Углерод
Шрифт:
– Извините пожалуйста, мне право неловко.
– обратился всё тот же мужчина с золотыми часами, жалобно глядя технику в глаза.
– Я просто хотел...
– Может хватит уже, а?
Техник прекрасно понял, чего он хочет. Протянув ему кулёк с пирожками добавил:
– Приятного аппетита.
Глава N4
– Как и обещал.
Леонид стоял посреди магазина четыре часа спустя. Не сказать, что он провёл это время хоть сколько-нибудь плодотворно, но хотя бы немного развлёкся.
Мужичок,
Последнее, что мужичку удалось запомнить так это гулянку в ресторане. Под действием алкоголя, банальное знакомство с такой же пьяной женщиной, переросло в конфликт класса "выйдем-поговорим". Дальше последовал удар по затылку, кажется канализационный коллектор и лес. Помотавшись денёк другой по лесу, он вышел на грунтовую дорогу и пошёл куда глаза глядят. По дороге встретил пару обозов запряжёнными странными животными. В ответ на просьбу подвезти, добрые люди посылали к чёрту. Двое суток спустя, он подошёл к Митрофан-Дикосту. Уже на входе в деревню, его, так же, как и Леонида, угораздило пересечься с дружинниками, и быть с ними мягко говоря бестактным. Суровые люди в камуфляже пересчитали ему рёбра, после чего отволокли в комендатуру. Почти трое суток за решёткой его морили голодом, давали только воду.
Когда выпустили, само собой, после регистрации. Мужичок не придумал ничего лучше старого доброго воровства, залез на чей-то участок, и принялся дёргать всё, что росло на грядках. Так как делал он это средь бела дня, наказание последовало незамедлительно. Хозяин участка решил не предавать голодающего предпринимателя правосудию, а просто одним ударом отправил в нокаут. Синяк под глазом красноречиво говорил о том, что удар был действительно мастерским. В конце концов он подслушал, как хозяйка магазина ищет работника и решил попытать удачу. Здесь на сцене появился техник, зарубив на корню его славную трудовую деятельность.
Будучи человеком хоть и состоятельным, но жадным, мужичок так и не купил себе имиджевые предметы из золота. Сэкономленные, как он выразился, на налогах и "всякой чепухе" деньги, предпочитал вкладывать в недвижимость, а не побрякушки. Провальная попытка продать часы и перо с обыкновенным напылением чуть не обернулась для него огнестрельными ранениями. Екатерина отказалась покупать у мужичка вещи. Он, видимо забыв, что находится не на Земле, попытался "наехать" на несговорчивую хозяйку магазина. Самойлова в долгу не осталась и достала из-за стойки самый настоящий ППШ. Леонид готов был поклясться, что автоматического оружия в магазине не видел. Значит хозяйка была хорошо вооружена и скорее всего могла продать из-под полы игрушку посолиднее двустволки.
Техник смотрел на помятого мужичка и улыбался. Мысль о том, что благодаря обыкновенной сдержанности, удалось избежать заключения и побоев, приятно согревала его.
Доев пирожки и выпив молоко, мужичок начал жаловаться на жизнь, на дружинников, на Самойлову, на всех. Техник некоторое время терпел из вежливости, но не долго. Сначала он просто просил угомониться, но мужичок не сжалился над техником и продолжал блеять. Потеряв терпение, Леонид, заткнул его матерной тирадой, а затем отправился искать кузнеца. Но не тут-то было. Недавний собеседник поплёлся следом. Лишний раз убедившись, что альтруизм должен быть не только избирательным, но и строжайше дозированным, техник решил просто игнорировать мужичка и прибавил шаг. Тот не отставал. Он шёл за техником и постоянно ныл. Вскоре нытьё переросло в попрошайничество. Видимо решив, что наткнулся на сердобольного лоха, мужичок принялся клянчить деньги. Леонид же продолжал игнорировать бывшего предпринимателя и недоумевал. Он поделился с ним едой, совершенно бескорыстно, но даже не услышал слов благодарности.
Преследователь решил сменить тактику и попытался пристыдить
Развернувшись он оказался лицом к лицу с мужичком. Не говоря ни слова, ударил предпринимателя в глаз, но уже в другой. Как уже упоминалось ранее, драться техник так толком и не научился, но и этого хватило для того, чтобы попрошайка упал на спину. Церемониться не имело смысла, мужичок был прижат коленом к земле, из кармана явилась серебряная десятка. Он схватил предпринимателя правой рукой за горло, слегка надавил большим пальцем между выступом гортани и перстеневидным хрящом. Надави он значительно сильнее, и жертва произвола местных правоохранительных органов могла бы отправиться на тот свет средь бела дня, почти в центре деревни... Убивать его, техник не собирался, поэтому сильно не давил, а скорее деликатно душил. Мужичок захрипел, открыв рот, чтобы безуспешно сделать вдох даже не думая защищаться. Техник же принялся заталкивать червонец ему в рот. И затолкал. Но одного червонца Леониду показалось мало. Вскоре во рту попрошайки, вкупе с монетой, уместилось несколько пригоршней дорожного грунта.
Напоследок, заехав мужичку по зубам, техник поднялся, кивнул двум женщинам, которые стали невольными свидетелями "немой" сцены, и молча пошёл прочь. Мужичок не издал не звука, а Леонид убедился в тезисе, что некоторым людям действительно можно заткнуть рот деньгами. Кузнеца он так и не нашёл.
– Да, я вижу. Долго шёл. Смотри не растряси, это - обед.
Самойлова была снова недовольна. Она вручила Леониду кустарный рюкзак с чем-то тяжёлым внутри. От рюкзака действительно исходил приятный запах. Какой именно, заядлый курильщик разобрать не смог. Ожидая пока Самойлова соберётся, Леонид ещё раз осмотрел стойки с оружием в надежде увидеть что-нибудь автоматическое.
– Если бы ты назначила точное время, я бы пришёл раньше. Но тут же не поймёшь который час...
– Леонид оправдывался сам не зная почему - А это, что за цаца?
– спросил он, показывая пальцем на огромный револьвер.
– Где? А! Это.
– Екатерина поняла о чём он.
– Это - МЦ-255. Точнее обрез от него. В полноразмерном состоянии неплохая штука, барабан на пять патронов, двенадцатый калибр. Никак продать не могу. Для охоты уже не годится, а для защиты дома слишком дорогой. Хочешь купить?
– Не знаю. Я бы предпочёл что-нибудь автоматическое и нарезное.
– Даже полуавтоматического нет, если ты не заметил.
Действительно, за предыдущие четыре часа ассортимент оружия изменений не претерпел и всё так же представлял собой охотничьи ружья и обрезы, но имелась и пара винтовок Мосина.
– Если у тебя есть хотя бы пистолет Макарова, - продолжила Самойлова, - то у тебя его выкупит дружина. И выкупит в добровольно-принудительном порядке, за бесценок. Всё нарезное автоматическое и полуавтоматическое оружие здесь принадлежит дружине. И не нарезное полуавтоматическое тоже. Но если тебя угораздило разжиться чем-то таким... Ну там, солдатика мёртвого нашёл или охотничка с Сайгой или "Помпой"... Неси это мне. Я куплю и деньгами не обижу. Насчёт обреза, за полторы тысячи рублей он твой, даже пять патронов в довесок дам.
– Это же получается тридцать полновесных серебряников. Действительно, недёшево. Если я его куплю, то обязательно обзову Иудой. Так что там со временем?
Леонид любил давать имена харизматичным вещам.
– А ничего.
– ответила Екатерина, показав пальцем на выход.
Они вышли на улицу, Самойлова принялась возиться с замком. Она била по двери ногой, наваливалась на неё всем весом. Две минуты спустя, громко щёлкнув, замок зафиксировал дверь в закрытом положении.
– Пошли. Часы здесь не пользуются особым спросом, особенно электронные. В земных сутках двадцать четыре часа ровно, а в здешних двадцать пять часов двадцать две минуты.