Угроза
Шрифт:
– Тулпан!
– сотник ворвался в зал, сшибая хажцев. Теперь или бросить в бой все силы, или смотреть, как их уничтожают по частям.
– Мне нужны все твои люди, все!
Прежде чем королева успела что-то ответить, воины повалили наружу, выталкивая своей массой и Олафа, и Иржу. Сотник не слышал своего голоса, но шар Фольша помогал доносить до окружающих свои эмоции, общаться с ними на языке смертоносцев.
– Просто стреляйте в стрекоз! Разбредитесь вокруг дворца, прячьтесь в парке и стреляйте вверх!
От пропасти донесся грозный гул, армия речников хлынула на мост, торопясь
"Олаф, мы здесь! Я вижу людей на мосту!"
"Сбрасывай с себя все, Зижда, людей и сумки, бегите туда, скиньте их в пропасть! Вы сможете остановить речников в узком месте, а потом мы разрушим мост!"
"Стрекозы, покоряка," - Зижда успел одновременно передать приказ Люсьену, и тот уже сбрасывал со спины паука тюки, следом полетел медлительный Барук.
– "Не дай перебить нас стрекозам, тогда мы остановим речников."
"Я иду!" - Иржа рванулся с места, чтобы успеть первым врезаться в толпу воинов.
– Ваус! Пусть твои люди защищают пауков, не себя!
– Олаф побежал вслед за смертоносцем, в правой руке держа лук, а левой вытаскивая меч, потому что речники уже разбегались по широкой площадке у моста.
Сотня дворцовых стражников, наиболее дисциплинированных воинов, последовала за ним, чтобы не позволить людям стрекоз убить смертоносцев. На глазах Олафа Иржа налетел на речников. Воины хотели уклониться от встречи с ним, возникла толкучка, но их было слишком много. Кровавя тело о выставленные вперед мечи, смертоносец каждым ударом лапы уносил жизнь нескольких речников, могучие жвалы отрывали конечности.
Олаф выстрелил в зависшую над Иржей стрекозу, но позабыл, что в его колчане уже не отравленные стрелы. Насекомое дернулось, получив удар в хвост, но осталось висеть на месте, позволяя лучнику в упор расстреливать паука. К счастью, хажцы оказались более опытны и через мгновение враг повис в своей сетке, выронив лук.
Речники обегали кровавое месиво, в котором ворочался смертоносец, набегали на стражников. Олаф не мог больше стрелять, ему приходилось рубить мечом, другая летучка повисла над Иржей. Слишком низко - насекомое забыло о прыгучести пауков. Подоспевший Зижда сходу взлетел в воздух, дотянулся лапой до человека. Когти запутались в сетке и стрекоза словно какое-то неведомое оружие упала в толпу речников, отрубая им руки и головы твердыми трепещущими крыльями.
Появление четырех свежих восьмилапых позволило полностью перекрыть путь речникам. Из толпы, с моста, с другой стороны пропасти в них стреляли, но напирающие тысячи речников так стиснули друг друга, что удавалось это немногим. Около двух сотен все же прорвавшихся, разбежавшихся по парку врагов вступили в беспорядочную рубку с хажцами.
– Я… - Люсьен упал на колени, не в силах говорить, он мчался бегом слишком долго.
– Останься пока здесь, - сотник слышал его невысказанный вопрос.
– Пока надо только… Дай стрелы!
Колчан на спине Люсьена держался слишком крепко, так что срывать его Олаф не стал, брал стрелы прямо
В поисках очередной мишени сотник обвел взглядом небо. Стрекоз почти не осталось! Заплатив дорого за каждую из них, хажцы избавились от угрозы сверху. Но шар Фольша подсказал посмотреть на юго-восток - оттуда тянулись новые эскадры.
– Они начали на рассвете, чтобы иметь в запасе весь день, - поделился мыслями очухавшийся Люсьен.
– Иначе мы бы…
Рядом стояли джеты, выпуская стрелу за стрелой, Стас, на земле у его ног присела Сильда, красная после долгого бега. "Зачем вы ее-то сюда притащили из поселка?" - сердито подумал Олаф.
– Да не было времени с ней драться, - в промежутке между выстрелами, не оборачиваясь, ответил Люсьен.
Он слышал мысли сотника! Олаф запретил себе думать об этом. Думать потом, сейчас - пользоваться.
– Ваус! Смертоносцы уже на мосту, от речников летят клочья, но без них нам конец! Лучники должны идти следом, не давать стрекозам убить их, это стоит любых жертв!
"Надо разрушить мост!"
Где-то неподалеку, смешавшись с воинами, Ваус кричал, не видя сотника, так же как сотник не видел его, но шар Фольша соединял их мысли. Они говорили как смертоносцы, а может быть, даже лучше них.
– Не трогай мост, Ваус!
– сотник успокоился, как часто случалось с ним прежде, в степи, в критические моменты боев с повстанцами.
– Они построят другой мост завтра. Пока мы будем его ломать, они оторвутся, перестроятся, истыкают смертоносцев стрелами! Надо гнать их, Ваус, гнать пока они не побегут сами! Иди за смертоносцами.
"Я понял!" - донеслось до него.
Хороший парень этот Ваус…
– Да, я его давно знаю, - Люсьен шел рядом, стреляя на ходу.
– Из него будет толк со временем.
Олаф подумал, что надо научиться лучше контролировать свои мысли, и тут же покосился на Люсьена. Стражник не отреагировал, вроде бы не услышал. Оглянувшись на дворец, сотник убедился, что все прорвавшиеся речники уже уничтожены, битва упорядочилась. Хажцы, старясь держаться друг от друга на дистанции, шли за пауками, стреляя в летучек. Только около сотни бойцов ввязалось в бой вместе с пауками, кто-то с топором сидел на спине Зижды, исхитряясь удерживаться на мечущемся восьмилапом.
Смертоносцы уже миновали мост, который стал скользким от крови и растерзанных внутренностей. На той стороне пропасти Олаф увидел лица, очень много обреченных лиц воинов, стиснутых товарищами со всех сторон. Хвост многотысячной армии, все еще скрытый далеко за поворотом дороги, давил на передних, не оставляя им шанса выжить.
– Это плохо, что их так давят, - по привычке сделал вывод сотник.
– У них нет возможности побежать, будут драться. Не понимаю, как Иржа еще жив.
Хитин со смертоносца местами был сбит начисто, у паука не хватало нескольких лап, но излучающий ярость паук продолжал сражаться, продвигаясь вперед. И было что-то еще кроме ярости… Олаф прислушался: странная форма наслаждения.