Ученик
Шрифт:
А вот небольшая кружка воды оказалась приятным дополнением к завтраку. Даже непривычно стало почувствовать обманчивую тяжесть в желудке.
— Что тебе сказал Тимур? — наконец решилась заговорить мать, когда мы уже заканчивали приём пищи.
— Сказал, что мне нежелательно появляться в посёлке, и вообще разговаривать с его жителями. А ещё сказал, что он вызовет ведьмака.
— Сегодня вызовет? — мать всплеснула руками. — пойдёмте скорее на улицу, наверное староста уже сделал это.
Покинув хижину, мы замерли, уставившись в сторону селения. От центра, с того
— Сигнальный дым. Обычно его разжигают, если прорван защитный контур и селение подверглось нападению. — пояснила Фарида. — Таким способом в анклавах призывают ведьмака.
— Они сильно отличаются от людей? — поинтересовался я, отметив про себя новое обозначение — анклав. Учитывая, насколько непослушна стихия хаоса, вполне вероятно, что тела местных одарённых претерпевают сильные изменения.
— Нет, что ты. — мать по доброму улыбнулась. — За всю жизнь я три раза видела ведьмака, и всегда они были похожи на нас. Только нос отличает их от простых селян. Такой же большой, как к тебя.
Я невольно дотронулся до своего лица. Ну да, у всех местных носы приплюснуты, а мой — как у обычного человека из моего мира. Странно это.
— Ну всё, через семь дней, максимум восемь, здесь появится ведьмак, который заберёт тебя. — с грустью произнесла Фарида.
— А что ждёт там, куда меня заберут? — поинтересовался я.
— Нам, простым смертным, это неизвестно. — ответила мать. — Может староста что-то знает, спроси у него. Говорят, его в наше село привёл ведьмак, после смерти предыдущего главы посёлка. Тогда мор был, многие умерли... Ох!
— Мам, ты чего? — с тревогой спросила сестра.
— Так за вызов ведьмака, если он ложный, главу посёлка обычно казнят. Выходит, Тимур сильно рискует. — Фарида взмахнула руками, словно отгоняя нечто незримое. Надо же, впервые увидел жест, намекающий на присутствие в этом мире некой незримой силы. Интересно, это боги, или какие-нибудь духи? Справедливая Айлин, как же мало я знаю...
— Мам, так я пойду? — жалобно-нетерпеливым голосом спросила Маринэ. — Сегодня первый день моей учёбы у зловредного Хамзата.
— Иди уже. Заодно послушаешь, что люди говорят в посёлке. За водой все ходят, каждый что-нибудь да произнесёт. И держись подальше от Сахема. Поговаривают, он совсем злобный стал, старый колодезный даже запер его в клетке.
— Да не, со мной везде будет ходить Бахрум, он сильный, в обиду не даст. Он всегда со мной хорошо общался, и даже защищал от своры Сахема, когда брат был болен.
— Мама, он действительно хороший? — спросил я у Фариды. Сестра може сказать что угодно, глупая ещё.
— Да уж лучше многих. Это он, кстати, тебя от скал помогал нести, пока охотники не подоспели. Ах, ты ж ничего не помнишь. Вы с ним даже дружите, а почтенная Саха постоянно запрещает сыну таскать нам еду. Если бы не он, нам бы совсем пришлось туго. Ладно, сынок, мне тоже пора идти. Там, за циновкой, есть твоя
Сестрёнка давно уже исчезла из поля зрения, да и Фарида вот-вот должна была скрыться за одной из хижин, а я продолжал разглядывать сигнальный дым. В голове роились мысли, по большому счёту неважные, лишь отвлекающие от главной цели. Нужно продолжить восстановление тела. И ведь мне выпал идеальный шанс заниматься исцелением себя в одиночестве, без посторонних глаз.
Очистив разум от постороннего, маловажного, я развернулся, и зашагал назад. Только не в хижину, а за неё, в тень. Хоть солнце уже и поднялось довольно высоко над горизонтом, но всё же у меня было пару часов в запасе. И их следовало потратить на разминку.
Удивительный результат показало моё новое тело. Нет, ничего сверх тех упражнений, что я смог выполнить ночью. Просто мне в этот раз удалось отметить, как экономно организм расходует внутреннюю жидкость. Ни капли пота не упало на пыльную землю. Да и я, при всей навалившейся усталости, не ощущал жажды. Не иначе это хаос вновь вмешался в естественный ход вещей.
Закончив тренировку, я решил укрыться в хижине, чтобы спокойно поработать с сосредоточием. Увы, но это не удалось сделать сразу, так как у меня были гости. Двое мальчишек, крепко сбитых, и значительно уступающих мне в росте. Ещё одно отличие от местных, все они были слишком низкими.
— О, Фархат, а мы к тебе. — растерянно произнёс один из мальчишек, и по голосу я понял — это те самые дети, что приходили с внуком колодезного. Сейчас они выглядели испуганно, явно чувствовали себя неуютно рядом со мной.
— Тир и Рахим. — произнёс я, вспомнив имена подростков. — Зачем пришли? Разве вас не предупредили, что подходить ко мне запрещено?
— Да знаем мы. — ответил мне второй паренёк, чуть осмелев. — Тут такое дело, Фархат. Ты же не в обиде на нас? Ну, мы ж всегда сдерживали Сахема, отговаривали его от мести. Помнишь, он был просто одержим желанием расправиться с тобой, и даже бил нас, если мы ему мешали. И со скалы он тебя столкнул, нас даже рядом не было.
— А, всё понял. — усмехнулся я, размышляя, что полезного могут добыть эти два крестьянских ребёнка. Пища? Нет, нужно что-то более весомое, и нужное. Да, я же хотел сделать копьё!
— Ну, раз понял, то ты только скажи, мы мигом всё сделаем. — обрадовался Тир.
— Руку подними над головой. — мой голос с скучающего сменился на требовательный. — Выше! Вот так. Теперь запоминайте. Мне понадобится древко для копья, такой длинны, как ты, Тир, сейчас показываешь. Если нет готового, подойдёт качественная заготовка. И ещё, нужно несколько метров прочной тонкой верёвки. Принесёте, и я забуду о всех наших разногласиях. Нет, и я вернусь однажды в посёлок, чтобы припомнить кое-что.