Укротитель диких
Шрифт:
– Да хранит его Господь! – пылко произнесла девушка. – Я никогда не видела такого парня! Посмотри на копье! Он держит его так, как будто собирается пронзить им стену дома!
Подъехавший с таким блеском Южный Ветер остановил пони прямо у дома Уэйра и поднял руку. Пони нетерпеливо танцевал под всадником.
– Привет, Южный Ветер! – просто, без церемоний обратился к нему Рори. Он сознательно высунулся из окна.
– Не делай этого! – закричала Нэнси. – Они могут выстрелить! Индейцы знают, что в тебе наша сила! Я хотела сказать, полсилы, – добавила она,
Но Берн добродушно и с величайшей скромностью покачал головой.
– Они не выстрелят, – ответил ей Рори. – Не станут рисковать жизнью такого парня, как Южный Ветер. Как дела, Южный Ветер? – добавил он, обратясь к юноше.
– Отец, – сказал мальчик, – отойди назад в укрытие. Слишком много нетерпеливых глаз и злых сердец среди тех, кто ждет там. Кто-то может выстрелить раньше, чем подумает.
– И все-таки я рискну, – сказал Рори. – Кто-то ведь должен делать это.
– Тогда я подъеду ближе, – великодушно решил Южный Ветер. – Если они выстрелят, то скорее всего попадут в меня. Может, это их чуть-чуть удержит.
Он подъехал к окну, из которого высовывался Рори, почти вплотную.
– Ну, Южный Ветер, – сказал белый человек, – я рад снова видеть тебя. Ты прекрасно держался в седле. Мы восхищались тобой. Как отец, Южный Ветер, как другие вожди и воины?
– Все они опечалены смертью Черной Стрелы, – ответил мальчик. – И мы гнались за белыми солдатами, но никого не убили. Ранили многих, но ни одно седло не опустело. И тут случилась беда: Пятнистая Антилопа лежит мертвый, вон там, упав на забор, как пустая шкура, а не как сильный молодой воин. Сегодня не очень счастливый день для апачей, отец.
– Вот видишь, Южный Ветер, – сказал ему Рори. – Я говорил тебе, что заклинание Большого Коня не очень сильное. Теперь ты сам можешь в этом убедиться.
– Да, и я, и другие вожди тоже, – ответил мальчик. – Они не очень довольны Большим Конем. Он все еще колдует и на этот раз обещает сделать так, что все скальпы внутри этих стен окажутся в наших руках. Ты слышишь, отец? Все скальпы до единого!
Он торжественно поднял указательный палец.
– Конечно слышу, – сказал Рори Мичел.
– И это будет не очень сильное заклинание. Осталось недолго ждать наступления темноты.
Южный Ветер произнес эти слова тише.
– И тогда апачи, конечно, атакуют, – рассуждал Рори.
– Я этого не сказал. Я не могу это сказать. Но нас много, а вас здесь несколько человек!
– Несколько человек и сильное заклинание, – настаивал Рори.
Мальчик вздохнул и покачал головой.
– Самый храбрый мужчина, – заявил Южный Ветер в ответ, – всегда говорит более храбрые слова, чем он чувствует. Это так похоже на тебя, отец. Я знаю, ты никогда не будешь говорить как женщина. Я горжусь, когда слышу твои слова. Однажды, перед тем как умереть, я тоже буду так говорить. Но сейчас послушай меня, потому что я хочу сказать то, что тебе будет полезно.
– Я слушаю, Южный Ветер.
– Я разговаривал с вождями, то есть не я, а мой отец. Он заставил их пообещать сохранить тебе
– В самом деле?
– Да, ты будешь жить. Ты сделал великое дело для всех апачей. Они не забыли это. Мой отец разговаривал с каждым вождем и со старейшими воинами. Они хотят оставить тебя в живых, но все, что они просят в обмен на жизнь, – это красный камень.
– Давай, Рори, – подгонял его капитан, потому что тот молчал, пораженный этим предложением.
– Да, конечно, – торопливо сказала Нэнси, – наше положение безнадежно. У всех нас.
Рори повернулся к девушке и как-то странно слегка улыбнулся ей.
– Я должен сбежать, Нэн, да? – спросил он.
Тогда миссис Уэйр серьезно сказала:
– Мы все погибнем, Рори. Я чувствую это. Мы все это чувствуем. Если можно спасти твою жизнь, уходи, и благослови тебя Господь за то, что ты для нас сделал и за то, что пытался сделать!
– Это больше чем достаточно, – сказала Нэнси.
Рори повернулся спиной и к ним, и к их словам. Он снова смотрел на индейца.
– Иди к вождям, Южный Ветер, и скажи им, что здесь есть молодая девушка, которая не сделала зла никому из апачей. Если они согласятся отпустить ее, если и я увижу, что она свободно уедет из долины, тогда я верну рубин. И когда ее здесь не будет, пусть попробуют снять с меня скальп. Тебе все ясно?
– О Боже! – закричал в негодовании мальчик. – Я приезжаю к тебе, отец, и разговариваю о твоей собственной жизни, которая стоит больше, чем вигвамы, табуны лошадей, горы одеял, бус, ножей и ружей! Я предлагаю тебе твою жизнь, а вместо этого ты предлагаешь в обмен жизнь молодой женщины. Я видел ее. В ее руках силы не больше, чем у ребенка. Она никогда не сможет держать в порядке твой вигвам, шить тебе одежду, точить оружие и готовить еду, не сможет вышивать бисером и делать то, что должна делать женщина! О чем ты говоришь, отец? Я предлагаю тебе жизнь, а ты смеешься мне в лицо!
– Я не смеюсь. Смотри!
Он вытащил из кармана сверток из замши, развернул его, и рубин засиял перед глазами мальчика.
– Видишь, Южный Ветер? Я отдаю это за жизнь девушки, если они отпустят ее на свободу. Иначе я не отдам ничего и все силы пущу на заклинание против апачей.
Некоторое время мальчик молчал, тяжело дыша.
– Мой отец все сказал? – наконец спросил он.
– Я сказал все, что хотел, – ответил Рори. – Если они примут мое предложение, приходи забрать камень. Если нет, то махните белым флагом с сарая еще раз. Мы будем знать, что это война до конца.
– Ты все сказал. Прощай, отец!
Он поднял правую руку, торжественно салютуя, потом резко повернул пони и так же, как и раньше, пулей вернулся к сараю, перелетев через изгородь загона.
– Рори, – сказала девушка, – ты понимаешь, что погубил свою жизнь?
– Не буду в этом уверен до тех пор, пока жив, – ответил ей Рори.
– А они… – начала миссис Уэйр.
– А что это за красный камень? – полюбопытствовал капитан.
– Рубин стоимостью в корону, – просто ответил Рори.