизиться к столику. После чего последовала попытка изобразить поклон, - tressympa. Que veux-tu, чего изволите?
– Комнату, - сказал я и катнул по столику золотой. Хозяин с любопытством проследил, как монета катится к краю и падает вниз. Звона не было. – На пару дней. С питанием.
– Bien, - согласился длинноносый и протянув руку, уронил на стол небольшой золотистый ключик с длинной бородкой. – Второй этаж, дверь с медведем. Ужин подадут вечером, постучат три раза и назовутся Орли. Satisfaite?
– Да, вполне, - согласился я и взял ключ. Тут же большая ладонь с длинными пальцами легла поверх моей. Такое ощущение, будто жаба коснулась. – Какого чёрта?
– Calme-toi, - хозяин кивнул мои спутникам. – Вы можете подниматься, а у нас произойдёт небольшая conversation.
Угрозы я не ощущал, хоть и знал. Что в соседней комнате сидят три головореза. Все – до зубов вооружённые. Дерьмовую Верзу уже пытались грабить. Кажется, грабителей утопили в выгребной яме за домом.
Поэтому я протянул ключ Сигону, а сам присел на край стола.
– Идите, - сказал я графу и принцессе. – Сейчас, узнаю, что надо этому жабоеду и догоню.
– Жабоед! – хозяин тихо рассмеялся, едва не клюнув носом стол. – Никогда не любил froggiwe. Отвратительные твари! Но – смешно. Ты вообще смешной trou du cul и послание тебе оставляли очень смешные люди. Когда их встретишь, обязательно передай: если эти connard ещё раз вздумают так со мной говорить, то я их всех утоплю в выгребной яме.
– Хорошо, - сказал я, ощущая, как голова начинает идти кругом. Какое, нахрен, послание? Кто его передал? Откуда они знали, где я остановлюсь? – Давай записку.
Хозяин
– Сколько она у тебя? – я торопливо разворачивал послание. Знал я эту бумагу из высушенных прессованных водорослей. Срок использования этой дряни – сутки, после чего бумага разваливалась на отдельные волокна прочитать написанное становилось невозможно.
– Ne precipiez pas mon ami, - хрюкнул в нос собеседник. – Время ещё есть. Время всегда есть.
Я пробежался взглядом по строчкам. Аккуратный, даже изящный каллиграфический почерк. Такие послания обычно отправляют своим молодым любовникам скучающие дворянки. Правда используют другую бумагу. Ну и тексты естественно отличаются.
«В Ваших интересах, - писал неизвестный, - прибыть на площадь Часовщиков в начале сумеречного часа и ожидать встречи в харчевне Луна. Постарайтесь, чтобы Вас никто не узнал. Ваш искренний доброжелатель».
Дальше шла приписка совсем другим почерком. И тон заметно отличался.
«Чёрт его знает, откуда, но местные шпики знают о твоём прибытии. Берегись».
Обнадёживало. Весьма. Особенно, если учитывать, что площадь Часовщиков располагалась почти в самом центре Верзы. Пара кварталов и ты мог тыкаться носом в ворота королевского замка. Или в двери храма Трёх Основателей, если повернуть в другую сторону.
– Ты читал? – я потряс письмом. Портейнец загадочно улыбался. Конечно же читал! – Что думаешь?
– Понятно, выглядит как Piege, - хозяин задумчиво почесал нос. – Но не думаю. К чему мудрить, если можно было дождаться тебя прямо здесь? Да и вообще, те парни, что принесли письмо, выглядели, как настоящие etrangers. Хочешь, продам тебе пару здоровяков?
– Ха! – я поднёс бумагу к настенному светильнику и коричневый лист исчез, оставив только зловонную зелёную дымку. – Если тебе покажется, что меня выгоднее продать страже, твои здоровяки тут же сменят сторону.
Хозяин принялся хохотать и пока я поднимался на второй этаж, продолжал хихикать, время от времени повторяя: «Regardes quel homme intelligent!»
– Мне нужно уйти, - сказал я, когда Вайолетта открыла дверь. Принцесса молча кивнула. Шу сидел на кровати и смотрел в узкое оконце. Меч графа лежал рядом с койкой. – Кто-то назначил встречу и подозреваю, что это связано с теми инструкциями, которые я получил от подземных тварей.
– А если не ходить? – поинтересовалась принцесса.
– Не знаю, - я торопливо собирался. Меч, понятное дело, брать не стал, но снарядил самострелы и рассовал ножи так, чтобы можно было быстро достать. – Эти люди, или кто они, слишком много обо мне знают, если сумели узнать, где я обычно останавливаюсь. Союзников у нас не слишком много, поэтому неразумно отвергать помощь, какой бы подозрительной она ни казалась. Да собственно, ради этой встречи мы и припёрлись в Верзу.