Укразия
Шрифт:
— Здорово хватил!
— Брось его к черту!
— Пьян, как стелька. Идем!
— А то он тебе харакири банзай сделает.
И со смехом, схватив Джона под руку, они весело сбежали с веранды к морю.
Барлетт, посасывая свою сигару, наконец закончил подсчет выигранных денег. Спокойно уложил их в карман, бросил «на чай» один фунт. Дройд потянулся и встал.
— Становится скучно, сэр Барлетт.
— Что же делать?
Подошли вечно неразлучные ротмистр Энгер и капитан Иванов.
—
— Не желаете ли составить компанию?
— Это вам напомнит ваши колониальные приключения, — прибавил Энгер.
Около столика Барлетта остановился один офицер и усиленно стал раскуривать папироску.
Барлетт, привстав из-за стола, улыбнулся Энгеру. Ему этот немного иронический офицер импонировал.
— С удовольствием.
Всей группой вышли из ложи.
Как только Барлетт отошел от стола, офицер, старательно раскуривавший папироску, живо схватил оставленный на чай лакею фунт, бросив на его место «колокольчик».
— Разменял по курсу, — и, улыбнувшись собственному остроумию, офицер вышел из ложи.
За столиками в зале появились трупы, и их эвакуировали в мертвецкую.
— Странно, где князь? — неожиданно спросил Энгер.
— Пьет горькую, — улыбнулся Иванов. На веранде все было по-прежнему.
Только матовые шары погасли через один, отдав веранду в распоряжение луны.
Луна постаралась. И на паркете сделала такие бледные пятна, пятна света, что каждое лицо, попадавшее в полосу света, становилось бледно-зеленым.
— Вот и князь!
— Он, кажется, спит, — и Иванов быстро подошел к нему.
— Ну, князь, вставай, — и толкнул его в плечо.
Тело князя бессильно опустилось на пол, и только сейчас все увидели лужу крови.
Над убитым быстро наклонился Энгер.
Его пытливые глаза сразу оценили положение и, смотря в упор на Иванова, он бросил:
— Это дело красных.
— Это не может быть, — запротестовал Иванов, — красные и здесь? Я не допускаю даже этой мысли.
Ротмистр Энгер выпрямился.
— Капитан, надо быть внимательным и осторожным: это дело красных.
Барлетт немного сморщился, ему претила кровь. Взяв Дройда под руку, он спустился с ним в аллею, ведущую к морю, оглянулся через плечо и, презрительно растягивая слова, сказал:
— Укразия…
Глава XXIII
Курильня Ван-Рооза
События в эту ночь продолжали развертываться с небывалой быстротой. Весь город, погруженный в тьму, грезил и изредка содрогался от выстрелов, нарушающих покой. Еще по улицам бродило несколько патрулей, да и то они уже потеряли и желание, и охоту искать и ловить, а больше думали об отдыхе. Больше сидели, чем ходили.
Ветер раскачивал громадный фонарь над проломом в стене. Это
Ван-Рооз давно уже был на месте и флегматично давал распоряжения китайцам и Тзень-Фу-Синю…
Давно уже генерал Биллинг, полковник Каменщиков, Самарова и целый ряд других офицеров предавались пьянству и курению.
Макаров, элегантно одетый, вполне походил на джентльмена, спекулирующего валютой. Катя казалась чересчур благородной кокоткой, но это ей шло и должно было остановить слишком привыкшие к свободе руки.
Подъехали на извозчике к провалу в стене. Автомобиль № 6341, пыхтя, отодвинулся в сторону, зацепив лучами глаз обе фигуры, Макарова и Кати, быстро вошедших в аллею.
— Ну, держись, Катя.
— Я уверена в успехе.
— Только одно… Помни, ты кокотка.
— А ты валютчик.
И оба, засмеявшись, спустились по лестнице к сырому подземному коридору.
Липкий воздух, паутина цеплялась за шедших, и под ногами то и дело торопливо шлепали в сторону жирные серые лягушки и шмыгали, быстро цепляясь стрелкой хвоста, крысы.
— Стой!
— Тсс…
Макаров и Катя вросли в землю: мимо них быстрыми шагами прошли два офицера…
Через мгновение впереди мелькнул свет. Окно в тумане. Окно в синий свет, окно в фантастику. Мелькнуло на мгновение лицо Тзень-Фу-Синя, мелькнули два офицерских силуэта. Свет заструился в коридор не резким бликом, а какими-то неуверенными лучами. Уперся в ближайшую стену и струился, заставляя жмурить глаза.
Катя и Макаров, сделав несколько шагов, прикрыли лица руками.
— Ну и свет, черт побери!
— Я слепну.
Открыли глаза. Перед ними, шагах в десяти, спокойно стояла фигура Тзень-Фу-Синя, а за его спиной, в потоке струящегося света, фигура офицера. Сверкнул погон, на плече задрожал аксельбант: через плечо китайца протянулась рука, пальцем указывая на них…
Определить, кто был офицер, не было возможности, но Макарову и Кате было совершенно ясно, что это был или капитан Иванов или ротмистр Энгер. Офицер, видимо, что-то говорил, так как китаец утвердительно кивал головой, всматриваясь пристальными глазами в Макарова и Катю.
Это было мгновение. Все исчезло, и снова мрак, и снова под ногами шныряли крысы. Макаров щелкнул револьвером.
— Тсс… Спрячь, ради бога. Выдержка…
— Нет, я проверил.
— Китайская могила. Ничего не разберу.
Снова перед ними яркий синий туман, и Тзень-Фу-Синь, улыбаясь во весь рот, склонившись, открыл замаскированную дверь.
— Добро пожаловать…
Вошли. И сразу их шаги утонули в мягких, настланных на полу, коврах.
Катя и Макаров прибыли в «курильню Ван-Рооза».