Ухватить молнию

Азаро Кэтрин

Охранник пристально рассматривал Джошуа.

– Чакрабарти? Но ведь это, если не ошибаюсь, индийская фамилия?

В ответ Джошуа посмотрел на него самым что ни на есть невинным взглядом.

– Да, сэр. Но мать у меня шведка.

Охранник вернул Джошуа удостоверение и помахал в сторону выхода.

– Марджори сфотографирует вас и выдаст новые удостоверения.

Пока нас фотографировали, я старалась держаться как можно спокойнее. И все-таки мне не давал покоя вопрос, что испытывает человек, когда его фотографируют

для полицейского досье. Как ни странно, эта Марджори всего лишь выдала нам внутренние удостоверения Йейгеровской базы, и наша компания вновь была свободна. Мы вышли на улицу под палящий зной. Вокруг, сколько хватал глаз, расстилалась пустыня Мохаве.

Военкоп помахал в сторону нашего джипа.

– Можете ехать.

Дэниэл в ответ поднял руку – мол, спасибо, вас понял. Все шло как по маслу. До того момента, пока Эльтор не застыл на месте, прижав пальцы к виску.

Мы остановились рядом с ним.

– Что-то не так? – спросил его Джошуа. Эльтор не ответил, и тогда я потянула его за рукав.

– Пойдем.

Впервые за все это время Дэниэл проявил признаки беспокойства.

– Здесь нельзя останавливаться, – прошептал он.

Эльтор опустил руку.

– ******.

– Что ты сказал? – Я уставилась на него, ничего не понимая.

– **** ****.

Хизер негромко выругалась.

– Что с ним такое?

К нам подошел военкоп.

– У вас возникли проблемы?

Хизер моментально вытащила из сумки бумажный носовой платок и громко высморкалась. Я было подумала, что у нее не все в порядке с головой. Пока мне не стало ясно, что эта уловка призвана отвлечь внимание от Эльтора.

– Что у вас стряслось? – еще раз поинтересовался военкоп.

– Ничего, просто аллергия на цветочную пыльцу. – Хизер похлюпала носом. – Приходится всякий раз мучиться.

– Не вы одна. От этой напасти у нас страдает добрая половины народу, – покачал головой охранник. – Некоторым помогают самые обыкновенные средства, каких полно в любой аптеке. Но если вам совсем худо, лучше проконсультироваться с врачом. Весной сенная лихорадка у нас здесь сродни чуме.

– Спасибо, как-нибудь потерплю.

Хизер изобразила вымученную улыбку.

Военкоп кивнул и пошел назад на свой пост. Мы тоже двинулись к машине.

– Откуда тебе известно про аллергию? – шепотом поинтересовался Дэн. – У тебя был вид настоящей страдалицы.

– А я и так ею мучаюсь, – поморщилась Хизер. – Охранник ничуть не преувеличил, назвав ее чумой.

– А ты как? – обратился Джошуа к Эльтору. – Все нормально?

– Да.

– А что случилось? – не унималась я.

– Джаг, – ответил Эльтор. Его акцент стал снова заметен. – Он совсем близко. Я попытался установить с ним связь. Он поврежден. Повреждения разные – одни старые, другие новей. – Эльтор говорил, и пот градом катился у него со лба. – Что они творят с моим мозгом? Я не могу… я теряю способность интегрировать

мои функции.

– А что будет, если они не прекратят свое занятие? – поинтересовался Дэниэл.

– Не знаю. – Эльтор прибавил шаг. – Не хочу даже думать об этом.

Мы сели в джип и поехали на Северную базу. Когда мы уже почти были на месте, посреди пустыни выросли три огромных ангара. Они были словно из сказки – громадные цилиндры с круглыми куполами, каждый выкрашен в свой цвет – один голубой, другой зеленый, третий желтый. Но прежде всего бросались в глаза нарисованные на них картины – взмывающие ввысь самолеты.

– Эй, – Джошуа даже присвистнул от восторга, – вот это да!

– Ваши военные всегда украшают свои ангары рисунками? – поинтересовался Эльтор.

– А что в этом такого? – пожал плечами Дэн.

– Первый раз вижу, – пояснил Эльтор.

Мы припарковали джип у служебного помещения. На другой стороне в сетке забора виднелся контрольно-пропускной пункт. Туда мы и направились. Обжигающий ветер пустыни трепал наши волосы. Хизер расчихалась и громко высморкалась.» *

Дэниэл прошел через контроль первым, гордо демонстрируя свое удостоверение. Военкоп взял его у него из рук, посмотрел на Дэна, затем на фотографию, сравнил их между собой и кивнул – мол, проходи.

Следующей была моя очередь. Я протянула удостоверение. Охранник посмотрел на него, затем испытующим взглядом окинул меня.

– И давно вы работаете в Массачусетсом технологическом?

Держи себя в руках, мысленно скомандовала я и с невинным видом произнесла:

– Три года.

– Что такое байт? – ни с того ни с сего спросил охранник. Я никак не могла понять, к чему он клонит. Скорее всего он не поверил, что я этакий гений от информатики, иначе зачем ему задавать такие дурацкие вопросы.

– Байт – это часть компьютера, – ляпнула я наобум.

Он помахал мне рукой – мол, проходите, после чего проверил удостоверения остальных. Итак, мы все прошли контроль и оказались на территории Северной базы. Смотреть здесь было особо не на что – несколько зданий под палящим солнцем. Дальше тянулось высохшее озеро. От жары сухое дно запеклось коркой.

– Тебе крупно повезло, что этот чувак не разбирается в компьютерах, – буркнул мне Дэниэл.

– С чего ты это взял? – не поняла я.

– Байт это не часть компьютера. Это восемь битов. Нулей или единиц.

– Но он ей поверил, – вступился за меня Джошуа. – А это самое главное.

Пока мы шли, Эльтор то и дело оглядывался по сторонам. По территории базы расхаживали военкопы в камуфляже, и не одни, а с собаками. Мимо нас тарахтели какие-то приземистые транспортные средства, нечто среднее между танками и гигантскими тараканами-вездеходами.

– Да, тут у них и муравей не проползет, – прокомментировал Эльтор.

– Состояние боеготовности «Чарли», – пояснил Дэниэл.