Ученик Волхва
Шрифт:
Ему ничего не оставалось делать, как в очередной раз довериться судьбе и отправиться следом за легатом.
Изнутри дворец оказался настолько роскошным, что у Хэла дух перехватило. Казалось, даже стены были отделаны золотом, а росписи на них пытались поведать какую-то историю. Повсюду стояли мраморные статуи обнажённых людей, а пол был застелен пушистым шерстяным ковром. Во дворце пахло чем-то приятным, возможно, жасмином, хотя ароматических свечей видно не было.
В центре этого великолепия стоял сверкающий золотом трон с высокой спинкой,
Легат, ничтоже сумняшеся, сел на этот трон. Старец, стоявший на балюстраде, невесть когда успел подойти к ним и стоял возле трона, всё также опершись на свою деревянную трость.
Хэл подошёл и встал перед ними. Странно, он вновь попытался разгадать старика, но так ничего и не почувствовал исходящей от него энергии. Словно тот был пустышкой. Но в таком случае он не мог бы быть жив — даже от самого простого человека, не занимающегося боевыми искусствами, веяло слабой, но энергией. Без энергии в этом мире невозможно было существовать, но старик казался исключением…
Четверо «охранников» легата ступали следом за Хэлом, держась, впрочем, на расстоянии, а когда он остановился, они встали полукругом, отсекая путь назад. Слишком хорошо в их памяти отпечаталась сцена с разделённым надвое телом Николаса.
— И чего же от меня хочет легат империи? — спросил Хэл, всем своим видом показывая расслабленность. На деле же он внутренне подобрался, готовый сразиться хоть со всеми, находящимися в комнате.
Легат пристально посмотрел ему в глаза.
— Мне лично от тебя ничего не нужно, — сказал он твёрдо. — Но закон есть закон. В военное время каждый преступник поступает в распоряжение нашей армии.
Воевать? Хэлу эта мысль не понравилась. Он всегда бился лишь за себя и за своих друзей, и не намеревался проливать кровь за империю.
Рука непроизвольно потянулись к рукояти меча, который Хэл, за ненадобностью скрываться, перевесил на пояс.
Сделал он это зря.
Легат, разложивший руки на подлокотники трона, слегка приподнял указательный палец правой руки и тут же опустил его.
Этого хватило, чтобы Хэл почувствовал, как незримый клинок пронёсся в опасной близости от его головы, а вихрь энергии, закруживший вокруг легата, вновь обездвижил его на короткое мгновение.
— Осторожнее, мальчик, мы не просто на разных ступенях Пути Воина, мы вообще на разных лестницах.
Легат ясно дал понять, что может раздавить Хэла как букашку. А заодно и его друзей.
Хэл стиснул зубы, но ничего не мог поделать… сейчас.
Легат, увидев, что угроза была воспринята как следует, криво улыбнулся нетронутой частью лица.
— Впрочем, у тебя есть выбор. Для преступников армия — не только наказание, но и возможность получить новую жизнь. Ты можешь прослужить в армии два года, проявить себя за это время и, возможно, получить офицерский чин. Поверь, мальчик, офицеры империи получают весьма достойное жалование в придачу к власти.
— Какой второй вариант? — спросил Хэл, не раздумывая.
Бровь на
— Ты можешь пойти в отряд смертников. Туда отправляют самых безнадёжных и непокорных преступников, они бьются пешими в первых рядах. В таком случае ты получишь свободу, если выживешь в одной войне. — Легат, увидев, что Хэл уже открыл рот, и жестом руки не дал ему высказаться. — Погоди соглашаться. Смертники потому так и называются, что пятьдесят человек из сотни не переживает первую битву. К концу же третьей выживают лишь единицы. Да и те, порой, остаются калеками на всю жизнь. Поэтому перед каждым походом мы набираем новых смертников.
— Я согласен, — твёрдо сказал Хэл. Он должен как можно быстрее получить свободу для себя и друзей. — Но у меня есть условие.
— Условие? — с усмешкой спросил легат.
— Вы не отправите на войну моих друзей.
Губы легата презрительно скривились. Взгляд его чёрных, как смоль, глаз, встретился с ярко-зелёными глазами Хэла.
Несколько секунд шла «битва взглядов». Ученик волхва прекрасно понимал, что наглеет, и легату ничего не стоит отказать в просьбе, и Хэл будет вынужден подчиниться.
— На это я пойти не могу, — наконец сказал легат. — Но я не буду предлагать им отправиться к смертникам, если тебя это устроит. Соответственно, если ты переживёшь грядущую войну с кочевым народом, тревожащим Скальд, то и они получат свободу досрочно.
Хэл молча кивнул. Его друзья были достаточно сильны, и в Имперской армии им ничего не грозило. По крайней мере, если они будут не в рядах смертников.
— Вот и отлично. Лурус, проводи молодого человека в его отряд.
— Постойте, — сказал Хэл. — Я должен увидеться с друзьями…
— Завтра войско выступает в чужие земли. А так как твой отряд идёт первым, времени нет. Тебе ещё надо пройти регистрацию и познакомиться со своим командиром. С друзьями встретишься после того, как заслужишь свободу, — ответил легат.
Хэлу не оставалось ничего иного, кроме как подчиниться.
— Ах да, — бросил легат, когда Хэл и один из «охранников» уже шли к дверям, — браслет не надевайте. Он итак на коротком поводке.
Хэл нахмурился. Что за браслет? Поводок — понятное дело, пока его друзья принадлежат Империи, он вынужден им подчиняться…
Вышли они с «охранником» на почти пустую площадь. Видимо, людей разогнали за время их отсутствия.
Несмотря на то, что Хэл обозначил свою позицию и согласился воевать за Империю, «охранник» всё равно держался метрах в двух позади него.
Так, молча, они проделали обратный путь.
Когда они подошли к городским воротам, ночь уже начала вытеснять день, вступая в свои права, и у ворот стоял стражник с факелом. Усач!
Усач тут же встрепенулся, увидев идущих к нему.
— Стоять, кто… Ты?! — глаза стражника мгновенно округлились. Он не мог не узнать того, кто несколько недель назад едва не отправил на тот свет главнокомандующего стражей.