Угрюмый город
Шрифт:
— То есть то, что мы должны найти, уже давно заперто у них в подвале? Вместе с Игорем? — недоверчиво переспросил Щербак.
— Да. И они, точно зная, что мы ничего не найдем, нас активно пугают и ждут, пока мы уберемся обратно в Москву.
Николай минут пять молчал, переваривая новые выводы.
— Слушай, шеф, мне это нравится, — наконец заявил он. — Ей-богу, нравится. Правда, твой Кравцов, вернее, наш Кравцов, сюда не вписывается абсолютно…
— И Кравцов вписывается, — не согласился Денис. — Он что-то скрывает. Значит, либо он
— То есть на железяку можно временно плюнуть и заниматься исключительно убийством Олега?
— Вот именно.
— Кравцов виноват или не Кравцов, мы, продолжая ковырять убийство, автоматически выйдем на «ГУП»?
— Да.
— А кто нас все-таки вызвал? Кто «В»?
— Наверное, при такой постановке задачи это не имеет особого значения, — ответил Денис. — Пока не имеет. Любой, кто знал о нашем существовании и имел наши координаты, мог нас вызвать. Например, Шуйский, если Игорь и ему сболтнул, что есть на свете крутые парни Грязнов и Щербак, или родители Игоря, или та же Лилия. Он ведь тут всех нами пугал. И у родителей, и у Лилии наверняка могут быть причины не признаваться, что они наши реальные заказчики, а у Шуйского эти причины очень даже веские.
— И ты абсолютно уверен, что Шуйский — всего лишь жертва? Что его использовали вслепую?
— Ну не тянет он на организатора и вдохновителя, хоть убей! А пешкой в этом деле может быть. Вполне может быть. Я думаю, у него действительно украли что- то очень ценное. Возможно, он и не сказал мне правды о том, что именно это было, но что-то пропало определенно. А потом его подтолкнули нанять для поисков именно Олега. Собственно, давай попробуем спросить у него напрямую. — Денис отыскал визитку Шуйского и, включив диктофон, позвонил ему на сотовый, — Дмитрий Сергеевич? Грязнов.
— Есть прогресс?
— Есть вопрос. Скажите, когда вы решили обратиться за помощью к частному детективу, вы сразу остановились на Олеге Вовке? Он ведь не единственный.
— Я не совсем понимаю… Вы намекаете, что я и прежде имел с ним дело, но умолчал об этом? Я уже, кажется, объяснил вам: в Снежинске нет агентства более достойного, чем «Сатурн», и совершенно точно на тот момент не было лучшего специалиста, чем Вовк…
— И это несмотря на то что Олег в последний год практически не работал и нажил себе скандальную репутацию?
— Мастерство, как говорят в народе, не пропьешь.
Денис отключился и резюмировал для Николая:
— Шуйскому, по его словам, никто к Олегу обращаться не советовал, но с точки зрения снежинца другого кандидата просто не было. Вот так вот.
— Так поехали щемить Кравцова! — рявкнул Щербак. — Сначала в АТП, где он сидел начальником смены, и не дай Боже не найдется минимум трех свидетелей, которые подтвердят, что он делал в ту субботу с тринадцати десяти до тринадцати сорока пяти!
19.20
АТП-10362
В дежурке прямо за проходной расположились двое парней в черных комбинезонах, черных беретах и высоких десантных ботинках, на груди у каждого над правым карманом нашивка с желтой надписью «охрана», на левом рукаве — шеврон, на котором разобрать можно только «Сатурн», а остальное — странное переплетение каких-то линий и пятнышек. Парням было лет по двадцать пять. Они пили кофе или чай из больших алюминиевых кружек и мирно беседовали.
Щербак за несколько шагов до проходной начал разминать физиономию и в дежурку вошел с таким выражением лица, которое просто не могло не вызвать у охранников полнейшего доверия. Глядя в его честные глаза, рядовые сотрудники «Сатурна» просто обязаны были как на духу выложить все, что знали, и даже больше того.
Николай смело толкнул стеклянную дверь «Комната охраны. Посторонним вход воспрещен» и приветственно помахал рукой:
— Здорово, мужики, поговорить надо.
Парни не возмутились и не попросили его покинуть помещение, как человека явно постороннего. Они с готовностью обернулись к нему и ждали, что он скажет дальше.
— Я Николай. Он, — Щербак кивнул на Дениса, — Денис. Мы те самые столичные сыщики, с которыми Кравцов вам всем разговаривать запретил категорически.
Охранники переглянулись, ухмыльнулись, и ухмылка эта была однозначно по поводу категорических распоряжений Кравцова.
— Кравцов, насколько мы поняли, еще недавно был вашим непосредственным начальником, пока не стал большим боссом?
— Был, — ответил один из парней и почему-то покраснел.
Щербак прошел на середину комнаты, уселся на свободный стул.
— Давайте познакомимся, что ли? — он протянул руку поочередно каждому из охранников.
— Саша.
— Михаил.
— Вы из-за несчастного случая с Олегом Петровичем приехали? — спросил Саша и снова покраснел.
— Чаю хотите? — предложил Михаил.
— Чаю — это здорово, — откликнулся Николай, и Саша с Михаилом стремительно организовали еще две алюминиевые кружки и налили гостям крепкого до непрозрачности чая.
Минут пять, пока чаевничали, поболтали о пустяках: о погоде, о нежарком снежинском лете, о том, что в Москве теплее, а где-нибудь в Крыму вообще благодать, почти как в Японии, что наши завтра должны обязательно выиграть у японцев, что всем здесь присутствующим повезло: завтра выходной и футбол посмотреть ничто не помешает.