Ученик
Шрифт:
Глеб вылетел из дверей торпедой. Пацан, лупивший физкультурника, даже не заметил, как из руки его исчез обрезок трубы, а сам он оказался в сугробе головой вниз. Двое, державшие Лёню Рюмина, выпустили свою жертву и бросились на Глеба. Вернее, лишь дернулись в его сторону, но не успели сделать ни шага: будто мешки с тряпьем они полетели в сугроб вслед за дружком. Облапивший Гулю попробовал прикрыться ею, как щитом, но попытка эта успеха не имела. Теперь вся лихая четверка барахталась в куче, медленно оправляясь
Гуля метнулась к побитому Лёне, который выглядел плачевно, однако пытался держаться гоголем.
Глеб помог физкультурнику подняться.
– Валенок ты, Сенька!
– Знаю, – хмуро отозвался тот. – Легко еще отделался.
Меж тем «виновник торжества» Медведев из 9-го «А» стряхнул наконец оцепенение и попробовал дать деру. Он пробежал метров двадцать, когда Глеб его заметил и настиг в три прыжка. В буквальном смысле – в три огромных прыжка.
– Кенгуру прямо! – восхищенно брякнул кто-то из пятиклашек.
Глеб мысленно обругал себя последними словами.
– Запрыгаешь тут… – пробормотал он. – Скользко, как на катке.
Он крепко держал Медведева за ухо.
С опаской выбираясь из сугроба, один из подростков сквозь зубы процедил:
– Сильно крутой, да? Не ссы, есть покруче.
Физкультурник шагнул в его сторону.
– Дай-ка его мне.
Глеб преградил ему путь плечом и чуть встряхнул Медведева за ухо.
– Уй! – взвизгнул тот. – Вы что, оборзели?!
– Да, – кивнул Глеб и обратился к четверым его заступникам: – Чтоб я вас больше здесь не видел.
Подростки с независимым видом отряхивались.
– Ну и что ты нам сделаешь, чмо? – осклабился тот, что лупил физкультурника трубой.
Глеб взглянул на него в упор.
– От настроения зависит: покалечу или убью. Хочешь проверить? Считаю до трех. Один, два…
Лихая четверка убралась без лишних слов.
Глеб оглядел толпящихся вокруг школьников.
– Валите по домам, маленькие мерзавцы, – сказал он. – Спектакль окончен.
Школьники послушно стали расходиться, обмениваясь впечатлениями. Они вовсе не сгорали от стыда.
Медведев меж тем заканючил.
– Пустите! Ухо оторвете!
– Ничего, приклеишь, – успокоил его Глеб.
Побитый Лёня Рюмин тем временем слегка привел себя в порядок.
– Отпустите его, Глеб Михайлович, спасибо, – проговорил он смущенно. – Это одноклеточное свое получит.
– Ой-ой, напугал, блин! – огрызнулся Медведев, пытаясь вырвать ухо из пальцев Глеба.
Гуля полоснула его взглядом.
– Шакал облезлый.
Лёня взял ее под локоть.
– Пойдем. Он у меня за Можайск улетит.
Подхватив свои сумки, они пошли к автобусной остановке.
– Ой-ой, я
Глеб отпустил его.
– Дуй отсюда. Некогда мне, твое счастье.
Потирая пунцовое ухо, Медведев поплелся прочь. Двухметровый учитель физкультуры хлопнул Глеба по плечу.
– Ну ты молоток! Я даже не просек, как ты успел покидать их в кучу!
Отводя взгляд, Глеб пробормотал:
– Сам себе удивляюсь. Как-то завелся вдруг…
В накинутом на плечи пальто к ним подошла географичка.
– И что вы этим доказали?
– Ты про что? – вылупился на нее физкультурник.
– Да ладно, Сень! Передо мной-то не надо! – отмахнулась Галина Даниловна. – У Лёнечки этого папаня – полковник ФСБ. Подсуетиться захотели, Семен Алексеевич?
У физкультурника, что называется, отвисла челюсть. Глеб сквозь зубы произнес:
– Галь, что ты мелешь?
– А ничего! – повысила голос географичка. – Им, шпанятам этим, и шестнадцати нет! Покалечишь – оправдывайся потом в суде…
– Всё, Галь! – Глеб взглянул на часы. – Извини, опаздываю.
Он ринулся к своему «жигуленку». Галина крикнула ему вслед:
– Полковник ФСБ тут разберется как-нибудь без тебя!
Физкультурник сердито теребил ус.
– На месте Глеба, – сказал он, – я бы тебя трахать не стал.
Географичка окинула его презрительным взглядом.
– Семен Алексеевич, а вам никто и не предлагает.
Физкультурник собрался было достойно ее отбрить, но махнул лишь рукой и зашагал к зданию школы.
3
Бар в кафе «Амброзия» был заполнен теперь почти наполовину. Из динамика жалобно завывал певец Киркоров, сетуя на то, что плохо спит ночами. Публика внимала ему весьма рассеянно, поскольку у нее, у публики, своих забот хватало.
Глеб (опять в темных очках) вошел ровно в три. Барменша помахала ему рукой. У стойки его уже ждали. Краснощекий крепыш Толян в расстегнутом пальто сидел на высоком табурете и ел шоколадку. Рядышком, тоже в расстегнутом пальто, стоял некто огненно-рыжий и пил апельсиновый сок. Ростом этот рыжий был чуть пониже физкультурника, зато габаритами гораздо его превосходил.
– Ты Глеб? – негромким баском уточнил сей богатырь, протягивая могучую длань. Казалось, его мускулы вот-вот прорвут пальто. – Я Стас. Возглавляю охрану.
– Знаю, – Глеб пожал его медвежью лапу. – Возьмешь меня на работу?
Стас откровенно оглядел его с ног до головы. И вдруг улыбнулся.
– Ну ты прямо быка за рога. Расскажи-ка о себе.
– Да что рассказывать-то, блин? – пожал плечами Глеб. И лаконично сообщил, что служил на военном корабле коком, что образования никакого, а драться его учил один китаец.