Укротитель диких

Брэнд Макс

Тут со стороны сарая раздались злобные крики индейцев, и в следующий момент на его углу угрожающе взметнулся белый флаг.

Глава 30

– Ты упустил шанс, Рори, – сказал капитан Берн, смотря на юношу. – На твоем месте мне хотелось бы поступить так же, но не уверен, что у меня хватило бы духа!

В разговор вступила миссис Уэйр.

– Дети, – величественно начала она, широким жестом обводя не только свою дочь, но и мужчин, – кажется, пришло время нашей смерти. Я думаю, что наша главная задача – встретить ее

достойно. Нас здесь четверо. Но мы не одни. Я знаю, что мой муж будет где-то рядом еще до восхода луны. Надеюсь, мы сможем защищаться достаточно долго и выстрелами предупредим его, пока он будет далеко. Иначе он попадет в ту же смертельную ловушку, где все мы находимся!

Знаю, что вы, капитан, и вы, Рори, смелые мужчины. Нэнси никогда не подведет в трудную минуту. В этой цепи есть только одно слабое звено – это я. Я никогда не поднимала руку на человека. Но сегодня я должна сделать все ради Дина. Когда наступит момент, я буду стрелять из этого ружья и молю Бога, чтобы пули попадали в цель.

Произнеся эту речь, она дрожащими руками подняла тяжелое ружье. Это произвело сильное впечатление на мужчин. Возможно, и на Нэнси тоже, но она ответила матери:

– Знаешь, мама, ты будешь умирать по десять раз в час, пока все это закончится. И конец будет не таким, как ты ожидаешь. В конце концов, всегда остается шанс!

Миссис Уэйр заставила себя улыбнуться.

– Разве у нас есть шанс? – спросила она.

– У Рори, – ответила ее дочь. – Я ставлю на его удачу. Она никогда не покидает его.

И девушка рассмеялась.

Рори оставил их и вышел в соседнюю комнату, где стоял вороной конь. День подходил к концу. Окна комнаты выходили на восток, и в нее почти не попадал свет от заходящего солнца. Холеная шерсть Доктора мерцала при тусклом освещении. Конь вытянул голову к хозяину и мягко, как будто шепотом, заржал, приветствуя его.

Рори Мичел постоял немного в полумраке, обняв красивую голову коня. Перед его мысленным взором еще раз прошли месяцы преследования вороного, а в сердце он еще раз ощутил агонию, надежду, отчаяние и жестокость тех усилий.

И награда за них сейчас была с ним. Если бы он распахнул дверь дома и помчался на прекрасном коне на полной скорости, разве достали бы его индейские пули в обманчивом сумеречном свете затухающего дня?

Но перед ним стояла другая задача.

Он запряг коня, оседлал его и повел в соседнюю комнату. Доктор двигался осторожно, иногда слегка поднимая голову и принюхиваясь – в воздухе стоял сильный запах пороха.

Все трое вопросительно посмотрели на Рори. Они не могли догадаться, что у него на уме, но все знали, что он их главная надежда. Рори уже так много сделал, что они с трудом могли определить границы его возможностей.

– Зачем тебе седло и упряжь, Рори? – спросил капитан.

– Это то оружие, из которого выстрелит бомба, – сказал Рори. – Сколько секунд горит фитиль?

– Около минуты, – ответил капитан.

– Отрежьте две трети, – сказал Рори.

– Но…

– Делайте, что говорю, – поторопил его юноша, – этого будет достаточно.

Капитан уставился на него, потом, не говоря ни слова, вытащил нож и отрезал фитиль.

– Нэнси,

подойди к входной двери и быстро открой ее, когда я скажу.

Девушка, не произнося ни звука, кивнула и сразу же шагнула к двери.

Рори вскочил в седло, почти коснувшись головой потолка, потом на индейский манер повис сбоку от жеребца.

– Теперь дайте мне бомбу, – велел он.

Берн принес ее.

– Рори, – сказал он, – теперь я понимаю, что вы задумали. Благослови вас Бог за эту идею. Я вижу, вы самый смелый парень в мире, но вам ни за что не добраться туда!

– Может быть, и нет, – произнес Мичел, – но я попробую.

Рори вытянулся вдоль левого бока коня, взяв бомбу в левую руку. Когда он выскочит из дома, то именно эта сторона будет дальше от сарая.

– Поджигайте фитиль, – скомандовал он.

Капитан Берн послушно поднес огонь к концу фитиля, который мгновенно, как живой, начал извиваться.

– Дверь, Нэнси! – крикнул он.

– Дверь! – повторила приказ девушка и распахнула ее, как приказал Рори.

– Давай, Доктор, – прошептал Рори коню.

Но ему не надо было подгонять замечательного коня. Его привели в движение яркость открытого пространства и, может быть, ощущение надвигающейся опасности, которую лошади чувствуют не менее остро, чем их хозяева. Доктор сделал пару быстрых, по-кошачьему ловких шагов к двери и вылетел из нее, как снаряд из орудийного ствола.

После первого прыжка конь опустился на перила веранды и, круша их, поскользнулся. Оставшиеся в комнате затаили дыхание, им показалось, что лошадь и всадник сейчас рухнут на землю, но уже в следующее мгновение Доктор мчался прочь, но не в долину, где было спасение для него и всадника, а прямо на сарай, где расположились индейцы.

Покинув вход, откуда они не могли видеть эту дикую скачку, все трое ринулись к окну на западной стороне здания, где сгрудились, наблюдая за Рори. В это время Доктор перемахнул через забор загона, как птица, поддерживаемая сильным взмахом крыльев.

Но до сарая, откуда апачи не подавали никаких признаков жизни, еще осталось полпути.

– Они ждут, нацелив на него ружья, – простонала миссис Уэйр. – Они смеются над ним и с радостью разнесут его на куски! О Господи, спаси и сохрани этого доблестного юношу! Бедный Рори! Столько людей похожи на нас, но таких, как он, больше нет!

– Тише, – сказала Нэнси Уэйр. – Не говори ничего даже шепотом. План Рори просто дьявольский!

Индейцы, однако, не ждали его с наведенными ружьями, как ожидала миссис Уэйр. И сейчас при виде единственного всадника, мчавшегося прямо на их укрепление, их охватили растерянность и беспокойство.

Они не могли ничего понять. Это было безумие, безумие, посланное Людьми Неба на несчастных жителей земли!

Капитан Берн видел своими глазами, как с угла сарая спрыгнул воин с ружьем, но он и не пытался прицелиться и выстрелить. Очевидно, от растерянности у него онемели и руки и разум. На коньке крыши появилось еще несколько индейцев. Один из них встал столбом и смотрел на эту дикую скачку. Кто мог вообразить, что любое разумное создание таким образом помчится прямо в пасть смерти!