Учитель
Шрифт:
— Наоборот…? — ошеломленно пробормотала девушка, — Это как? Надел?!
— Нет, вернул. Впрочем, если хочешь, можешь попробовать сама, — с этими словами я ей сунул в руки небольшой целлофановый пакетик с белоснежным содержимым.
Настроение было на редкость хорошее, местами даже шутливое. Наверное, из-за того, что мне не придется завтра ехать в деревню и заниматься там с «надевшими черное», тем более что у них были ко мне какие-то вопросы. Сейчас мы найдем нашу гостиницу, заселимся, отыграем роль приехавшей оттянуться
— Эй! — пришедшая в себя хафу догнала меня, — Забери обратно! Не хочу я ничего возвращать!
— М? Вы о чем? — Мичико, присевшая брату на уши со своими планами и хотелками, тут же заинтересовалась происходящим.
— Да так, — тут же пошла на попятный Асуми, пряча руку с трусами за спину, — Ничего особенного!
— Пакетики с белым содержимым? — ухмыльнулась Сахарова, курившая чуть поодаль, — Ничего себе дают японские школьники!
— Это не то, о чем ты подумала!
— Мана? Ты видела, что у них там?
Высокая девушка, крупно вздрогнув, замотала головой. Она действительно в последнее время старалась не встречаться со мной взглядом, но я сомневался, что это из-за нижнего белья. Первые дни в школе все было нормально, а затем, после целого дня, который она провела за партой, клюя носом, её поведение внезапно изменилось. Впрочем, разбираться в женских заморочках последнее дело, если следовать заветам великого Коджимы. «У них есть язык».
— Идем на автобус, — рядом с нами возник Хайсо, помахивающий сложенной картой, — Тут идти далеко.
Отметив про себя, что девушки вообще никак не реагируют на появления и исчезновения Онивабаши, я поднял сумку и двинулся в указанном направлении. Видимо, его умения как-то связаны с подсознанием человека. Перерожденные вроде меня и такие психи как Рио не попадают в нужную «волну», поэтому как-то реагируют на шиноби, а вот простые гражданские и даже «надевшие черное» на подобное не способны.
Кавагоэ оказался типичным японским городком, непривычно тихим на вид, а само трехэтажное заведение с пошловатым названием «Нежные лепестки» — обыкновенной гостиницей в не самом удобном для туристов месте. Зато, видимо, чтобы привлечь клиентов, табличка на входе гордо повествовала о том, что в наличие имеются горячие источники, доставка из всех ресторанов и баров города, а также возможность приводить гостей. В общем — не то место, куда приходят японские школьники со школьницами, да и сами японцы тоже.
Нам, в принципе, было плевать. Рио и Хайзо знали, что я тут по делам, Асуми, Мичико и Лена просто хотели повеселиться и потрепаться, а Мана была за компанию и, к тому же, не понимала распущенности этой гостиницы. А вот миловидная женщина-администратор, встретившая нас на входе, явно перефантазировала с нашей распущенностью, потому что, показав наши номера, отвела нас с Рио в сторону и принялась стращать штрафами, если мы в угаре своих молодежных оргий сломаем или испохабим номера.
Воспринял я подобные предупреждения… адекватно. Нетипично высокая и фигуристая девушка, иностранка, хафу, слегка развязно ведущая себя японка, два крашеных парня и здоровяк-телохранитель — это буквально набор для качественного группового порно.
— Съемки запрещены! —
— У нас нет камер, — закатил глаза Рио.
— Кроме того, нет штативов, освещения и всего остального, — добавил я, — вы же видели, мы прибыли каждый с небольшой сумкой лишних вещей.
— Хорошо, — подумав, женщина совершила формальный поклон, — Тогда мне остается только пожелать вам приятного пребывания, дорогие клиенты!
…и это несмотря на то, что у нас три номера. Один мужской, во втором Мана и Асуми, в третьем Мичико и Лена. Хотя, если верить словам Хайзо, то дело не в составе нашей компании, а чисто в лице Рио Коджимы — видимо, на нем написан максимальный уровень разврата.
— Вообще-то я тут с сестрой! — возмутился обычно непробиваемый блондин.
— Вот именно! — поднял палец молодой шиноби, а потом пустился спасаться бегством от понявшего размах подколки Коджимы.
Через полчаса мы, слегка освежившись и оставив сумки, отправились искать себе досуг. Дело это оказалось несложным и нехитрым, особенно в присутствие Сахаровой, которая запала на всё японское еще в детстве. Самые прозаичные игровые автоматы, которые, по словам неожиданно оживившихся Рио и Хайзо были совершенно не такими, к каким те привыкли. Даже Мана, к моему скрытому удивлению, приняла живое участие в битвах и дуэлях, даже немного поболев, в процессе, за Мичико, с треском проигравшую всем по разу. Затем, оттащив Асуми от груши, на которой предлагалось опробовать силу удара, мы заглянули в местное кафе. Кормили там удивительно прилично, хоть и дорого.
Дальше победили Рио и Онивабаши, утащив нашу группу в небольшой кинотеатр смотреть полнометражный анимационный фильм, оказавшийся вполне приличным даже на мой вкус. Здесь мне в темноте был сунут назад некий пакетик с неким содержимым, а также доведено до сведения, что, когда будет надо — белье у меня попросят сами. Как изначально и задумывалось. Поняв, что удивляться за сегодня устал — отнесся к этому ровно и с пониманием. Фактически, все вернулось на круги своя, потому как это нижнее белье от сестры я получил именно с этими директивами.
Как ни странно, все вели себя крайне прилично. Рио не пытался издеваться над людьми, Хайсо не отмачивал шуток на грани фола, Мичико исправно веселилась, вполне дружелюбно общаясь с остальными девушками, а Асуми удерживала себя в рамках… почти. В ресторане суши, где мы решили поужинать, она нанесла немалый ущерб моему кошельку. На правах пригласившего за всё платил я.
— Наелась-наелась! — с довольным видом потянулась Асуми, задирая руки вверх, — Настоящий рай! Теперь бы кому-нибудь по роже врезать — и будет совсем хорошо!
Сказала она это просто так, но в присутствии того, кто привык замечать любые уязвимости окружающих… и пользоваться ими.
— Так зачем дело встало? — хмыкнул Рио, тыкая своими палочками в меня, — Вот сидит.
За столом воцарилась тишина. Ненадолго.
— Вы о чем? — поинтересовалась Ленка, переводя взгляд с одного члена застолья на другого. Хиракава тем временем, слегка побледнев, принялась пялиться на меня. Мана испуганно моргала.
— Ну, они «надевшие черное», — взял слово Онивабаши, — Значит, могут провести бой. Я бы посмотрел.